Делай что должен - Александр Гедеон

Несколько секунд сёстры слышали лишь возбужденное бормотание, а потом Шеридан взревел:

– Как он мог отбить эту суку?! Ублюдки! Грёбаный сопливый капитанишка вас хреном по лбу щёлкает, как хочет, а вы утираетесь! Как это произошло?!

Близнецы обрадованно переглянулись. Чимбик и Нэйв живы и, похоже, доставили много неприятностей корпоратам.

– Господин полковник! – тем временем докладывающий тоже повысил голос. – Кто же знал, что он полезет мэра отбивать? Все думали, что этот псих за свою бабу к вам мстить попрёт!

– Не надо думать, лейтенант! Для «думать» есть старшие по званию, а вы должны, мать вашу, соображать, как выполнять задачу, ими поставленную! Вам всего-то надо было запороть сучку-мэра, чтобы туземцы поняли – с нами шутить нельзя! Понятно? И грохнуть грёбаного капитанишку! Когда это случилось?

– Час назад, господин полковник!

– ЧАС?! – от рёва Шеридана задрожали стены. – Вы что, долбанулись? Что вы час делали, прежде чем мне доложить?

– Людей в себя приводили! – ничуть не стушевался лейтенант. – Грёбаный «сфинкс» вколол туземцам…

– Каким туземцам?! Что там вообще произошло?!

– Сначала туземцы попытались мэра отбить! Их ребята постреляли. Жмуров откинули в сторону, здоровых и кого легко царапнуло – на переработку в киборгов, а «тяжёлых» раскидали по периметру – местных отпугивать, чтоб больше не лезли. Вот этим подыхающим «сфинкс» ввёл какую—то местную дрянь, от которой они забалдели так, что и наших ребят наглухо выстегнуло. Пока поняли, что к чему, пока их в себя привели, пока район прочесали – час и прошёл…

– Долбоклюи! Вас сами нахрен пострелять надо за идиотизм! – взъярился Шеридан. – Ищите! Хоть весь этот сраный город с землёй сровняйте – но найдите и замочите наконец этого говнюка! Иначе над нами туземцы ржать будут! Бегом выполнять!

– Есть! – судя по топоту, лейтенант действительно кинулся бегом.

Это был шанс. Похоже, судьба в кои-то веки улыбнулась Лорэй, и сейчас Шеридан лично отправится руководить операцией, забыв о «развлечениях»… Но дверь распахнулось, и на балкон вернулся полковник собственной персоной, старательно делая вид, что ничего особенного не произошло.

– Извините, служба, – сухо сказал он, вновь усаживаясь между сёстрами.

– Может, нам уйти? – с затаённой надеждой спросила эмпат. – Мы бы не хотели мешать важным делам.

– Нет, всё нормально, – «успокоил» её полковник, щедрой рукой наливая себе бренди.

Залпом осушив стакан, он выдохнул и доверительно проговорил:

– Подчинённые ничего сами сделать не могут. Ладно, привыкнут к местным реалиям – служба наладится.

Свитари бросила взгляд на коммуникатор. Такими темпами они тут проговорят до того волшебного момента, когда яд подействует на Шеридана. И тогда шансы просто выйти из ресторана упадут до нуля.

Она пригубила шампанское, поставила бокал на столик рядом с корзинкой фруктов и решительно прильнула к мужчине.

– Может, я смогу исправить ваше настроение, полковник? – шепнула Ри, прильнув к его губам.

Шеридан охотно ответил на поцелуй, дав выход скопившемуся возбуждению. Он запустил руки под платье Свитари, а Эйнджела, изображая должный энтузиазм, неспешно расстёгивала его китель.

Почему-то мысль о сексе с Шериданом была омерзительна, как никогда. Вся эта ситуация, совершенно ожидаемая и до скучного обыденная, была отвратительна Эйнджеле. Ей, безупречно изображавшей страсть перед десятками мразей и похуже, было невыносимо противно даже сидеть рядом с корпоратом.

Пальцы Шеридана сомкнулись на её затылке, полковник оторвался от губ Свитари и притянул к себе её сестру. От грубого, пахнущего бренди поцелуя корпората Эйнджелу чуть не стошнило. То, что раньше давалось легко и привычно, в рабочем ритме, сейчас вызывало омерзение.

После объятий, поцелуев и ласк Чимбика Эйнджеле казалось отвратительным и невообразимым касаться этого скота. Касаться вообще кого-нибудь. Если раньше она не могла представить, что «работает» на глазах репликанта, то теперь просто не могла выносить прикосновений других мужчин.

Явно не впечатлённый её навыками, Шеридан вернулся к губам Свитари. Свободной рукой он расстегнул ширинку и, поудобней устроив руку на затылке эмпата, надавил, наклоняя её к паху.

В этот самый миг самообладание и выдержка изменили Эйнджеле. Наработанная годами личина, крепко приросшая к лицу, сейчас причиняла невыносимую боль. И эта боль рождала ярость.

Не особенно раздумывая, Эйнджела протянула руку к столу, схватила нож для фруктов, вывернулась из-под руки Шеридана, отпихнула сестру и одновременно вбила оружие в горло мужчины по самую рукоять.

На девушек щедро плеснуло кровью. Шеридан захрипел, схватился за шею и выгнулся дугой, скребя каблуками парадных сапог по ковру. Вторя ему, судорожно хватала ртом воздух задыхающаяся эмпат.

– Что за?.. – выругалась Свитари.

Схватив со стола нож для жаркого, она одним движением воткнула его в глаз полковника. Хрустнула кость, Шеридан в последний раз дёрнулся и обмяк. Руки его разжались, и кровь хлынула ручьём, стекая с тела покойника на диван.

– Новый план, – отдышавшись, прохрипела Эйнджела.

– А нельзя было с этого начать? – обиженно уставилась на неё сестра. – У него из пасти воняет!

– Прости…

Глядя на окровавленные руки и одежду, Эйнджела начала осознавать, как облажалась. В таком виде их не выпустили бы из здания даже с живым Шериданом за спиной.

– Так что за план? – вытираясь салфеткой, спросила Свитари.

– Сейчас придумаю, – преувеличенно бодро пообещала Эйнджела.

Ответом ей был тяжёлый вздох сестры.

– Я, конечно, люблю и импровизации, и ножи, – сказала Ри, – но вариантов выбраться из этого дерьма не вижу.

Она осторожно подошла к перилам и огляделась с балкона. Плотная сеть патрулей не оставляла надежд уйти незамеченными, даже если бы удалось спрыгнуть и не переломать ноги.

– Нам нужна помощь, – пришла к очевидному выводу Эйнджела и достала коммуникатор.

«Отличная вечеринка», – условленные слова ушли Йонг и Грэгу, вместе с Ракшей ожидавшим команды к вылету.

Следом она отправила сообщение Чимбику: «Милый, заберёшь нас отсюда?»