Мечи против кубков - Ирина Смирнова

— Мы ничего не знаем! Мы совсем ничего не знаем! Ни почему Алиса полезла в этот артефакт, хотя, насколько я о ней наслышана, она бы предпочла запихать туда Хелену. Ни почему убили Георга, зная, что в артефакте уже есть его отец… Или они не знали, что он там?! Тогда кто его туда запихал, если не Алиса? — Я остановилась, чтобы отдышаться, потому что тяжело отчитывать свой «малый двор» и одновременно бегать по комнате.

Но сидеть спокойно я не могла, меня вообще так и тянуло отшлепать Патрика веером, от души. Причем не только по рукам… Пусть я и понимала мотивы его поступка.

— Что феи поручили герцогу Левкерберну? Участвовал ли в этом заговоре посол Шербании или он попал под раздачу исключительно ради прикрытия, чтобы запутать следствие? Где та группировка, которая хотела похитить лорда Рауля?! Вдруг дядя ошибается, а я права и эта банда еще объявится? Куда, по-вашему, надо спрятать лорда Фрехберна на десять лет, чтобы с ним ничего не случилось до вашего возвращения? А если он, упаси боги, заболеет?! А про проклятие бесплодия вы забыли? А…

— Ваше решение осознанно, лорд Краухберн? — перебил мой поток возмущений Рауль.

— Да, я поговорил сегодня с отцом. — Едва маркиз упомянул отца, я сразу сдулась, как воздушный шар, и упала в кресло.

Дядя решил нас пожалеть и выделил один из малых залов, чтобы мы могли позавтракать, пока он со своей семьей обедает. Я воспользовалась этим, чтобы высказать мужчинам все, что накипело за последние пару часов. Надолго меня, правда, не хватило…

— Лорд Тшильберн ведет себя слишком активно. Передача дел должна была занять две недели, но отца уже практически выставили из министерства. — Патрик нехотя принялся делиться с нами своими переживаниями. — А я получил на накопитель приказ явиться завтра утром со всеми отчетами и документами по делу. Так что, вероятнее всего, мои планы какое-то время продержаться в должности следователя не осуществятся. Зато если я смогу уладить отношения между феями и людьми, со мной придется считаться всем, даже королю. Конечно, работа иномирного посла несколько отличается от той, к которой я привык, но я справлюсь. Должен справиться!

— А чем ваш отец так не угодил временно исполняющему обязанности министра правопорядка? — с каким же наслаждением я просмаковала это замечательное название должности! Даже Патрик кривовато улыбнулся, посмотрев на меня с благодарностью.

— Отец продолжал получать отчеты о том, как идет внутреннее расследование. — Улыбка маркиза быстро растаяла, зато появилась морщинка между нахмуренными бровями. — А еще настойчиво разыскивал курьера, который забрал у него бумаги для передачи в королевский суд. И пытался выяснить, куда пропал секретарь, которому вы уже в самом здании суда передали приказ короля.

— А он пропал? — Не то чтобы я сильно расстроилась, но насторожилась. Происходящее попахивало заговором. Интересно, знает ли о нем дядя?

— Пропал… И тот секретарь, который подписывал в тюрьме передачу вам лорда Фрехберна и надевал на вас магические наручники, тоже пропал! Отцу все это очень не нравится, мне тоже, но лорд Тшильберн заявил, что сам со всем разберется. А ваш… наш король не желает пока встречаться с моим отцом.

— Как все сложно! — озабоченно-недовольно протянула я и махнула рукой на уже накрытый стол: — Поговорить у нас наверняка еще найдется время. А вот удастся ли поесть в ближайшем будущем — неизвестно.

По-хорошему, неплохо было бы еще и свободную спальню найти, чтобы Патрик мог выспаться. Заявиться в гостевые покои моей семьи в обществе троих мужчин я оказалась не готова, оставив этот вариант на совсем уж крайний случай. А вначале собиралась попросить приюта у Джорджа.

Ложкой я двигала практически как заряженный артефакт, бездумно. И вкуса пищи почти не ощущала, настолько погрузилась в размышления. Изысканностью поданных нам блюд наслаждался только Эрик. Патрик и Рауль, как и я, сосредоточились на умственной деятельности в ущерб пищеварению.

Мой дядя никогда не был самодуром. Чаще всего он, наоборот, просчитывал все на несколько шагов вперед, иногда рискуя людьми во имя цели. Излишняя целеустремленность — одновременно и достоинство, и недостаток всех членов нашей семьи. И дядя — яркий этому пример. Ради блага страны он пойдет на многое.

Именно поэтому ответ Патрика должен был его порадовать. Маркиз признался, что готов рисковать всем, защищая меня, пока я не пошла против своего народа. Хороший ответ, достойный верного придворного.

Однако все происходящее сейчас в министерстве правопорядка напоминает или праздник безумия, или чудовищную подставу, или… Наверняка там идет какая-то сложная опасная игра, и мой дядя — главный кукловод в этом спектакле. Герцог Краухберн пытается восстановить утраченное королевское расположение, тут все ясно. Но маркиза надо убирать из этого змеиного заповедника, обязательно. Пока его не принесли в жертву политическим интригам.

Не знаю уж, что за рыбу в этом омуте ловит мой дядя, но мой малый двор в этом театре абсурда участвовать не станет!

Вот только отправляться на десять лет в мир фей — не лучшее решение. И уж тем более отправлять туда Патрика в одиночку… и оставлять Рауля здесь… Похоже, судьба решила поиздеваться надо мной, слишком быстро и слишком явно поставив перед выбором.

Я не могу отпустить в чужой мир маркиза и не могу бросить без защиты графа. Не представляю даже, что мне делать… Просто не представляю!

Но паниковать пока рано. Конечно, времени у меня немного, но, может быть, удастся что-то придумать? А для начала мне надо уложить Патрика поспать хотя бы часа на два, а лучше на пять-шесть.

Я посмотрела, сколько сейчас времени, мысленно прикинула, что ровно в полночь подскакивать как-то не слишком правильно, а в десять вечера будет в самый раз, как раз даже перекусить что-то успеем все вместе перед выходом.

Дядя категорически запретил покидать дворец. Всем, даже Эрику. Объяснил он это тем, что здесь нас точно никто не тронет. Однако моя паранойя настойчиво хотела в маленькое уютное пространство нашего домика. И, судя по печальному взгляду напарника после того, как прозвучал приказ короля, не только я хотела сбежать и спрятаться.

Правда, когда нам принесли обед, Эрик немного расслабился, а вот у меня никак не получалось. Кусок не лез в горло.