Сыны Амарида - Дэвид Коу

- Транн! - воскликнул Баден, сгребая его в объятия, столь бурные, что Анла и красавец ястреб испуганно шарахнулись в воздух. Транн, похоже, был рад встрече ничуть не меньше. Наконец Баден разжал объятия, широко улыбаясь. - Как я все же рад тебя видеть! Надеюсь, все хорошо?

Транн улыбнулся:

- Спасибо, все ничего. Ты даже выглядишь неплохо, вот только волос у тебя с каждой встречей не прибавляется.

Баден рассмеялся, а Транн повернулся к Джариду и одарил его сияющей улыбкой:

- Ты, наверное, Джарид. Баден много рассказывал о тебе. А я - Транн.

- Маг Транн, эта встреча - большая честь для меня, - сказал Джарид, поклонившись, как учил его Баден.

Транн повернулся к Магистру:

- Да он неплохо воспитан! Ладно, мальчик, ценю твои усилия, но не будем размениваться на формальности. Зови меня просто Транн.

Джарид в нерешительности посмотрел на Бадена.

- Похоже, мы его совсем засмущали, - с сожалением в голосе заметил Магистр. - Не далее как этим утром я предупредил его, что к магам надо обращаться как принято, даже ко мне.

- Понимаю. Знаешь, Джарид, не в моих намерениях подрывать авторитет твоего дяди, но в частной беседе можно обходиться и без формальностей. - Он вопросительно посмотрел на Бадена, и тот озорно подмигнул приятелю. - Я тут решился заказать для вас комнату на одном постоялом дворе. Маймун опять поднял цены, тем не менее у него все комнаты заняты. Вы же знаете, каково ему - лишаться мзды из-за нас.

Джарид посмотрел на одного мага, потом на другого:

- Не понимаю.

- Маги обычно не носят с собой ни золота, ни серебра, - объяснил Транн. - Руководители Ордена давно решили, что искушение использовать магическую силу ради обогащения будет так велико, что членам Ордена следует запретить пользоваться деньгами.

- Многие не захотели, чтобы это стало настоящим законом, - добавил Баден, - и решили истолковать это требование как старинный обычай. Маги берут с собою немного денег или не берут их вовсе, а торговцы и хозяева постоялых дворов принимают в качестве платы посильную нашу помощь.

- Однако, - с улыбкой прервал его Транн, - людям вроде Маймуна этот обычай не по нутру.

- Вообще-то, два года назад он был вполне доволен, когда мы залечили его болячки и починили столы после той потасовки, - проворчал Баден. - Я ожидал от него признательности.

Транн посмотрел на Джарида.

- У Бадена особое отношение к Маймуну, - доверительно сообщил он. Трактирщик однажды выиграл у него в рен-дра, как раз когда у твоего дяди были с собой денежки.

- Он не выиграл, - сердито сказал Баден. - Он сжульничал. Не бывает, чтобы кому-нибудь так везло. Просто я не смог доказать.

Джарид тщетно пытался подавить смех, у Транна рот растянулся чуть не до ушей. Баден покраснел и вдруг захихикал:

- Ты дурно влияешь на него, Транн. Сам же сказал, что я его хорошо обучил.

- Смотря чему, - парировал маг.

Баден почесал в затылке. Потом согнал улыбку с лица.

- Мне кажется, Собрание будет долгим.

- Надеюсь, что ты ошибаешься, - ответил Транн, также посерьезнев.

Баден кивнул в знак согласия и тоже помрачнел.

- Нам многое надо обсудить. Но сначала я пойду в зал и представлю Джарида Джессамин.

- Мы увидимся в "Гнезде" за ужином? - спросил Транн.

- Конечно.

Транн взял Бадена за плечо.

- Был рад с тобою увидеться, - тепло сказал он. - И с тобой, Джарид. Он улыбнулся ученику, а потом повернулся и зашагал к центру старого города, а Джарид с Баденом направились в Великий Зал.

- Кто такая Джессамин? - спросил Джарид.

- Премудрая Джессамин - глава Ордена. Кроме того, она старый добрый друг. - Магистр был задумчив, но наконец смог оторваться от мучащих его мыслей. - Кстати, как тебе Транн?

- Очень понравился.

- Это мой самый близкий друг. Я бы доверил ему свою жизнь... и даже твою.

Джарид ничего не ответил, но мысленно вернулся к случайно подслушанному им разговору отца с Баденом. Пусть он уйдет с тобой, но это наш сын...

Они прошли молча несколько шагов, и Джарид заметил:

- Похоже, здесь люди куда менее враждебны, чем в Тайме и других местах, где мы побывали.

- Безусловно; жители Амарида все еще чтят Орден. Многие специально приехали, чтобы поглядеть на Собрание. Впрочем, я никогда еще не видел, чтобы собралось так мало народу. Сложившаяся ситуация дает о себе знать...

Они подошли ко входу в зал, и Джарид в который уж раз замер от восхищения. Три мраморные ступени вели к большой арке, почти достигающей нижнего края купола. Огромные деревянные двери были гостеприимно распахнуты; толщина их превышала два дюйма. Двери были покрыты инкрустацией из древесины тысяч различных оттенков, изображающей ястребов и сов всех видов, какие можно найти в Тобин-Сере. На краю каждой створки была половина орденского герба, и, когда двери были закрыты, половины складывались в целое изображение.

- Красиво, не так ли? - заметил Баден. - Здесь использованы все породы деревьев Тобин-Сера. А теперь пошли.

После великолепия внешней отделки Джарид был поражен суровостью внутреннего убранства. В центре зала на простом мраморном полу стоял огромный овальный ствол из темной древесины. Его окружали большие стулья из того же дерева, два стула у дальнего конца выглядели несколько наряднее. Узкая горизонтальная планка, очевидно для птиц, была прикреплена к спинке каждого стула. По всему периметру зала были проделаны огромные окна, наполняющие помещение светом. Единственным украшением зала был плафон на купольном своде, изображающий Амарида, хрупкого и совсем юного, стоящего на снежной поляне с поднятой рукой, на которую опускался, распростерши крылья и раскрыв в крике клюв, грозный ястреб с бледно-серыми грудью и брюшком и более темными спиной и крыльями.

- Такой же, как на крыше, - вслух подумал Джарид.

- Да, - сказал Магистр, - это сцена соединения Амарида и Парне.

Они немного постояли в тишине, разглядывая плафон. Джарид почувствовал себя как-то неуютно. Он попытался дать определение своему чувству, но не смог. Когда Баден велел ему следовать за собой, обещав показать еще кое-что интересное до встречи с Джессамин, Джарид неохотно оторвал взгляд от изображения и последовал за Магистром в глубину комнаты.

Там между двумя темными дверями - закрытой и слегка приоткрытой - на тяжелом деревянном постаменте покоился огромный кристалл - такой большой, что Джарид не смог бы обхватить его. Он был неправильной формы, но невероятно прозрачен. Джарид знал, что это церилл, но в отличие от других этот не излучал света, не имел цвета.