Магия чрезвычайных ситуаций - Ярослав Коваль

– Я понял, продолжай.

– Да собственно, остался только Отшельник. Это положение в Круге занимает Туман, он же Бурчеев Максим… Михайлович, кажется. Не уверена. Он занимается анализом магического плана этого мира… Он, если обобщать, ищет новые способы восприятия и применения магии.

– Сильный маг, можно предположить.

– Сильный. Опытный. Но во время нападения на базу ОСН я с ним, помнится, билась на равных. Правда, он был уставший. Да и время с тех пор прошло. В нынешних условиях полгода – это очень значимо и очень много.

– Ты забыла еще об одном Аркане, – подсказал Роннан. – О нулевом.

– Ах да, – кивнула она. – Безумец… Он же Дух Эфира. Эту роль в Круге играет Ринн Острие, он же Оружейник. Николай Эйрман. Определить его функцию в Круге сложно. Кто-то вроде советника. Он постоянно вместе с Магом, с Ан Альфардом, и надо сказать, он очень опасен. Это сильнейший маг, он проницателен и изобретателен. Вот с ним я бы не хотела встретиться в бою и никому не советую.

– Он настолько опасен?

Кайндел пожала плечами.

– В свое время в магическом поединке он одолел всех моих знакомых, включая Пепла… Алана, о котором вам, наверное, рассказывали либо Илья, либо Роман.

– Да, рассказывали, – согласился Роннан, закладывая пальцем страничку блокнота. – Что-нибудь еще ты можешь рассказать об этом Оружейнике?

– Что именно?

– Характер… Слабые стороны…

– Слабые стороны? Полагаю, их у Ринна нет.

– Или ты их не знаешь.

– Или я их не знаю, – покладисто согласилась она. – Что касается характера, то он весьма противоречив. Ринн очень честолюбив, почти тщеславен… Однако положение, занятое им в Круге, его вполне устраивает. Он жесток, однако до крайности рационален и никогда не причинит другому неудобства или зла без серьезной на то причины.

– Значит, это весьма достойный человек, – отозвался Роннан, рисуя в блокноте кошку – он неплохо умел рисовать. – Почти добрый.

– Почти. Вот чего в Ринне нет, так это доброты. Он пугает своей рациональностью. Своим здравомыслием.

– Рациональность – тоже в какой-то мере недостаток.

Заместитель главы ОСН поднялся и свернул блокнот. Судя по выражению лица, продолжения он не ждал, считая, что все самое главное уже прозвучало. Однако правила требовали уточнения.

– Больше ты ничего не можешь добавить?

– Смотря что вас интересует еще, – вяло ответила девушка. Она вдруг почувствовала упадок сил и догадалась – на этот раз приступ слабости не стал ждать позднего вечера и ночи, на этот раз он пришел днем, совершенно некстати.

– А есть еще что-то важное?

– Ну к примеру, имена магистров Круга – тех, кого я знаю – вас могут заинтересовать?

– Конечно. – Роннан поспешил сесть обратно в кресло, открыл блокнот. – Диктуй.

Кайндел, сосредоточившись, продиктовала длинный список имен. Даже теперь, в минуты слабости, память ее не подводила.

– Это все прозвища, – пробормотал мужчина. – Их паспортные имена ты, конечно, не знаешь.

– Мне кажется, они не имеют особого значения. Но если они для вас столь принципиальны, могу посоветовать обратиться в архивы Интернета и поискать там какую-нибудь из баз данных общероссийского конвента ролевых игр. Прежде списки публиковались на сайтах, и там были указаны как псевдонимы, так и паспортные имена. И города проживания. Псевдонимы – они же в большинстве своем неповторимы, как снежинки.

– Дельный совет, – повеселел старший офицер ОСН. – Думаю, для наших компьютерщиков это будет не так и сложно. Спасибо. А теперь отправляйся на занятия.

– А можно… Можно мне пропустить следующую лекцию? – попросила курсантка. – Отдохнуть немного…

Роннан взглянул на девушку с нескрываемым изумлением.

– Отдохнуть? От чего отдохнуть? По-моему, ты сейчас здесь отдохнула на славу, пока беседовала со мной, когда твоя группа занималась фехтованием. Надо много заниматься, Кайндел, чтобы чего-то добиться, не забывай об этом. Студенческие мечты о халяве пора бы оставить. Отправляйся.

Она не стала спорить, просто повернулась и вышла. Голова кружилась уже намного меньше, и слабость больше не тянула к ближайшей горизонтальной поверхности. Однако тело ломило так сильно, что больше всего на свете хотелось свернуться клубочком. И немножко поныть – не потому, что нет сил терпеть, а просто для разрядки. Она спустилась с крыльца и, покосившись по сторонам, уже примерилась бежать в сторону домика, который занимала ее «команда».

Однако улизнуть не удалось.

– Эй, Кайндел, на магию-то идешь? – окликнул ее Стив Лайтон, курсант из числа иностранцев, правда, отлично владеющий русским языком. – Пойдем, скоро начало.

Она вздохнула и подчинилась. Объяснять американцу, что ей хочется «сачкануть», бесполезно – он просто не поймет.

Девушка сидела на лекции по магии и мучилась. И дело было даже не в дурном самочувствии. У нее не каждый раз получались сложные магические системы, иногда давала сбои концентрация, и мысли было не собрать. Причем происходило подобное не в первый раз. Девушке это было неприятно, как, к примеру, умелой портнихе обнаружить, что не сошлись построенные ею детали выкройки. Но даже преподаватели обычно относились к ней на удивление терпимо. И Варлок, наклоняясь над ее столом, внимательно следя за тем, как она складывает пальцы и управляет энергией, лишь подбадривал вкрадчивым голосом кровососа.

Все курсанты давно уже поняли, что нарочито-злодейский облик Варлока – такая же маска, как и его манера внимательно разглядывать шею собеседника и при этом мечтательно улыбаться, как бы своим мыслям в ответ. На самом деле этот человек был просто уж очень сдержанный, не любил показывать свое истинное лицо, да и вообще был скрытный до ужаса. В схватках, в прочих чрезвычайных ситуациях он поневоле раскрывался, и тогда в нем удавалось разглядеть решительного, жесткого, требовательного к себе и окружающим человека. Взгляд его, холодноватый и проницательный, обладал силой настаивать на своем, видеть своего собеседника насквозь. Общаясь с ним, Кайндел понимала, что вот этого человека она могла бы обучить своему ремеслу, если б было уже не слишком поздно.

– С тобой ведь творится что-то, – сказал ей Варлок, когда после практических занятий по магии они остались в заклинательной зале вдвоем. – Что происходит? Иногда ты работаешь просто замечательно, а иногда – на провал. Сегодня простой защиты не могла поставить.

– Извините. – Девушка развела руками. – Обычно это состояние у меня проявляется ночью. Но половину прошлой ночи мы занимались ориентированием. Я не выспалась.

– И?

– Ночью у меня последнее время магия частенько дает сбои.

– А что врач говорит?

– Что гормоны.

Чародей смотрел на собеседницу напряженно. В Кайндел он видел свою лучшую ученицу, и услышанное не на шутку напугало его. В новом мире способность применять чары была сродни способности видеть или ходить в прежнем, лишь чуть более милосердном мире.