Ричард Длинные Руки - гранд - Гай Юлий Орловский

Он опустился в свое кресло, ликующее выражение лица стерлось, будто я по нему провел мокрой тряпкой, сразу стал каким-то отяжелевшим и постаревшим.

– Тупиковый, – ответил он неохотно, – я бы сказал. У меня самая боеспособная дружина как в смысле боевого опыта, так и вооружения. У Леофрига намного слабее, зато у него она почти впятеро крупнее… Хродульф так и вовсе ни в одни ворота…

– Что с ним?

Он отмахнулся:

– У него, как все говорят, королевство в королевстве. Самый богатый и могущественный из лордов, почему и получил больше всех голосов… но не достаточно, чтобы перевес бы ощутим. А земли у него разбросаны по всему Варт Генцу. Вообще-то не зря ему отдали большинство… Он, как говорится, наиболее влиятельный, но получил бы гораздо больше, если б у него был хоть один сын.

– Три дочери? – сказал я. – Что-то слышал…

– Да, – ответил он. – Хотя он недавно взял другую жену, а эта обещает нарожать сыновей…

Я обронил со вздохом:

– Обещать можно все…

– Вот-вот, – сказал он, – а вдруг дело не в женах, как мы обычно спихиваем на них все?

– А Меревальд Заозерный? – спросил я. – Он показался весьма… дельным.

Он поморщился, кинул:

– Да, этот вообще… У него нет дружины, нет больших владений, но он был советником Фальстронга последние десять лет.

– Хорошим?

– Говорят, очень.

– Фальстронг не стал бы держать некомпетентного, – заметил я.

– Да, Фальстронг умел выбирать людей.

– Я слышал, – сказал я, – именно Меревальд обратил внимание на земли, где ничто не росло из-за проклятой соли, и предложил устроить там соляные копи.

Он кивнул с кислой улыбкой:

– Да, с тех пор, как говорят, казна получает немалые деньги на торговле этой солью внутри королевства.

– И за его пределами, – сказал и я добавил дипломатически, – как я однажды слыхивал.

Он пробормотал:

– Этим он и силен. Пока мы тут деремся, он в столице приобретает новых сторонников. И я даже не уверен, что победивший здесь в битве… гм… будет с восторгом принят в столице. Трон все равно теперь придется захватывать мечом и кровью, но хотелось бы… как бы сказать… чтобы это было хоть малость одобрено в королевстве. Не враги же, в самом деле, стараются вырвать друг у друга бесхозную корону!

Я подумал, со вздохом отхлебнул еще вина, с еще большим вздохом опустил чашу на стол.

– Мне кажется, – сказал я весомо, – конфликт пора переводить во вторую фазу.

Он насторожился, но в то же время спросил с надеждой:

– Это как?

– Начинать создавать коалиции, – пояснил я. – Это первое правило любой войны. Если не удается самому, нужно искать союзников.

Он спросил тупо:

– Но… корона-то одна!

– Вот именно, – ответил я. – Но что лучше, проиграть и остаться ни с чем либо договориться с кем-то и совместными усилиями опрокинуть противника? А потом поделить добычу на двоих. Заранее договориться, что один получает корону, а второй – все остальное. Ну, что-то очень значимое – земли, богатства, власть… Да-да, второй после короля по должности.

Он подумал, буркнул:

– Это да, хороший ход… Но я не хочу быть вторым!

– Я это и не предлагал, – уточнил я. – Но если вторым у вас согласится Хродульф, Леофриг или Меревальд?

Он просиял:

– Тогда да!

– Тогда срочно начинайте консультации, – сказал я. – Пора кончать эту войну. Если сейчас не договориться, она разольется по всему королевству…

Он буркнул:

– Уже, мой лорд.

– Уже, – вздохнул я горько, – а теперь будет набирать силу. И обиды станут множиться и крепнуть. Сегодня вы только соперники, завтра станете лютыми врагами. И крови будет литься все больше и больше. Каждый будет готов умереть и весь мир погубить, но только не уступить сопернику.

Он сказал торопливо:

– Сэр Ричард! Я не настолько упрям. По крайней мере сейчас. Потом, когда меня доведут, да, попру, закусив удила, а сейчас я готов договариваться.

– Прекрасно!

– Только Хродульфа и Леофрига, – предупредил он, – я ненавижу, они на меня напали, сволочи, сразу же после того, как я на них напал. Это немыслимо и непростительно, а вот с Меревальдом я готов, вполне готов… Думаю, он согласился стать вторым.

– Уверены?

Он пояснил:

– При Фальстронге он все-таки вторым не был. Вторым был старший сын Роднерик, затем принц Марал, Эразм, даже внук Дуглас…

Я напомнил:

– А как вы думаете, с ним не захотят договориться Хродульф и Леофриг?..

Он вздрогнул, напрягся.

– Об этом как-то не подумал…

– А стоило бы, – заметил я мирно, – у них тоже есть что предложить. Например, то же самое насчет второго человека в королевстве. Плюс Хродульф подарит часть своих необъятных земель…

Хенгест зло ругнулся, тут же бросил взгляд на тихую мышастую эльфийку, стал меньше ростом и проблеял застенчиво:

– Прошу меня простить… леди…

Она, уже освоившись малость, царственно наклонила голову в обрамлении золотых волос, излучающих настоящий солнечный свет.

– Я все равно ничего не поняла…

Голосок ее прозвучал нежно и сладко, но без явного страха. Я вздохнул с облегчением, а Хенгест, не услышав неодобрения, расцвел, словно ему подарили перевязанного розовыми лентами слона.