Забавно быть студентом - Маргарита Блинова

— Допросить Эрика… — делаю вид, что раздумываю, затем перевожу взгляд на махровые носочки и больничный халат. — Даже и не знаю…

Усмехнувшись, парень кидает передо мной на пол сумку.

— Через пятнадцать минут тревога отключится, — предупреждает он. — Думай быстрее.

Поймав мой взгляд, снова усмехается и поворачивается спиной, давая возможность переодеться, никого не смущаясь.

* * *

Едва я успела натянуть слегка большеватую для моего роста черную форму управления, как парень без предупреждений обернулся. На шорох он, что ли, среагировал?

Окинув меня оценивающе-цепким взглядом, он протянул руку и наконец представился:

— Дин Гарин. Специалист по сбору экспертных групп.

Мы обменялись рукопожатиями, после чего парень рванул мою руку на себя и потащил в сторону выхода.

— Быстрее идти можешь? — на ходу оглянулся он, явно недовольный тем, с какой скоростью я прихрамываю следом.

Согласно кивнув, я дождалась, пока парень отвернется, и скривилась. Ну вот не люблю, когда мной помыкают! Аж воротит всю.

«А кто любит?» — заметил дракончик.

Все так же держа меня на буксире, Дин Гарин уверенным шагом пересек коридор, спустился вниз по широкой лесенке и притормозил, только когда мы пересекли больничный холл и оказались на улице.

Морозный воздух тут же куснул за щеки, а в носу как-то подозрительно захлюпало.

— Дин, — стараясь приноровиться к широкому шагу парня, начала я беседу. — А ты не слишком молод для специалиста по сбору экспертных групп?

— Слишком, — тут же ответил тот. — Но чрезмерно талантлив, и это определяющий фактор.

Откровенность, а главное, скромность парня поразили меня настолько, что я поостереглась задавать каверзные вопросы.

— Натяни капюшон, — тихо попросил Дин, едва на горизонте замаячила группа третьекурсников, спешащих на занятия в сторону второго полигона.

Послушной меня не назовешь, поэтому я тут же уточнила:

— Зачем?

— Адам просил, чтобы о твоем участии в допросе знало как можно меньше людей, — пояснил специалист управления и повторил: — Капюшон!

Буркнув что-то про замашки диктатора, я неохотно подчинилась и натянула капюшон, прикрывая ярко-красную макушку.

Обогнув угол спортивного комплекса, где вчера проходил матч, мы торопливо вошли в общежитие, где на первом этаже располагалась комната с платформами перемещений.

Самая дальняя уже знакомо потрескивала от скопившейся для перемещения магии и тускло мерцала. Портал перенес нас на первый этаж управления, где на небольшой проходной мне впервые выдали небольшую наклейку с надписью «Гость» и шелестящий комочек.

— Это че такое? — удивленно верчу в руках непонятную вещь.

— Бахилы, — снисходительным тоном просветил Дин.

Я открыла было рот, чтобы высказать пару мыслей относительно нововведений нового начальства, но решила приберечь желчь для личного общения с Адамом Роялом.

Подождав, пока я натяну на сапоги полупрозрачные пакеты на резиночках, Дин вновь взял меня за руку и повел по коридорам.

«Он обращается с нами, как с трехлетним карапузом», — нахохлилась моя взрослая составляющая.

«А сам-то без бахил!» — заметило ехидство.

Не выдержав, я все-таки вырвала свою руку и поравнялась с немного удивленным парнем.

— Не переживай, я здесь не впервые. — Язвительная улыбочка затанцевала на моих губах. — Потеряться при всем желании не получится.

— Я просто подумал, что так тебе будет легче идти, — пожал плечами Дин.

Громко и очень язвительно фыркнув, я закатила глаза и пошла вперед.

Нет, вы его слышали? Да любой наемник скажет, что двигаться, держась за руку, в два раза сложнее. Ну посудите сами: один тянет, другой сопротивляется. В результате оба тратят много энергии, которую могли бы с успехом потратить на что-то более существенное.

— Нам сюда, — предупреждает Дин, останавливаясь и открывая дверь в один из кабинетов. — Доброе утро, — здоровается он с людьми в комнате. — Рад, что все в сборе.

Я незаметной тенью проскальзываю следом и оцениваю обстановку.

Люди еще издревле стремились понять, врет другой или нет. В королевствах виновность или невиновность человека решал Королевский суд. Племена кахар обращались за советом к так называемым бабкам-ведуньям.

По заверениям Юлика, эльфы поступали куда проще. Обвиняемый во время ответа на вопросы должен каждый раз бить молоточком по специальному кругу. Если звук удара становился громче, значит, эльф лжет.

В дотремах опирались на техно-магический прогресс, изобретая все новые и совершенные машины, позволяющие с большей долей уверенности судить, обманывает власти человек или нет.

Поэтому в данный момент я смотрю на целую команду из шести специалистов, собранных, вероятно, со всех магических дотремов.

Пользуясь возникшим молчанием, Дин кратко представляет нас друг другу. Мужчины сухо пожимают руки, но переглядываются и выглядят так, словно готовятся к соревнованию на самый лучший способ определения лжи.

— Готов поспорить, что мой лайдетектор будет более точен, чем ваши полиграфы…

— Мой гидросфигмограф даст сто очков твоей коробке с проводами!

В комнате становится шумно от громких голосов и выкриков.

— А позвольте полюбопытствовать, — неожиданно оживает мой сосед справа, — каким прибором пользуется такая юная и очаровательная девушка?

Споры тут же умолкают, и все с интересом смотрят на меня.

— Прибором? — хмурюсь я и указываю на свои глаза. — Видите эти гляделки? Вот ими и пользуюсь!

— Пф-ф! — разочарованно фыркает один из специалистов. — Тоже мне… верификатор.

Остальные мужчины поддерживают его одобрительным смехом, ну а я просто пожимаю плечами и нетерпеливо топчусь на месте. Какое мне дело до того, что думают другие? Их споры, их мнение, их насмешливые взгляды — ничто по сравнению с тем, что может рассказать на допросе Эрик.

Прерывая оживленный спор, в комнату входит новый начальник управления.

— Итак, господа… — Его взгляд падает на меня, и на губах мелькает улыбка. — Ангелина, — немного наклоняет голову в приветственном жесте мужчина. — Учтя все особенности действий ваших полиграфов, мы разбили вас на четыре рабочие группы таким образом, чтобы каждый из вас мог получить достоверные данные без искажения.

Дин достает небольшой список и вешает его на доску.

— Здесь указано, кто с кем работает и в каком порядке, — объявляет он. — Прошу первую группу пройти со мной и приступить к подготовке.

Вытянув шею, я выглядываю из-за плеча соседа, нахожу свое имя в списках второй группы и, пожав плечами, отхожу в сторону. Мне предстоит работать в паре с неким Луи Дамаска и Гарри Нобилем. О первом я ничегошеньки не знала, а вот о машине второго была наслышана. Поговаривали, что весь первый дотрем уже давно пользуется его изобретением, так называемым «аппаратом лжи».