Забавно быть студентом - Маргарита Блинова

— Ната, что ты натворила?

— Я?! — картинно возмущается подруга. — А почему сразу натворила?

Громко застонав, я хватаюсь за и так не совсем здоровую голову обеими руками и начинаю массировать виски пальцами. Вот только этого мне и не хватало…

* * *

Уснуть в ту ночь было проблематично.

Под вечер разболелось ушибленное бедро, и, приподняв простыню, чтобы укоризненно глянуть на недовольную конечность, я слегка выпала в осадок. Почти вся поверхность от колена и вверх отсвечивала сине-фиолетовым.

«Таких масштабов повреждения у нас еще не было», — покачал головой счетчик неприятностей.

«Мы умрем», — подытожил пессимизм, после чего я поскорее прикрыла ногу простыней и попыталась отвлечься.

Получилось плохо, так как из-за роя не совсем приятных мыслей начала болеть уже голова. К тому же простыни казались чересчур жесткими, подушка слишком большой, а кровать мегаскрипучей.

Промаявшись до середины ночи, я с превеликим трудом погрузилась в полудрему, чтобы тут же открыть глаза.

— Скол тебя подери! — возмущенно рыкнула я, встретившись взглядом с Никлаусом и почувствовав знакомые обжигающе-горячие руки чуть ниже спины.

Я лежала в незнакомой комнате на широкой кровати. Точнее, это гадкий Доставала лежал на кровати, а я лежала на нем.

— Ты вконец охренел? — рявкнула я, а в следующую секунду осознала, что мы оба раздеты до максимума, и не сдержалась.

Колено, дернувшееся для удара по самому ценному, мужчине пришлось блокировать рукой, оставляя остальные части тела открытыми для прямого удара, чем я, естественно, и воспользовалась. Мои сжатые в кулак пальцы прицельно ударили Темного в лицо. Послышался хруст, после чего я с чувством выполненного долга радостно улыбнулась.

— Ангел! — укоризненно глянул на меня серыми глазами темноволосый мужчина, прижимая ладонь к пострадавшему месту.

— Сам дурак! — заявила я, откатываясь в сторону. — Куда ты меня затащил, Темный?

Убрав руку от лица, Никлаус продемонстрировал целую носовую перегородку и мягко улыбнулся.

— Это сон, — тихо произнес мужчина. — Ты спишь, Ангел.

— Ни фига себе кошмар!

Я закрываю глаза и концентрируюсь на чувствах.

Нет, я уже очень хорошо научилась отличать сон от реальности. Это не сон и в то же время и не реально существующая комната. К тому же меня терзает смутное чувство, что что-то похожее между нами уже было.

Ах да! Что-то похожее было в ту ночь, когда Эрик принес меня в секцию к Темным, и Кимми принялся меня лечить.

— Это сон, — еще раз повторяет Темный, придвигаясь ближе. — Когда рефаим по каким-то причинам не может быть со своей половинкой, им начинают сниться общие сны.

Ловко увернувшись от его огромной руки, попытавшейся обнять меня, я натягиваю простыню повыше и категорично качаю головой.

— Мы больше не пара…

— Не говори глупостей, — упрямо сжимает губы Никлаус и касается пальцами моего пострадавшего бедра. — Нам просто надо поговорить и все выяснить.

Тепло его тела обжигает даже сквозь ткань, поэтому я вздрагиваю. Пользуясь своей безнаказанностью, мужчина указательным пальцем рисует на моей ноге незнакомую закорючку и тут же убирает руку.

— Мои чувства к тебе не изменились, — горячо шепчет Никлаус.

И, словно подтверждая его слова, Светимость в моей груди разливается приятным чувством тепла и любви. Крепко зажмурившись, я стискиваю пальцами простыню и отрицательно машу головой.

— Я не хочу разговаривать, — едва ли не кричу я в пустоту перед собой, просыпаюсь и резко сажусь.

Оглянувшись по сторонам, узнаю знакомые очертания больничной палаты, с облегчением выдыхаю и тянусь к ночнику.

Да нафиг нужен такой сон!

Взяв с тумбочки первую попавшуюся книжку из стопки, которую мне все-таки притащили Конни и Ролли, поправляю подушку и погружаюсь в чтение.