Предел невозможного - Алексей Фомичев

— Нет связи! — разводил руками профессор. — Смещение координат, блокировка, сбой!

— То есть восстановить связь сейчас невозможно? — звенящим голосом спросил Антон.

— Нет.

Профессор опять развел руками, избегая смотреть парням в глаза.

— Мы даже не знаем, почему это произошло. Будем искать обходные пути…

— А Артур?

Битрая вздохнул, обвел взглядом землян и персонал станции. С трудом вытолкнул сквозь сжатые зубы:

— До Артура нам сейчас не добраться.

Это прозвучало как приговор.

Работа не прекращалась всю ночь. Битрая велел перевезти на станцию часть аппаратуры из своей лаборатории и скомандовал смонтировать тестирующее устройство и анализатор прямо в зале, где стояла установка. Свободных сотрудников он усадил за компьютеры. Просчитывать бесконечные формулы и искать причину сбоя.

Новистра, раздосадованный и взволнованный не меньше остальных, привез на станцию целый пакет тонизирующих и укрепляющих средств и ходил с помощником из кабинета в кабинет, заставляя каждого проглатывать по пригоршне таблеток. Всех, не исключая Битраю.

Парни тоже не спали. Сидели в выделенном им особняке в огромной гостиной, пили вино и… молчали. Говорить никому не хотелось. Да и не о чем было.

Работу по блокировке временно приостановили.

Утром Битрая сам приехал к парням.

— Связь пока не восстановили, — с порога объявил он. — Но одну из возможных причин сбоя нашли.

— И?..

— Дело в нашей аппаратуре. Той, что мы ставим в секторе. Она создает фоновое излучение, которое влияет на связь между мирами. Чем больше миров «закрыто», тем сильнее фон.

Это было так неожиданно, что парни растерялись. Выходит, сами себе напакостили!..

— То есть, — запинаясь, выговорил Марк, — чтобы вернуть Артура, надо отключить аппаратуру блокировки во всех «закрытых» мирах?

— Не факт, — устало покачал головой профессор. — Во-первых, такая операция — дело опасное. Мы рискуем открыть сектор. Неизвестно, как далеко продвинулся противник в своих изысканиях. Так можно потерять все, что с таким трудом завоевали… И во-вторых. Фоновое излучение — только одна из причин сбоя. Возможно, связь восстановить не удастся даже после отключения блокировки.

— Что же делать?

— Ждать. И искать пути обхода этого чертова излучения. Над чем мы сейчас и трудимся.

Толик, до этого ходивший вдоль стены, впечатал кулак в ладонь и развернулся к Битрае.

— Профессор. Сейчас не до теоретических изысков! Наш друг — один против двух десятков датлайцев. В нестабильном мире, где в любой момент можно сложить голову. Какие, к черту, опасения?! Какое ожидание? Его вытаскивать надо.

Битрая опустил голову и заметно покраснел. Вольно или невольно землянин обвинил его в намеренном затягивании операции. Черт возьми, это было неприятно!..

— Все, что можно сделать в этой ситуации, мы делаем, — сказал профессор, старясь говорить ровно, без эмоций. — И если бы дело было только в блокировке, мы бы уже снимали ее. Но причин тут несколько. Надо это понять… И продолжать работу. Я верю, что с Артуром ничего не случится. Он сильный человек, к тому же, как я понимаю, имеет огромный опыт самостоятельных действий. Надо ждать… Ждать! Ничего иного я сказать не могу. К сожалению…

Он посмотрел на парней. Те слушали его молча. Глядя кто в сторону, кто на пол. Лица мрачные, челюсти крепко сжаты, глаза аж горят. От злости. То ли на себя, то ли на него, то ли на всех сразу…

— Наша помощь нужна? — глухим голосом спросил Сергей.

Битрая отрицательно покачал головой.

— Пока нет. Здесь вы помочь ничем не можете…

— Ясно…

— Мы сделаем все возможное, — заверил Битрая. — И даже невозможное.

Ответом было молчание…