Прейскурант на победу - Валерий Самохин

Петербург. 2 июня. 1897 год. 12:30 Штаб-квартира «Каспийского товарищества»

Где-то в недрах всемирной паутины покоится любопытное исследование, проведенное в шутливой форме. На основе сравнительного анализа русского мата и зарубежных аналогов, используемых в сражениях военачальниками, делается вполне логичный вывод. Более короткая форма приказов является одним из факторов победы.

Два собеседника, расположившихся в уютных креслах небольшого кабинета, этого исследования, в силу объективных причин, не читали. Но в диалоге, учитывая сложившуюся ситуацию, придерживались сходных принципов.

– Падаем дальше.

Высокий широкоплечий мужчина с резкими чертами лица сопроводил фразу решительным жестом любителей гладиаторских боев.

– Сколько уже?

Молодой человек с обрюзгшим лицом и безвольным подбородком равнодушно смотрел в окно.

– Почти двадцать пять процентов.

– Баку известили?

Грузно выбравшись из кресла, молодой собеседник подошел к кабинетному столу и наполнил бокал водой из хрустального графина.

– Еще утром. Рекомендуют выкупить десять процентов.

– Зачем? Про защиту никто не знает.

Широкоплечий мужчина терпеливо пояснил:

– Для страховки.

– Хорошо. Дай приказ на скупку…

В любой войне всегда участвует несколько игроков. Через полчаса на фондовом отделе Петербургской биржи к процессу покупки акции нефтяной компании подключился и сам эмитент.

* * *

Петербург. 2 июня. 1897 год. 13:15 Резиденция торгового дома «Черников и сын»

В кабинет главы торгового дома, напоминающий деловым беспорядком штаб наступающей армии, в который раз уже забежал начальник отдела ценных бумаг. Мишкины руки были заняты обрывками телеграфных лент, поэтому пот вытирался рукавом новенького пиджака. Едва переступив порог, он взволнованно доложил:

– Рост начался!

– Сколько?!

Сегодня в ходу были односложные фразы – времени на сантименты не хватало.

– Почти четыре рубля!

Как только цены опустились до трех рублей, опытный биржевой маклер Аарон Либман по приказу торгового дома начал скупку акций «Каспийского товарищества». Ситуация была стандартной: видя начавшийся рост, к процессу подключились мелкие спекулянты. Противоядие было элементарным и на сленге биржевых игроков называлось «высадкой пассажиров».

– Какое количество выкупили?

Нервное возбуждение выдавалось машинальными штрихами карандаша по дорогой лощеной бумаге.

– Около двадцати двух процентов.

Дикий взгляд и взлохмаченные рыжие вихры заставляли усомниться в бесстрастности начинающего спекулянта.

– Продаем пять процентов!

Резкий сброс крупного пакета акций обычного трактовался мелкими спекулянтами как окончание игры на повышение. Теперь следовало ждать новой волны распродаж.

Денис взглянул на свое непроизвольное творение. С черно-белого рисунка на белоснежном листе улыбалась Юлька.

* * *

Петербург. 2 июня. 1897 год. 15:00 Штаб-квартира «Каспийского товарищества»

Широкоплечий мужчина доложился коротко и сухо:

– Почти на миллион успели выкупить.

В холодном взгляде рыбьих глаз промелькнул интерес.

– И что?

– Мелочь влезла. Курс поднялся.

Бесцветные тонкие губы лениво разжались в ядовитой усмешке.

– Продолжай скупку!

– По текущей?

Последовала непродолжительная пауза, завершившаяся рубленым ответом:

– По любой…

Десятью минутами позже биржевой маклер нефтяного товарищества выставил ордер на покупку без ограничения цены.

* * *

Петербург. 2 июня. 1897 год. 16:25 Резиденция торгового дома «Черников и сын»

– Денис Иванович! Заявок на продажу нет!

От вопля начальника отдела ценных бумаг взлетела небольшая стайка воробьев, мирно клевавших из кормушки за окном кабинета.

– Как нет? Ни одной?!

Голос предательски сорвался. От предчувствия провала холод стал расползаться по груди.

– Ни одной, шеф!

– Совсем?

Глуповатый вопрос, на который Мишка не стал даже отвечать, только горестно махнув рукой.

Все было ясно: полный провал. И виноват в этом лично Денис. Нужно было всего лишь поинтересоваться защитными способами, известными в этом времени. Он же просто доверился реестру акционеров, добытому Ерофеевым.

Блестящее нападение разбилось о железобетонную стену тусклого катеначчо. Защитный прием «Каспийского товарищества» был примитивен, но эффективен. Часть акций была оформлена на подставные или дружественные компании. Когда рейдерская атака торгового дома «Черников и сын» обвалила рынок, в панической распродаже эти компании участия не приняли. Акций на продажу не осталось.

– Сколько мы успели выкупить?

– Двадцать восемь процентов, Денис Иванович.

– Все, Миша, закрываем лавочку…

Неудавшаяся атака тем не менее принесла чистой прибыли больше двух миллионов рублей золотом. «Каспийскому товариществу» не улыбалось иметь в крупных акционерах столь недружественную компанию. После недели переговоров акции были выкуплены собственником практически по рыночной цене.

Защищающаяся сторона также не осталась внакладе. Скупка собственных бумаг по низким ценам принесла в копилку нефтяного товарищества около миллиона рублей. Проигравшими, как обычно, оказались рядовые акционеры. Когда дерутся паны, чубы летят у холопов. Все как всегда.

Первое сражение было проиграно. Но война продолжалась. Срочно требовался союзник.