Жените нас, ректор! - Ксения Власова

— Мэтр Райли, это…

— Да, тот самый артефакт. Смерть в чистом виде, заключенная в форму кинжала, — неохотно пояснил он. — Мне пришлось взять его из хранилища под свою ответственность. Он точно справится с этим, — короткий кивок в сторону цветка, — недоразумением.

Листочки на браслете затряслись, а затем поникли. Я буквально кожей почувствовала чужое отчаяние. Никто не хочет умирать. Даже «ошибка эксперимента».

— Возьмите артефакт, рин Чапман, — мрачно потребовал Райли, и мне показалось, что он тоже не в восторге от происходящего. — Проткните бутон. Этого хватит.

Патрик неуверенно взялся за кинжал. Его руки так сильно дрожали, что лезвие с громким лязгающим звуком упало на мраморный пол и закатилось под учительский стол.

— Рин Чапман! Вы разочаровываете меня все сильнее!

Покрасневший Патрик выглянул из-под стола. Распрямившись, он неуверенно подошел ко мне. Я сглотнула. Его рука с занесенным кинжалом выглядела пугающе. Но еще сильнее меня пугала реакция на дрожащее на запястье растение. Нет, неужели я и правда готова это сделать? Вот же черт!

— Ариана, прикажите вашему питомцу отпустить вас и…

— Нет, — тихо, но пылко сказала я и спрятала руку на спину.

— Что «нет»? — с раздражением переспросил Райли, а мгновение спустя его зрачки чуть расширились. Видимо, он все-таки уловил смысл моих слов. — Вы в своем уме?!

— Послушайте, — набрав в грудь побольше воздуха, начала я. — Мне кажется, я смогу за ним присмотреть. Он не доставит проблем, правда.

В качестве подтверждения я подняла запястье и потрясла зеленым браслетом едва ли не перед самым носом Райли. Бутон чуть слышно зазвенел, словно тонкий серебряный колокольчик. Что ж, хорошо, что цветок не стал обнажать зубы. Все-таки он соображает, молодец!

— Он же не виноват в том, что мы ошиблись в руне, — горячо продолжила я и, вспомнив о своей новой внешности, попыталась воспользоваться неожиданным преимуществом.

Больно укусив себя за язык, я подождала, пока глаза увлажнятся, и посмотрела на задумавшегося преподавателя.

Тот, поймав мой взгляд, дернулся, как священник при виде курицы на столе в постный день, и с сомнением покосился на своенравное растение. То, словно понимая, что происходит, вело себя на редкость прилично. Вытянувшись по струнке, оно жалобно подрагивало, протягивая к Райли крошечные листочки. Кто-то явно вошел в образ бедной сиротки.

— Он опасен, — уже чуть менее уверенно сказал Райли.

— А если под мою ответственность? — деловито предложила я, резко выпадая из образа наивной трепетной дамы.

— Или под мою? — подал голос Оуэн.

— Я тоже могу присмотреть за ним, — робко заметил Патрик, но тут же поправился. — Или помочь тому, кто присмотрит…

Райли заколебался. Я решила идти напролом.

— Это же редкий образец необычного магического эксперимента! — с придыханием напомнила я. — Его изучение будет… — Я ненадолго сбилась, понятия не имея, что это может дать. — …Весьма полезно для науки. И для магии.

Кажется, мне удалось нащупать нужную струнку души Райли. Во всяком случае тот заинтересованно приподнял бровь и посмотрел на цветок уже более дружелюбно.

— Я могу вести дневник, описывая любые изменения! — Я продолжала переть как танк. — Подумайте, вдруг это принесет вам славу?

Упс! Слишком грубо.

Райли перекосило. Он мгновенно выпрямился и одернул пиджак, словно стряхивая невидимую грязь.

— Личная слава, Ариана Роук, меня не интересует.

— Коне…

— А вот академии может действительно пригодиться такой… гм… необычный образец ботаники.

Я энергично закивала. Оуэн возле шкафа фыркнул.

— Возможно, мы даже получим гранд, — задумчиво продолжил Райли. Судя по его лицу, в мыслях он уже стоял на сцене и получал вариант «Оскара», принятый в научной среде. — Скажем, если я напишу на эту тему исследовательскую работу…

— Это было бы чудесно, — поддакнула я.

Райли вырвался из сладостных мечтаний, где он, очевидно, произносил прочувствованную речь перед толпой зрителей, и вернулся в реальность.

— Ладно, — решил он. — Можете оставить это магическое недоразумение себе.

Я с трудом подавила победную улыбку. Ура!

Цветок на моем запястье задергался, будто в танце, но под взглядом Райли тут же притворился обычным браслетом. Правда я успела заметить, как его листья буквально на мгновение сложились в весьма неприличный жест, и закашляла, вновь привлекая к себе внимание.

— Рин Чапман, верните кинжал в шкатулку, — строго сказал ни о чем не догадавшийся Райли.

Патрик торопливо выполнил его просьбу. Кажется, ему было очень некомфортно от нахождения рядом с таким смертоносным оружием. Забавный парень. Ему, наверное, непросто в этой академии, полной амбициозных и решительных студентов.

— Итак, вы можете быть свободны. — Голос Райли снова стал сух, как треснувшая по осени голая ветка. — Разговор с рином Абрамсом я возьму на себя.

Я выдохнула с облегчением: часто наведываться в кабинет ректора не входило в мои планы. Чем меньше я буду привлекать внимания, тем лучше.

Уже за порогом аудитории Патрик устало пробормотал:

— Рин Райли оказался очень добр. Я думал, он не простит меня.

Я скептически хмыкнула. Скорее преподаватель ботаники тщеславен, но, взглянув в чистые и наивные глаза Патрика, я героически промолчала. Ладно, не буду отбирать веру в чудо у ребенка. Интересно, сколько ему лет? Выглядит так тщедушно, что на вид ему едва исполнилось семнадцать.

— Нам придется поторопиться, — деловито заметил Оуэн, сверяясь с расписанием в записной книжке. Судя по его спокойному виду, он уже и думать забыл о Райли. Мне импонировало такое умение отряхиваться и идти дальше. — У нас уже начался урок боевых искусств.

Он ускорил шаг, и я сделала то же самое. Патрик, не отставая, следовал позади, но голоса не подавал. То ли не хотел навязываться, то ли просто стеснялся.

— А чему там учат? — на ходу спросила я.

— Сражаться! — отрывисто бросил Оуэн, снова петляя в коридорах с шустростью уходящего от погони зайца. — Как ты его назовешь?

— Кого? — не поняла я, едва успев увернуться от шедшей навстречу компании галдящих студентов.

Такими темпами скоро я смогу сдавать кросс по пересечению местности с препятствиями.

— Зуб Дракона.

Я чуть замедлилась и с неожиданной нежностью провела кончиком пальца по листьям цветка. Тот мгновенно откликнулся, чуть увеличившись в размерах, и боднул меня бутоном, словно неумело ластясь.

— Плющик, — вдруг вырвалось у меня. — Назову его Плющиком.

Оуэн едва не поскользнулся на мраморном полу.