Холодные дни - Джим Батчер

– Я не хочу оставаться, – сказала она, осторожно произнося слова. – И предпочла бы уйти.

Я нахмурился, но потом понял, что она пытается прощупать меня. Одновременно я буквально шкурой ощутил, что несколько дам Сидхе… я бы сказал: «следили», но это слово кажется неуместным, когда речь идет о столь прекрасных существах. Их было с полдюжины, крутились они неподалеку, и глаза их… ну да, глаза их следили за мной. Это неприятно напомнило мне виденный когда-то документальный фильм, где львицы вели совместную охоту. В поведении дамочек-Сидхе проглядывало нечто очень похожее.

Одна из них, восхитительная темноволосая красавица, одетая в кожаные штаны и с изолентой на самых интересных местах, пристально смотрела на меня и, уловив мой взгляд, очень, очень медленно облизнулась. Она провела пальцем по подбородку, потом по горлу, и еще ниже вдоль самой груди, одарив меня улыбкой настолько порочной, что ее родителям стоило бы отправить ее в монастырь.

– Ага, – сказал я, поняв, что происходит. Несмотря на усталость, в горле у меня пересохло, а сердце возбужденно заколотилось. – Сворачиваемся.

– Я иду, – сказала Сарисса. – Я не ожидаю, что вы сделаете то же лишь потому, что мы явились сюда вместе.

Дама Сидхе с волосами глубокого темно-синего цвета направилась к мисс Изоленте. Они обнялись и посмотрели на меня. Что-то внутри – я солгал бы, сказав, что это не было моим собственным внутренним голосом – издало первобытное рычание, подталкивая меня к тому, чтобы затащить обеих за волосы в мою персональную пещеру и сделать с ними все, чего душенька пожелала бы. Это был колоссально мощный импульс, заставивший меня перенести вес на одну ногу, чтобы шагнуть к ним. Я подавил его и закрыл глаза.

– Ну да, – сказал я себе. – Да, они выглядят великолепно, но это не воплощение твоих фантазий, Гарри. Это дробилки для древесных отходов, замаскированные под модели из «Плейбоя».

Я покачал головой и отвернулся от искушения, прежде чем снова открыть глаза.

– Мы оба уходим, – сказал я Сариссе. – Остаться здесь было бы не лучшей идеей.

Я предложил ей руку.

Она, нахмурившись, задумчиво посмотрела на меня, прежде чем взять меня под руку. Мы ушли. Кот Ситх, как и прежде, шел впереди. Когда мы оказались в ледяных коридорах, она спросила:

– Почему?

– Почему что?

– Почему вы ушли, – сказала она. – Вы же хотели остаться. И… скажем так: рассказы об аппетите дамочек Сидхе нисколько не преувеличены. Ничто не возбуждает их больше, чем насилие и власть. Есть мужчины, которые буквально убили бы за возможность, от которой вы сейчас отказались.

– Наверное, есть, – сказал я. – Дебилы.

– Так почему же отказались? – спросила она.

– Потому что я не какая-нибудь заводная кукла для секса.

– Это достаточная причина, чтобы избежать внимания, которое вам навязывают, – сказала она. – Но ведь дело было совсем в другом. Зачем отказываться от того, что они предлагали?

Мы шли молча некоторое время прежде, чем я ответил:

– Однажды я сделал выбор и… это отняло у меня все, – сказал я. – Не знаю, сколько я еще проживу, или сколько личной жизни у меня будет здесь. Но хочу прожить так долго, как мне удастся, принадлежа самому себе. Я не чья-то тюремная шлюшка. Не блюдо дня.

– А, вот как, – сказала она и слегка нахмурилась.

Я пару раз моргнул и внезапно понял, что она пыталась выяснить.

– О… Ты думаешь, что, возможно, я отверг их, потому что собирался вместо этого взять тебя.

Она искоса посмотрела на меня:

– Я бы сформулировала это иначе.

Я фыркнул:

– Не собирался.

Она кивнула:

– Почему нет?

– А это важно? – спросил я.

– «Почему» всегда важно.

Пришел мой черед оценивающе взглянуть на Сариссу:

– Да. Это важно.

– Ну так почему нет?

– Потому что ты тоже не какая-нибудь чертова кукла для секса.

– Даже если бы я хотела? – спросила она.

При этих словах сердце у меня екнуло. Сарисса была невероятно привлекательна, и мне она нравилась. При случае мне удавалось заставить ее улыбнуться или даже рассмеяться. Правда, не так уж часто.

История моей жизни. Похоже, все хорошее в ней происходило «не так уж».

Но сейчас приходится думать о том, что случится в течение ближайшего часа.

– Ты здесь потому, что Мэб приказала тебе быть здесь, – напомнил я. – И все, что мы делали и делаем, будет содержать в себе элемент принуждения. А мне это не по нраву.

– Вы только что спасли мне жизнь, – сказала Сарисса. – Некоторые люди могли бы подумать, что вы заслужили мое расположение.

– У людей дурацкие мысли возникают постоянно. Важно лишь твое собственное мнение. – Я взглянул на нее. – Кроме того, ты тоже спасла меня. Пронести сталь в самое сердце Зимы и воспользоваться ею в присутствии Мэб? Это было настоящим безумием.

Она улыбнулась.

– Настоящим безумием было бы не пронести ее, – сказала девушка. – За то время, что я провела здесь, я кое-чему научилась.

Мы подошли к дверям моих апартаментов; мне все еще неловко это произносить, пусть даже и мысленно. Мои апартаменты. У типов вроде меня не бывает апартаментов – у нас берлоги. Кот Ситх деликатно удалился, и я даже не заметил, когда.

– И как долго ты здесь? – спросил я.

– Слишком долго. – Она до сих пор не убрала свою руку с моей.

– А знаешь, – сказал я, – мы ведь уже давненько работаем вместе.

– Давненько.

– И мы никогда не говорили о нас. По-настоящему. Все больше так, пробегали по поверхности.

– Вы не говорили о себе, – сказала она. – Я не говорила о себе.

– Может быть, нам стоит это изменить, – сказал я.

Сарисса потупилась, и щеки ее порозовели.

– Я… Думаете, нам действительно стоит?

– Хочешь зайти? – спросил я. – Поговорить. И только.

Она помедлила, подбирая слова:

– Если ты этого хочешь.

Я попытался представить все это с точки зрения Сариссы. Она была красива и наверняка понимала, что постоянно привлекает внимание мужчин. Смертная, живущая в мире фэйри, большинство из которых злонамеренные, и все без исключения – опасные. Первым Зимним Рыцарем, с которым она познакомилась, был Ллойд Слейт, то еще чудовище и редкостный сукин сын. У нее были также определенные отношения с самой Мэб, которая могла уничтожить Сариссу, если бы та вызвала недовольство королевы по любому пустячному поводу.

А я был наемным убийцей Мэб.

Сегодня ее обрекли на смерть лишь потому, что ей довелось быть моей спутницей на вечеринке. И она едва не погибла. Но девушка приняла меры, спасая себя, – и меня, кстати, тоже – а сейчас невозмутимо стояла рядом со мной, не выдавая ни малейшего беспокойства. Она потратила месяцы на то, чтобы помочь мне снова встать на ноги, и всегда была ласковой, спокойной и готовой прийти на помощь.