Второй шанс адмирала Бахирева - Борис Царегородцев

– Как я понял, на него будут приземляться самолеты с колесными тележками, а как они будут останавливаться, не скатятся ли под форштевень корабля?

– Ваше высокопревосходительство, это все можно решить с помощью инженеров, они придумают способ торможения самолета. Есть множество вариантов, как это сделать. Например, приспособить сети, чтобы ловить самолет, и натянуть тросы поперек палубы, на концах тросов привязать мешки с грузом, самолет оборудовать крюком, чтобы цепляться за тросы. Или вместо мешков сделать такие тормозные барабаны, куда тросы будут наматываться перед посадкой самолета, а как только он сядет и зацепится, тормозные колодки не дадут им быстро разматываться.

– Я смотрю, вы подались в изобретатели, это, наверное, не все ваши проекты, вон еще целая пачка каких-то рисунков. А какой корабль вы наметили к переоборудованию в авианосец?

– Ваше высокопревосходительство, у нас есть подходящий корабль для перестройки, имеется в виду учебный корабль «Океан». У него и подходящие размеры, и мощные машины.

– А какие нужны самолеты для корабля, не каждый же самолет подойдет для него. На эту тему надо собрать морских летчиков и кое-кого из конструкторов и всем вместе обсудить, какой нужен самолет и будем ли строить на своих заводах или заказывать за границей. Давайте посмотрим, что вы еще там придумали. Между прочим, вы меня заинтересовали.

Я передал остальные свои проекты. Григорович начал их внимательно изучать.

– Ну что, вижу, вы высказываете дельные мысли. Я с вами согласен, надо на наши броненосные корабли добавить орудий. Поясните, как вы к этому пришли.

– Ваше высокопревосходительство, во время последнего боя все поняли, что на крейсерах 75-мм орудия – бесполезный груз, они даже для отражения атак эсминцев непригодны в силу маломощного снаряда. Даже чтобы заставить корабль противника отвернуть с курса, не говоря уже о его потоплении, надо в него попасть с десяток раз, а это очень сложно. Для более крупнокалиберного снаряда, от ста миллиметров и выше, это не проблема. Вот я и предлагаю все 75-мм орудия убрать с крейсеров, можно оставить четыре штуки, но переделать или заменить их на противоаэропланные, вместо остальных установить дополнительно еще шесть 152-мм орудий или десять 102-мм и увеличить угол подъема еще на десять градусов. На крейсерах типа «Богатырь» всю старую артиллерию заменить 130-мм орудиями, у них и скорострельность выше, и дальность стрельбы больше, а это сейчас очень важно. Все эти новшества желательно произвести к будущему году, то есть успеть все сделать за эту зиму.

– Вот что, Михаил Коронатович, давайте поступим так. Я послезавтра созову что-то вроде комиссии, пригласим туда и адмирала Канина – командующего, и адмирала Русина – начальника генерального морского штаба, моего хорошего знакомого конструктора Сикорского, а также конструкторов Григоровича и Лебедева, судостроителей Бубнова, Кутейникова, Юркевича, пригласил бы и Костенко, да он сейчас в Николаеве.

– Ваше высокопревосходительство, я еще пригласил бы Анатолия Иоасафовича Маслова, он будет очень полезен в этом деле.

– Хорошо, я еще подумаю, кого пригласить, а вы подготовьте доклад по всем своим проектам. Прочитав ваши записи, я понял, вы предлагаете на время приостановить строительство линейных крейсеров за исключением головного. В крайнем случае можно продолжить достройку второго, а последние два законсервировать уже сейчас. На чем основываются ваши заключения?

– Сейчас у нас на строительство всех четырех линейных крейсеров нет ни средств, ни времени, а главное, материалов. Если мы успеем ввести хотя бы один из них до конца войны, уже хорошо будет. На большее у нас просто не хватит перечисленного выше. Если мы прекратим строительство сейчас, у нас высвободятся люди на строительство других кораблей, где их не хватает. Нам сейчас в первую очередь надо в спешном порядке строить подводные лодки, тральщики, сторожевые и патрульные суда, эсминцы и крейсера. Некоторые типы кораблей можно заказать в Америке, например подводные лодки, сторожевые и патрульные суда.

– Я, Михаил Коронатович, вот смотрю на ваши эскизы и понять не могу, так вы что, предлагаете прекратить строительство новых крейсеров?

– Нет, я не предлагаю прекратить строительство. Я предлагаю чуть изменить проект. Первые два крейсера из-за их большой степени готовности уже поздно переделывать, хотя тоже можно и немного переделать. Я просто предлагаю изменить состав вооружения, сократить главный калибр на три орудия, но сохраняя боекомплект к остальным по проекту. Все орудия поставить так, чтобы, как и в проекте, на один борт стреляли эти же восемь орудий.

– И как вы предлагаете их установить?

– На корме и на баке по два орудия установить в диаметральной плоскости одно над одним, а казематные убрать, оставив только в кормовой надстройке. В данный момент никто орудия в казематах не устанавливает. На больших ходах, а также в свежую погоду носовые казематы заливает водой, так что четыре орудия крейсера не могут принять участия в бою. Да и большое возвышение для стрельбы таким орудиям трудно придавать в силу другой конструкции станка. На будущее, помяните мои слова, все крейсера будут строиться только башенными, от трех до шести, в зависимости от типа крейсера и типа орудий: чем больше калибр орудия, тем меньше башен на крейсере. Эти башни будут располагаться только в диаметральной плоскости. Я, конечно, кривил душой, американцы чуть позже нас спроектировали, а потом построили десятку необычных кораблей с башенно-казематным размещением орудий, и этот их крейсер получился неудачным, при таком водоизмещении можно было создать корабль куда как лучше. Еще я бы сделал заказ Обуховскому заводу на изготовление спаренных полуоткрытых 130-мм орудийных установок для крейсеров. Они немного проще и быстрее в производстве, чем башенные, но это временная мера. Башнями займемся после войны.

– Это вам тоже привиделось?

– Нет, к этому все ведет, через каких-то десять лет только так и будут строиться корабли.

Нашу беседу прервал адъютант Григоровича, напомнивший министру о каких-то неотложных делах, намеченных им.

– Очень жаль, Михаил Коронатович, что мы с вами не договорили о ваших задумках, было бы очень интересно послушать вас и дальше, но, сами понимаете, меня ждут дела. Ваши записи я перечитаю более внимательно. Мы с вами договорились, послезавтра вы сделаете доклад перед комиссией, и подготовьтесь, надо многих заинтересовать, убедить, чтобы получить поддержку. Жду вас в 16.00.