Трон - Аманда Хокинг

– Дэвида Аркетта, что ли? – спросил Дункан. – Да я же не такой придурок с виду!

– О да, определенно, – кивнула я с улыбкой.

Пусть Дункан и не в моем вкусе, но вполне привлекателен, да и обаяния не лишен.

Риз разразился проклятьями, потому что оладушек смачно шлепнулся на пол. Мэтт терпеливо объяснял ему, что и как нужно делать. Он наставлял его тем же самым тоном, каким учил когда-то меня завязывать шнурки, ездить на велосипеде, водить машину. Было так странно видеть, как мой старший брат опекает кого-то другого.

– Венди! – раздался пронзительный возглас.

Я обернулась. Это была Вилла. Через миг она уже прижимала меня к себе, тискала что есть мочи.

– Как я рада, что с тобой все хорошо!

– Ух… Привет! – пискнула я, с трудом вырвавшись.

Вилла Стром немного старше меня, и она единственная из трилле, кто называет меня по имени, а не «принцесса». Я даже думаю, что именно поэтому мы и подружились. Единственный друг Элоры, Гаррет Стром, – это отец Виллы. А когда Финн бросил меня первый раз, Вилла проявила удивительную доброту и сочувствие. Если бы не она, церемония крещения превратилась бы для меня в пытку и без помощи витра.

– Папа сказал, что тебя похитили витра и что никто толком не знает, что происходит на самом деле. – Вилла бывала временами кичлива, но сейчас тревога на ее лице была абсолютно искренней. – Как только я услышала, что ты вернулась, сразу же кинулась во дворец. Я так рада, что ты здесь!

– Я тоже, – ответила я – без особой уверенности, что говорю правду.

– Дункан? – Вилла как будто только что его заметила. – Вы меня разыгрываете? Не может быть, чтобы Элора назначила тебя личным искателем Венди.

– Видите, видите? Недооценивают. – Дункан улыбался. Казалось, он даже гордится таким отношением.

– Бог ты мой, я обязательно поговорю с отцом. – Вилла покачала головой, и ее идеально уложенные светлые локоны запрыгали в такт. – Это занятие не для него.

– Что здесь со мной может случиться, во дворце?

Вилла посмотрела на меня многозначительно, но, к счастью, ничего не успела сказать, потому что Мэтт объявил, что завтрак готов.

Дело в том, что, когда я посвящала Мэтта в тонкости и трудности судеб трилле, я намеренно умолчала про налет витра на дворец и про то, что Орен – мой отец. Я побоялась, что для него это будет слишком.

– Присоединитесь к нам? – спросил Мэтт. – Мы напекли целую гору.

– А это что? – Вилла сморщила носик. – Ой, нет. Ни за что.

– Вкусные, попробуйте. – Мэтт поставил тарелку перед девушкой.

Не имею представления почему, но трилле очень избирательны в еде. Мы едим свежие фрукты и овощи, но вот к сокам лично я равнодушна, зато вина иногда могу выпить. Оладьи готовят из муки и сахара, так что они никогда меня особо не прельщали, но чтобы не расстраивать Мэтта, я их ела.

– Ты что, на самом деле собираешься это есть? – Потрясенная Вилла смотрела, как я придвигаю к себе тарелку.

Мэтт достал тарелку и для Дункана. Уверена, что Дункан был в таком же восторге от этого предложения, как я и Вилла, но послушно подчинился судьбе и тоже взялся за вилку.

– Это довольно вкусно, – сказала я.

Всю жизнь меня уверяли, что блины и оладьи – это вкусно, хотя я никак не могла понять, как люди могут разобрать вкус блина после того, как щедро обмакнут его в сироп. Именно так поступили Мэтт и Риз, а я и Дункан от сиропа отказались – возможности наших вкусовых рецепторов не безграничны.

– Я много лет готовлю для Венди и знаю, как ей угодить, – сказал Мэтт, которого реплика Виллы ничуть не задела.

Он и правда хорошо готовил, но много раз за свою жизнь я ела стряпню брата, только чтобы его не расстраивать. Или же ходила голодная.

– Ах да, – усмехнулась Вилла, – как же я могу сомневаться в словах манкса, который собственноручно испек блины, пусть даже он в спортивных штанах и детской майке.

– Вилла! Это мой брат, ясно? Так что успокойся.

– Что? – Вилла удивленно посмотрела на меня. – А, сводный брат? Правильно?

– Да. – Я отправила в рот кусок.

– Но он же не настоящий…

– Вилла! – Я чуть не подавилась. – Я знаю, что значит «сводный». Хватит об этом.

– Я могу понять, что такое ест плебей Дункан. – Виллу задел мой резкий тон. – Но ты же принцесса. Он совсем не разбирается…

– Эй! – Мэтт перестал жевать и гневно уставился на нее. – Мне уже ясно, что вы знатная, красивая и богатая. Рад за вас. Но если вы не собираетесь встать к плите и приготовить нам всем более достойный завтрак, тогда прикусите язычок.

– Ого! – Риз не сдержал смех, явно довольный, что Виллу щелкнули по носу.

Она яростно глянула на него, но промолчала. Когда Мэтт вернулся к еде, она примостилась на табурете рядом со мной.

С первых минут знакомства с Виллой я заметила, что у нее сильно развито чувство собственного превосходства. Со мной она была мила только потому, что считала за равную, на всех же остальных смотрела свысока.

– Я хочу пить, – капризно протянула Вилла.

Дункан вскочил, чтобы подать ей воды, но Мэтт гневным взглядом осадил его. Дункан нерешительно опустился на свой табурет. Дункан – искатель и провел большую часть своей жизни, обслуживая подменышей. Ведь искателей воспитывают именно для услужения и подчинения.

– Где холодильник, вы знаете, – процедил Мэтт.

Вилла открыла рот и тут же захлопнула, не найдя подходящего ответа, повернулась ко мне в поисках поддержки, но я только пожала плечами. В конце концов, холодильник прямо перед ней.

Минуту поразмыслив, Вилла все-таки встала и подошла к холодильнику. Риз сдавленно хихикнул, но Мэтт пихнул его в бок.

Меня вся эта сцена потрясла. Финн был искателем Виллы, причем очень строгим искателем, но Вилла никогда его не слушала, не проявляла и доли того уважения, которого добился Мэтт, сказав всего пару слов. А ведь Мэтт – человек и в иерархии трилле стоит еще ниже искателей. Всего лишь за пять минут знакомства Мэтт так приструнил Виллу, как никому прежде не удавалось.

Остаток дня Вилла провела со мной. Она вздохнула с откровенным облегчением, когда Риз уговорил Мэтта сразиться на компьютере. Мы с Виллой удалились в мою комнату. Дункан остался у двери, но мне стало его жалко, и я позволила ему войти.

Вилла увлеченно перебирала мои наряды – она обожала это делать, – а я, лежа на мягком ковре, наблюдала за ней, вновь удивляясь, что вот это все теперь и есть моя жизнь. Вилла расположила мои вещи в особом порядке, но его тайный смысл остался понятен только ей, несмотря на ее многословные объяснения. Вилла не замолкала ни на миг. Оказывается, во время нападения витра она обнаружила в себе дар управления ветром и потом принялась развивать его, занималась с утра до вечера. А еще она слышала, что и у меня на днях начнутся занятия, потому что мне, как никому другому из трилле, необходимо в совершенстве владеть своими паранормальными способностями.