Эльфийский талисман - Николай Владимирович Иванов

— Замолчи! — чуть ли не крикнул принц.

Длинный, слегка изогнутый меч, выметнувшись из ножен, сверкнул в воздухе, словно серебряная молния. Золотисто-коричневая лошадка Малькааорна, возмущённо заржав, закружилась на месте. Чтобы успокоить её, горбуну пришлось изо всех сил натянуть поводья.

— Хочешь меня зарубить, принц? — так же громко крикнул Малькааорн. — Что же, ты в своём праве! Можешь бросить вызов по всем правилам, или вовсе обойтись без него. Вот только поможет ли это делу?

Два всадника встали друг против друга — тонкий, изящный принц в жёлто-зелёном, с длинным мечом в руках и маленький Малькааорн, крепко сжавший посох и поводья, похожий в ярко-алом плаще на крошечный язычок пламени.

— Йох! — выкрикнул сдавшийся первым принц, вбрасывая белоснежный клинок обратно в ножны.

Довольно долго после этого всадники ехали молча. Бросивший поводья, низко наклонивший голову принц — впереди, Малькааорн — следом, отстав на предписанные обычаем два шага. Глядя на посыпанную тёмно-красным песком тропинку, неторопливо плывущую навстречу, он терпеливо ждал.

Тем временем тропинка, послушно следуя извивам берега, вывела обоих всадников на длинный, далеко выступающий в воды озера мыс. Здесь берега подходили так близко друг к другу, что между ними образовалась узкая протока с тёмной водой, с обеих сторон окружённая плотной стеной высокого тростника. На вершинах стеблей, на пышных метёлочках, на концах листьев — всюду горели полупрозрачные голубые огоньки. С конца мыса на противоположный берег был переброшен длинный, узкий, изящно изогнутый мостик из белого с тёмными прожилками камня.

Оказавшись на мосту, принц натянул поводья. Бронзовые подковы глухо стукнули о выщербленный камень. Лёгким движением Малькааорн заставил встать рядом свою золотисто-коричневую лошадку.

— Скажи, Малькааорн! — начал принц, явно боясь произнести вслух то, что хотел сказать. — А ты… в самом деле, мог бы… сделать меня Королём?

— Да, — не колеблясь ни минуты, ответил маленький чародей. — Вернее, мы оба могли бы сделать тебя Королём. Твои происхождение и Сила. Мои мудрость и знание…

— И?.. — принц не решился договорить.

— Доступ к Великому Древу Королевства сроком на два Времени, — сказал Малькааорн. — Скажем, в продолжение Заполдневья и Сумерек. На самом деле мне с лихвой хватит и одного Времени, скажем, Заполдневья, но лучше путь будут два. Так мы сможем сделать всё спокойно.

— Да ты — сумасшедший, Малькааорн!

— Мне нужна Сила, мой принц! — спокойно объяснил маленький чародей. — Даже зная Высокую Тайну Эльфов, я ничего не могу сделать без Силы. В эти девять дней твой отец-Король ещё не успеет вернуться. В эти пять дней твоей полусотне из Зелёного Отряда выпадает черёд нести стражу на Асениль. Решайся, мой принц! Второй такой шанс представится нам не скоро…

— Небесный Чертог! — воскликнул принц, ударив коня пятками в бок. — Всегда считал тебя безумным, Малькааорн, но не до такой же степени. Что бы ты не говорил — ты не слышал рассказов моей матери-Владычицы о становлении Первого Королевства. Зелёная Корзинка едва не погибла в те дни. А три тысячи лет назад, во время Попытки Семи Отважных…

— Одним из которых был твой отец! — заметил Малькааорн. — Сделавший твою мать Владычицей, а сам ставший Основателем и Государем. Да, это опасно, мой принц — именно тогда, если верить хроникам, на Расколотом Континенте появились драконы, и не случайно Высокая Тайна Эльфов сокрыта от всех, за исключением Государей. Но Расколотый Континент цел, пусть и остался расколот, Зелёная Корзинка жива, Приморье процветает, а мы рискнём лишь один раз. Для тебя.

— Но мои воины из Зелёного Отряда… — попытался возразить принц. — Ты же сам говорил… Если я прикажу пропустить тебя к Великому Древу… Да даже не к Великому Древу, а всего лишь на Асениль, меня не никто не послушает.

— Об этом тебе совершенно незачем беспокоиться, мой принц, — спокойно сказал Малькааорн. — В твоём распоряжении будет собственный, верный лишь тебе одному отряд. Всё, что тебе нужно — быть на мосту, ведущем на Асениль и приказать воинам не вынимать мечи из ножен, когда мой усыновлённый правнучатый племянник Райнэ приведёт его к тебе.

Принц не ответил. Несильно ударив белого коня каблуками в бок, он заставил его спуститься с моста. Догнавший его Малькааорн пристроился рядом, отстав на положенные два шага, и оба всадника неспешно двинулись по тропинке, продолжившейся и на противоположном берегу. Где-то там, на невероятной высоте высоко стоящее солнце красиво подсвечивало зелёную крону, заставляя её переливаться причудливыми оттенками — от тёмного, почти чёрного, до светло-зелёного, цвета молодой травки. Прорываясь сквозь разрывы в переплетении ветвей, солнечные лучи застывали в воздухе наклонными полупрозрачными колоннами, окрашивая его в зеленоватые и золотисто-медовые тона. Окружающий мир казался волшебной сказкой — застывшей, замершей в неподвижности, но тем не менее живой, а оттого особенно чарующей.

Чуть правее, на одной из покрытых зелёным мхом прогалин между исполинскими стволами вдруг зазвучала нежная, чарующая музыка и заплясали, закружились в весёлом танце яркие разноцветные огоньки. Слишком яркие и слишком большие, слишком непохожие на призрачный свет «лесных фонариков». Ещё через некоторое время под деревьями послышались переливчато-звонкие девичьи голоса.

— Праздник «Танцующих звёздочек»! — сказал Малькааорн. — Хочется молодёжи показать себя перед старшими. А ведь она там, твоя прекрасная Нахтиэн. Такая весёлая, такая живая, такая нарядная в нетканом ярком платье, убранном живыми цветами. Что в целом мире может сравниться с танцующей эльфийской девушкой? Подойди к ней! Расскажи о том, какая она красивая, как тебе нравится, и как ты её любишь. Расскажи не словами, а песней — у тебя красивые песни. Как знать — вдруг тебе повезёт? Сейчас, завтра или лет через двести…

Принц лишь усмехнулся.

— Как складно у тебя всегда всё получается, Малькааорн! Любая змея позавидует твоему языку. Дождаться возвращения отца, испросить аудиенции и рассказать, что один из его доверенных советников — изменник и подстрекатель. Пусть все убедятся, что не следует слишком доверять тому, кто больше времени проводит в грязных городах ВоследИдущих, чем под Кроной. Но… Ты говоришь, через пять дней?..

— Да, мой принц! — ответил Малькааорн, откидывая капюшон.

Волосы эльфийского чародея были длинными. Непривычно редкие, спутавшиеся, тем не менее, согласно обычаю они спускались на плечи широкой, пусть и некрасивой волной. Вот только они не были двуцветными, как и вообще цветными. Не было в них ни крупицы того тёмного оттенка благородного, старого золота, которым так гордятся уроженцы Приморья, ни той лёгкой, нежной золотистости, какой любят прихвастнуть уроженцы Высокого Заката, и даже той благородной, платиновой белизны с едва заметным желтоватым оттенком, что отличает подданных Лазурного Острова. Не сразу принц понял, что волосы Малькааорна попросту седые — словно у дряхлеющего старика из ВоследИдущих, о которых тот совсем недавно рассказывал.