Зеленая Мать - Пирс Энтони

— Где-то тут лежала автомобильная камера…

— Ой, здорово, и я смогу на ней плавать! — обрадовалась Орб. — Принеси мне ее!

Нимфа отрицательно покачала головой.

— Увы, я не могу, — сказала она с грустью.

— Почему?

— Мы не можем прикоснуться к вещам человечьих детей. Не можем их передвигать. Только смертным созданиям это позволено.

— Тогда скажи мне, где она лежит, и я сама достану!

— С удовольствием!

Фея провела ее чуть ниже по течению реки. Там на сухой ветке висела надутая автомобильная камера.

Орб зашла в воду — здесь было мелко, но ноги покалывало от холода — и потянула камеру к себе.

— Ой, она тяжелая! Ты не могла бы помочь?

— Вряд ли, — грустно промолвила фея. — Я действительно не могу дотронуться ни до нее, ни до тебя.

Она протянула руку, чтобы прикоснуться к Орб, однако девочка ничего не почувствовала. Рука феи прошла через нее насквозь.

— Ой, да ты призрак! — воскликнула Орб, не зная еще, радоваться ей или пугаться.

— Нет, я всего лишь фея. Я могу прикоснуться к естественным вещам, таким, как вода. Но не могу трогать неестественного — например, человечьих детей.

Орб решила, что пора представиться.

— Меня зовут Орб, — объявила она. — А ты кто?

— Я… — фея вдруг замолчала. — Вряд ли у меня есть имя. Я никогда не задумывалась об этом.

— Ой, как грустно! — сказала Орб. — Мне надо придумать тебе имя.

— А ты сумеешь? — спросила польщенная фея.

Орб сосредоточилась, пытаясь вспомнить подходящее имя. С камеры, которую она пыталась достать, срывались капли воды.

— Капелька! — воскликнула девочка.

Фея захлопала в ладоши. Она была не выше, чем Орб, но сложена как взрослая женщина.

— Спасибо тебе!

Потом она сосредоточила внимание на камере:

— Наверное, лучше приподнять ее, вместо того чтобы просто дергать?

Орб приподняла, и камера легко отцепилась. Девочка залезла внутрь — и вот она уже плывет!

— Если ты попробуешь грести руками… — предложила Капелька.

Орб попробовала, и камера начала двигаться. Скоро она выплыла в заводь. При гребле Орб сильно брызгалась. Феи смеялись и брызгали ее в ответ. Капли воды попадали на кожу девочки — они были «естественными». Вода была холодная, но Орб от души веселилась.

Капелька плыла впереди, закручивая по дороге маленькие водовороты. Потом к ней присоединились другие феи. Вместе они раскрутили водоворот побольше. Камера стала кружиться, и Орб рассмеялась от удовольствия. Да, это было ужасно весело!

Теперь камера оказалась у нижнего края заводи, и течение медленно увлекало ее вниз по реке.

— Может, тебе стоит грести вверх? — предложила Капелька.

— Почему?

Орб нравилось кататься.

Опять все феи разом замолчали, переглядываясь.

— Нам нельзя далеко заплывать в ту сторону, — объяснила наконец одна из них. — Там вода плохая.

Плохая вода Орб не нравилась. Она начала грести вверх, но течение здесь было уже слишком сильным. Камера стояла на месте, пока у девочки не устали руки, потом снова медленно поплыла вниз.

— Мы должны вернуться! — воскликнули феи.

Одна за другой они покидали Орб и возвращались обратно в чистую заводь. Вскоре осталась одна Капелька.

— Попробуй грести к берегу, — предложила она.

— Зачем?

— Потому что ниже по течению живут злые феи. А если ты подгребешь к берегу, то выйдешь из воды раньше, чем встретишься с ними.

Орб попробовала грести к берегу… Тщетно, течение отбрасывало ее обратно на середину реки.

— Ох, мне пора возвращаться! — воскликнула Капелька. С ней действительно было что-то не так — локоны выпрямились, кожа потускнела. — Вылезай из воды, как только сможешь, Орб!

И фея ускользнула, оставив девочку одну.

Камера плыла вниз по реке, подпрыгивая на перекатах, и Орб приходилось крепко держаться, чтобы не выпасть и не утонуть. Потом река разлилась шире и стала похожа на небольшое озеро. На берегу его стояла фабрика. Из огромной трубы в воду лилась какая-то темная жидкость.

Вода здесь и вправду была плохой. Она помутнела и стала такой грязной, что Орб уже не могла разглядеть дно. Да и запах у нее был противный — воняло чем-то испорченным. Орб решила выполнить совет Капельки и стала грести к берегу, стараясь уплыть подальше от фабрики.

И тут появились феи. По размеру они были такими же, как первые, но тела их были скрюченными, а волосы спутанными.

— Что это? Никак дитя человека! — крикнула одна из них.

— Утопим ее! — хором завопили остальные.

— Разве вы не феи? — спросила Орб дрожащим голосом.

— Она нас видит! — закричали скрюченные создания. Похоже, их это испугало.

— Конечно, вижу, и слышу прекрасно! — сказала Орб.

Враждебные феи окружили камеру и уставились на девочку.

— Мы все равно можем ее утопить, — заявила, нахмурившись, одна из них. Глаза ее были мутными, как будто запотели изнутри.

— Не можем, пока она в этом круге, — заметила другая.

— Так вытащим ее оттуда!

Они начали брызгаться. Теперь это была уже не игра. Феи брызгались грубо, заливая водой лицо девочки.

— Эй, прекратите! — закричала она.

Но феи не прекратили. Одно из злобных созданий бросилось на Орб, скорчив ужасную рожу.

— Вытащим! Вытащим! — кричали гадкие феи.

Орб рассердилась.

— Ах так! — закричала она и замахнулась на фею кулачком. В фею девочка, конечно, не попала, зато сама подняла фонтан брызг. Тогда она принялась размахивать руками, заливая водой все вокруг, и громко визжать, да так, что лицо ее покраснело.

Нимфы были обескуражены. Никогда раньше они не видели такой вспышки ярости. Орб здорово умела выходить из себя. Иногда, к ужасу окружающих, у нее даже пена на губах появлялась. Вот Луна, та никогда не злилась, зато Орб делала это за двоих, если что-нибудь было не по ней.

Феи убрались на безопасное расстояние.

— Мы не можем дотронуться до нее, — сказала одна.

— И не надо, — ответила другая. — Есть много способов утопить смертного. Давайте устроим водоворот.

— Водоворот! — подхватили остальные.

Они принялись плавать по кругу, раскручивая воду. Добрые феи наверху тоже крутили водоворотики, для забавы, но этот был огромным. Камеру с девочкой затянуло в крутящуюся воронку. Она кружилась все быстрее и быстрее, а феи все ускоряли движение. В центре водоворота уровень воды заметно понизился. Камера накренилась, и Орб испугалась, что она опрокинется. Тогда ей придется отпустить свой спасательный круг, иначе она с головой нырнет в грязную воду. Ярость сменилась страхом. Что же ей теперь делать?