Курьер - Николай Степанов

– Завидуешь?

– Нет, просто тебя, дурака, жалко.

– Себя лучше пожалей. – Я невольно взглянул на покалеченную ногу парня.

– Зря ты так. – Советчик отвернулся и похромал прочь.

Регул был на три года старше. Он оказался единственным, кто вернулся с войны по ранению. На остальных приходили только извещения о смерти – на моего отца, соседа, двоих приятелей детства… Как подумаю, за кого Русину замуж отдавать, впору волосы на голове рвать. Парней в деревне осталось мало, а невест на выданье пруд пруди. Только свистни!

Почему в солдаты не забрали меня? Спасибо Дагару Четвертому. Его величество запретило отправлять на убой последнего мужчину в семье. Как говорит наш староста, «кому-то нужно и землю пахать, чтобы прокормить армию».

Не знаю, что именно наш правитель не поделил с султаном Луринии, но сцепились они на этот раз серьезно. Третий год воюют где-то в пустынных землях на южной окраине королевства.

После рынка сразу отправился домой. Надо помыться, побриться, рубаху новую надеть, а то моя насквозь кузней пропахла. Эх и погуляю сегодня!

Зеркалом нам служил отшлифованный до блеска медный поднос, висевший на стене рядом с умывальником. Его получил в качестве уплаты за починку колье жены местного торговца. Ох и провозился же я тогда.

Глянул на собственное отражение.

А чего? Не урод. Волосы чернее угля, в деревне ни у кого таких нет. Глаза блестят. Сестре мои очи вообще почему-то покоя не дают, говорит, ей бы цвет неба в ясную погоду подошел куда больше. Нос, правда, немного подкачал, хватило бы и покороче, но я не девка, чтобы мной любоваться.

Выходя из дома в обновках, попал на острый язычок Русины:

– И куда это ты такой красивый? Не иначе – по бабам.

– Мое дело молодое.

– Ты не очень-то увлекайся там. Я тебя уже Шарене в мужья пообещала.

«Недурна девка и живет всего через три хаты от нас, – отметил про себя выбор сестры, – но Ларзи смазливей будет».

– Цыц, малявка! Не с твоим умом хозяину дома советы давать.

– Кобель ты, а не хозяин!

– Да я тебя сейчас… – Притворно замахнулся, чтобы шлепнуть нахалку пониже спины, но она шустро отскочила в сторону и показала язык.

– Смотри, доведут тебя девки до могилы! Помнишь, что старая гадалка говорила?

– Умеешь ты настроение поднять, спасибо.

– Да ладно, пошутила я.

– Иди-ка ты лучше… матери помоги, корову доить пора.

Я в пятый раз за день направился к мосту через Ухань. Напоминание о противной старухе сразу охладило мой пыл. Это ж надо было догадаться восьмилетнему ребенку за невинную шалость напророчить такое! Дескать, связь с красивой девицей сведет меня в могилу. Что ж теперь, только с некрасивыми гулять?

– Опаздываешь, Сарин, – томно улыбнулась Ларзи, встретив меня на самом краю своей улицы.

– Так я это… как его…

Надо же, растерялся. Сам виноват. Нечего о старых бабах думать, когда идешь на встречу с молодой.

– Ладно, на первый раз прощаю.

«Во как! Значит, будут и другие разы? Заманчиво».

– Куда поведешь даму, кавалер запоздалый?

– На площадь, куда ж еще? Там все наши собираются. Погуляем…

– Тебе нужны все или я?

– Ты.

– Тогда пойдем туда, где нас никто не увидит. Если не боишься, конечно.

«Вот это оборот! Хваткая девица. Неужто захомутать меня удумала?! Так я и не против. Сама красавица, и у батюшки ее хозяйство крепкое: три коровы, два десятка поросят, земельный участок батраки возделывают…»

– Веди, звезда моя ненаглядная, с тобой никакие страхи мне неведомы. – Эту фразу, которая очень нравилась сестренке, я запомнил из прочитанной книги.

Ларзи одарила удивленным взглядом, и мы двинулись на запад, к опушке леса, в вершинах деревьев которого собиралось спрятаться солнце.

Середина лета. Вечера в это время года теплые, птицы заливаются такими трелями, что невольно заслушаешься, но самое важное – только сейчас можно на закате найти огненный цветок, который приносит большую удачу. По крайней мере, в это верят все незамужние девицы Хитрово, хотя ни одна пока не откопала своего счастья в лесу.

Задушевной беседы не получалось. Девица держалась напряженно, словно ее силком заставили со мной встречаться. Попробовал пошутить:

– Знал бы, что по грибы пойдем, корзинку бы прихватил.

– Дурнем-то не прикидывайся! Как будто у нас в лесу других дел быть не может.

– Почему не может? С такой кралей…

– С какой?

– Ты ж в нашей деревне самой видной будешь. Или не говорил никто?

– А как же Арина с правого берега?

Извечная соперница Ларзи, на мой взгляд, ничем не уступала нынешней спутнице, но не буду же я говорить о прелестях одной девицы в присутствии другой?

– Да она тебе и в подметки не годится!

– Врешь небось?

– Да провалиться мне на этом месте!

– Я и сама знаю, что лучше ее, но некоторые сомневаются.

– Это кто же такой глупец?

– Пузун, – со вздохом произнесла дамочка и тут же прикрыла рот ладошкой.

Вот, оказывается, кого я нынче замещаю, – отпрыска купца второй гильдии. Ну и ладно, буду пользоваться моментом. Один факт этой встречи поднимал меня в глазах приятелей. Мысленно я уже рассказывал им о своих сегодняшних подвигах.

– Сейчас роса на траве выпадет, давай я тебя на руках понесу.

До опушки оставалось чуть больше десятка шагов.

– Когда выпадет, тогда и понесешь, – пробурчала Ларзи.

– Как скажешь, красавица.

– Это она-то красавица?! – Из леса неожиданно появился худощавый молодец. – Да ты посмотри внимательней – ни кожи ни рожи. Нос плоский, как у хрюшки, голова что арбуз, зубы кривые.

Судя по добротной одежде, он не был простым сельским парнем, но это не давало ему права оскорблять мою спутницу.

– Эй, хлыщ драный, а ну извинись перед девушкой, если жить хочешь!

Узкое, словно сдавленное с боков лицо незнакомца мне не понравилось сразу. А его наглый надменный взгляд вызывал непреодолимое желание врезать кулаком промеж глаз. Вообще-то я человек мирный, и, чтобы втянуть меня в драку, надо очень хорошо постараться.

– Ой-ой-ой! Всякий деревенский пень будет мне угрожать? И сам ты дурак, и баба твоя – дура.

Точно нездешний – о силе Сарина Дюзана знают даже в соседних деревнях. А этот прет на рожон, как бык при случке. Придется образумить.

Одной рукой поднял наглеца за ворот. Хорошая оказалась рубаха, выдержала.