Ведьмы не признают отказов! - Мэй Кин

Я уже собралась открыть рот и защищать себя — различного рода оправданиями, пока он не махнет рукой и, как обычно, отпустит меня на волю, но… На этот раз не вышло. Поскольку ректор перебил меня, гневно сказав:

— Хватит! Хватит с меня ваших шалостей, Арамира!

— Но…

— Все! С завтрашнего дня вы больше не ученица пансиона.

На этих словах мои глаза округлись.

— Что-о? Но вы не можете! — гневно произнесла я, топнув ногой. — Я лучшая ученица! — гордо задрав подбородок, тут же констатировала я, пытаясь взять себя в руки.

— Одна из… — тут же поправил меня мужчина.

— Неважно! Я полноценная ученица «Севиль»! И вы не можете меня так просто выгнать!

— А, кто сказал, что я вас выгоняю? — Он изогнул губы в насмешливой ухмылке, когда в его глазах появился лукавый блеск.

И почему мне кажется, что это не к добру?..

— Вы же сами сказали…

— Да, — перебив меня, с нажимом в голосе, ответил он. — С сегодняшнего дня вы больше не ученица «Севиль». Теперь, вы ученица: «Уайтхилл».

— Что-о-о-о?!

Я медленно присела на стул, чувствуя, как подкашиваются ноги.

Как бы не грохнуться в обморок, от такой-то новости!..

— Не стоит так переживать. Это всего лишь на месяц, — проникновенным голосом поведали мне, наивно полагая, что это утешит.

— Н-но зачем?! — Я перевела рассеянный взгляд на мужчину. — Я не понимаю… Разве мы не обязаны остерегаться и лишний раз не общаться с приспешниками смерти?

— Да. Все так, — задумчиво ответил ректор, глядя на лес, — но так сказано в старых летописях. Сейчас время иное, и… все несколько иначе. — Он снова перевел взгляд на меня и продолжил: — Многое меняется. И не так давно, совет магов постановил, что существа Корнел — должны уметь объединять свои силы воедино, на случай чрезвычайных ситуаций. А это значит, что мы — должны уметь работать в команде не только с теми, кто равен нам по силе и духу. Именно поэтому, в скором времени, будут введены группы учеников по обмену. Но пока — совет окончательно не уладил все детали, вы, Арамира, будете первой, кто познает чужие земли. Как и постигнет новые знания. Может быть там, вы научитесь дисциплине и самоконтролю.

По мере того, как ректор говорил, мои глаза не то, что округлялись! Они были готовы вылезти из глазниц, и покатившись, остановиться прямо возле его сапог! Поскольку мое сердце в данный момент и вовсе — отказывалось биться! Так сильно оно было потрясено!

Что за… выдумки?!

О, святая природа, спаси и помоги!

Это же абсурд!

— Да за что вы так со мной!? — Кажется я вот-вот расплачусь. — Разве я виновата, что..

— Что? — Он заинтересованно посмотрел на меня, заломив одну бровь, когда я замолкла на полуслове, понимая, что едва не ляпнула: «люблю вас!»

«Ы-ы-ы-ы!» — хотелось завыть мне в голос, от безысходности, но характер и родословная обязывали быть сильной.

— Разве я виновата, что моя сила превосходит все нормы?! Дар есть дар! К тому же я не виновата, что защита такая слабая! — обиженно произнесла я, сложив руки на груди, закрывая себя тем самым от боли и разочарования.

Может быть стоило признаться?

Что, если эти чувства взаимны?

«А-а-а, права была Рил!» — подумала я, а после гнев одолел меня с новой силой, и дальнейшее вышло само собой.

— И вообще! Знаете, что, господин Фольцкий! — Я резко поднялась со своего места, сжав ладошки в кулаки и, набрав в легкие побольше воздуха, выпалила: — Может быть я вас люблю!

«Ну вот… Все-таки призналась. Сколько лет молчала, и нате вам!»

В кабинете повисла оглушающая тишина, а потому я осмелилась поднять голову и посмотреть на мужчину.

Он, не мигая смотрел на меня. И впервые — его лицо выражало некоторое умиление и… что? Сочувствие?

Так. Это хорошо или не очень?

Пресвятые драмеды!

— Арамира… — начал он, поднявшись из-за стола, и подошел ближе.

Я замерла, не в силах совладать с бешеным биением своего сердца.

— Вы красивая, молодая ведьма…

— Но? — дерзко перебила я, посмотрев на него в упор, чувствуя, что это вкрадчивый голос и… жалобный взгляд ни к чему хорошему не приведут.

Чутье ведьмы, чтоб его!

— Но, во-первых, я старше вас. И намного.

— Хм. Разве это проблема?

Я подошла к нему ближе и склонила голову набок, ожидая ответа.

— А, во-вторых, у меня есть невеста.

— Пустяк, — пожав плечами, просто ответила я, и провела пальцами по его пиджаку.

Он сглотнул, но тут же сделал шаг назад.

— Любимая невеста, — с нажимом в голосе, повторил он.

Я опустила взгляд, плотно сжав челюсть. Мне потребовалось пару секунд, чтобы взять себя в руки, дабы не разнести тут все, и мысленно не расчленить его даму сердца!

Именно в моменты нестабильного эмоционального фона — сила больше всего балансирует на грани бесконтрольности. А в моем случае, отпусти я себя внутри — и от пансиона остались бы исторические руины.

— Значит вы мне отказываете? — без ужимок спросила я и подняла взгляд на мужчину.

— Поверьте, Арамира, вы еще очень молоды.

— Мне двадцать один!

В нашем мире я уже совершеннолетняя!

— Это ничего не меняет… Просто поверьте мне, вы не первая девушка, что признается мне в любви. Только время доказывает, что это пройдет. Сейчас я для вас просто увлечение. Как что-то запретное и манящее. Но вскоре вам надоест и…

— Что за чушь?!

Я взмахнула руками и отошла к окну, сложив руки на груди.

Все же не так я планировала развязку своего признания.

Невеста у него есть!

Ну и что?!

Не жена ведь!

Да я ее в жабу превращу! Пускай квакает и любит себе на болоте! Правда это уже прошлый век, но не суть!

— Прошу вас, не стоит принимать все так близко к сердцу. Я уверен, что, как только вы встретите своего избранника, это пройдет. И со временем — эта история вам самой покажется смешной, — в его голосе сквозили мягкие, ленивые нотки, словно я маленький ребенок, которому пытаются разъяснить простую истину. И это еще больше — выводило меня из себя!

— Значит смешной?! — взвилась я и резко обернулась, посмотрев на него в упор. — Вы же знаете негласное правило нашего происхождения? — с коварными нотками в голосе спросила я, изогнув бровь, и улыбнулась, в ожидание правильного ответа.

— Ведьмы не признают отказов, — коротко проговорил мужчина, заученную, каждым из нас, с детств, прописную и священную истину.