Ореховый посох - Джей Гордон

На следующий день на заре Гарек и Стивен, отдавая Лахпу последние почести, сожгли его тело на погребальном костре. Глядя на вздымавшиеся языки пламени, Гарек думал о том, как несправедлив был Гилмор к серонам, считая их чуть ли не дикими зверями. Нет, они не были ни животными, ни бездушными убийцами, хотя Малагон и предпринял попытку создать из них целую армию, рассчитывая на то, что они, лишенные души и способности самостоятельно мыслить, будут подчиняться только его приказам. Но истребить человеческую сущность в серонах ему все же до конца не удалось. И Лахп был тому доказательством. Его доброта, его желание помочь, его готовность пожертвовать ради других даже собственной жизнью — все это, безусловно, доказывало, что сероны куда больше способны на сострадание и прочие вполне человеческие чувства, чем об этом было известно даже их создателю.

Во время того страшного ночного сражения с призраками Гарек черпал силы только в неколебимой решимости Стивена сражаться до победы. Порой их битва с духами напоминала некий изысканный, весьма прихотливый и сложный танец, и Гарек сам удивлялся тому, с каким неизменным изяществом и милосердием он дарит смерть этим, уже мертвым, существам. Он понимал, что все это происходит благодаря подаренной ему Стивеном магической силе, и сильно сомневался, что когда-либо снова проявит в сражении подобное совершенство.

Гарек и прежде часто думал о том, в чем, собственно, коренное отличие волшебников от обычных людей. Теперь он знал это, ибо самообладание, которое он обрел, сражаясь с целой армией призраков, было даровано ему именно колдовством, и благодаря этому колдовству стены, половицы и даже сам воздух готовы были, казалось, подчиняться любой его команде. Да, в эти мгновения он и сам творил волшебство!

Гарек стер грязь с башмаков — это были горные ботинки Стивена — и недоуменно покачал головой. Нет, никакой он, конечно, не волшебник; просто его руками действовала магия посоха.

Магия посоха. Гарек уставился на ореховую дубинку, которую Стивен держал в руках. С виду самая обыкновенная палка, однако она уже несколько раз спасала им жизнь. И никто до сих пор так и не понял, откуда берется эта немыслимая сила; даже Гилмор не сумел этого объяснить, А хватит ли этой силы, чтобы спасти Элдарн?

Глядя, как Стивен, худой и бледный, ногой подталкивает в костер дымящуюся ветку, Гарек вдруг подумал: а ведь дело их, пожалуй, еще не проиграно. Хотя Гилмора больше нет с ними, но Стивен, похоже, владеет достаточно сильной магией, чтобы защитить их от Нерака, а стало быть, они, возможно, сумеют проникнуть во дворец Велстар, уберечь дальний портал и вернуть в Элдарн ключ Лессека.

Гарек вздохнул: мечты, мечты... Ведь нужно не просто доставить камень в Горек. Так или иначе, нужно еще отыскать этого последнего сенатора Лариона, Канту, а для этого им придется отправиться в Прагу.

Словно прочитав мысли Гарека, Стивен глянул на него, печально улыбнулся и спросил, бросив посох на землю:

— Ну что, будем плот строить?

И довольно скоро грубоватый, но прочный плот уже стал обретать нужную форму. К счастью, в хижине нашелся весь необходимый инструмент и в очень приличном состоянии, так что Стивен сразу попросил Гарека срубить несколько больших сосен неподалеку от хижины, потом они вместе очистили их от веток и распилили ствол на доски шагов в пять длиной. К вечеру у них набралось уже сорок пять таких досок, и они принялись их скреплять, подбирая примерно равные по толщине, так что в итоге плот получался относительно ровный и на удивление прочный. Во всяком случае, до Ориндейла, как считал Гарек, на нем вполне можно будет доплыть.

В хижину они вернулись совершенно без сил, но страшно собой довольные, а когда почуяли запах ароматного рагу, то забыли и про боль в натруженных руках. Марк и Бринн почти полностью пришли в себя и успели приготовить отличный ужин.

На следующее утро они работали уже вчетвером, и через некоторое время Гарек окончательно пришел к выводу, что с Марком и Бринн все в порядке, и испытал огромное облегчение, понимая, что на этот раз его рискованная игра со смертью закончилась все-таки хорошо. Решение выстрелить в них пришло к нему внезапно, и это был единственный момент во время всей битвы, когда он действительно колебался. Зато те полдня, в течение которых он с тревогой ждал, чем все это кончится, показались ему вечностью. Стивен в пылу сражения попросту не видел того, что он тогда натворил, а Бринн и Марк ничего не помнили. И Гарек от всей души благодарил за это богов Северных лесов. Теперь ему и работать стало гораздо легче, и он с радостью пилил и подгонял тяжелые доски.

— Вы с Гареком были просто неотразимы, когда сражались с этими призраками, — тихо сказал Стивену Марк.

— Между прочим, Габриелю О'Рейли мы жизнью обязаны, — откликнулся Стивен. — Если бы он нас не предупредил, они бы нас точно смяли. А так мне хватило времени подготовить Гарека. Один, без него, я бы не справился.

— И как же все-таки действует твой посох? Ты понял?

— Не особенно. Однако мне вовремя пришло в голову, что его могущество можно как-то разделить. — Он посмотрел в сторону леса, где Гарек на опушке измерял срубленную сосну куском веревки. — И, слава богу, это сработало. Если бы я не сумел передать часть магической силы посоха Гареку, мы и сами бы сейчас превратились в призраков. Между прочим, ты с Габриелем с тех пор в какой-нибудь контакт вступал?

— Нет. Он не объявлялся с тех пор, как предупредил нас о приближении духов.

— Как ты думаешь, он еще вернется?

— Надеюсь, что да. Ведь он уже дважды спас мне жизнь. И насчет Саллакса он нас предупредил. — Марк быстро оглянулся на Бринн и спросил: — Кстати, вчера он случайно не появлялся?

Стивен покачал головой.

— А что, если он не успел уйти достаточно далеко и столкнулся с теми призраками?

— Будем надеяться, что этого не произошло, — успокоил его Марк. — У него с Нераком свои счеты, не говоря уж о том, что его терзает чувство страшной вины. Ты только представь себе, какой это ужас — быть вынужденным служить самому большому своему врагу!

— Да уж, Нераку за многое придется ответить.

— А ты отдаешь себе отчет, что он запросто может всех нас уничтожить?

— Да, я это учитываю, но надеюсь, что этого все же не произойдет. Особенно если мы сумеем добраться до Праги и отыскать этого сенатора, друга Гилмора...

— Канту, — подсказал Марк. — Да, он, наверное, сможет нам помочь. Но как узнать, как он сейчас выглядит и где именно его следует искать?

— Ну, ответа на эти вопросы у меня нет, так что давайте сперва хотя бы до Ориндейла доберемся. — Голос Стивена звучал вполне оптимистично, и они вновь принялись за работу.

К концу дня к основе плота прибавились еще два уровня. Некоторые виды работ приходилось делать, стоя по щиколотку в ледяной воде, и Марк был рад, что они заранее догадались приготовить достаточно досок и строили верхнюю палубу, устроившись уже на плоту.