Случай из практики - Кира Измайлова

– Ну, тут уж оставалось только полагаться на удачу, – развела я руками. – Пока что до этого не дошло. И все же… книга – единственная вещь, с помощью которой можно дать понять Наору, что я его вычислила… даже если это не совсем так.

– Есть у меня одна идея, – крякнул дед. – Только, боюсь, она тебе не понравится.

– Изложи, – попросила я, устраиваясь поудобнее.

Идея мне действительно не понравилась, но выбирать было не из чего. Спорили мы с дедом до хрипоты, в итоге я согласилась, что его вариант – единственно возможный в данной ситуации, и птица с посланием отправилась по хорошо знакомому адресу…

Ждать пришлось изрядно. За это время мы успели допить бутылку орты и начать вторую, дважды перелистать злосчастную книгу – наследство Баграна Такейна Второго – и выяснить, что я действительно помню ее наизусть, равно как и дед. (А что тут удивительного? Всю дорогу до столицы я только и делала, что штудировала эти записки, притворяясь, будто делаю путевые заметки, а дед занимался тем же самым, пока нас с лейтенантом мурыжили в Коллегии.) В этой книжонке содержалось много всякой пакости, но попадались и крайне занятные моменты, которые вполне могли пригодиться и в мирной жизни, вот мы с дедом и обсуждали, как лучше использовать эти заклятия.

– Господин Нарен… – В дверь просунулся дедов слуга, такой же дряхлый с виду, как его хозяин, но надежный и проницательный. Дед таскал его за собой уже третий десяток лет и, хоть постоянно жаловался на его мнимую нерасторопность и забывчивость, менять слугу не собирался. – К вам молодой человек с запиской. Имени назвать не пожелал.

Дед взглянул на клочок бумаги, передал его мне. Я вздохнула – то самое послание, что мы не так давно отправили. Все, как предписывалось инструкцией. Впрочем, разве я ожидала иного?

– Проси, – велел дед, и вскоре в кабинет вошел, отчаянно стараясь не стучать сапогами, Лауринь.

Как и было велено, он переоделся в гражданское. Я уже имела сомнительное удовольствие наблюдать его в этом платье – лейтенант был похож на огородное пугало, – а потому только тяжело вздохнула. Дед окинул юношу таким взглядом, одновременно изучающим и насмешливым, что тот мгновенно залился краской. Мне до деда далеко, пока что я так смотреть не умею…

– Господин Нарен, – выговорил он, – госпожа Нарен… Лейтенант Лауринь к вашим услугам.

– Присаживайтесь, молодой человек! – велел дед, косясь на меня с издевкой. Я поджала губы и залпом допила то, что оставалось в моем стакане.

Лауринь неловко пристроился на краешке кресла. Дед начинать разговор не спешил: отхлебнул еще орты, потом встал, покопался на полке, добыл откуда-то длинную изогнутую трубку и начал со знанием дела набивать. Вот, значит, как! Меня постоянно отчитывает за курение, а выходит, и сам не без греха! Или это спектакль, рассчитанный исключительно на Лауриня? Не видела я что-то прежде, чтобы дед курил.

– Никакого здоровья на вас не хватит, – пробормотал дед, не выпуская черенка трубки из зубов. Я принюхалась: каррис высшего сорта, такой же, какой курю я. Не удивлюсь, если у нас и поставщик один и тот же. – Сколько лет уж, как бросил…

Я промолчала. Надо думать, со стороны мы сейчас были особенно похожи: с трубками в зубах, мрачные… Лауринь переводил взгляд с меня на деда, пока наконец не обратил внимание на то, что лежало на столе. Судя по тому, как округлились его глаза, книгу он узнал.

– Вижу, эта книжица вам знакома, – довольно констатировал дед, тоже наблюдавший за Лауринем. – Так, молодой человек?

– Так точно, господин Нарен, – вполголоса отрапортовал тот и взглянул на меня. – Но как же… Вы ведь ее…

– Я вас обманула, Лауринь, – развела я руками. – Уж простите, другого выхода не было.

– Вы хотели завладеть ею в обход Коллегии? – в голосе лейтенанта неожиданно прорезался металл, и дед взглянул на меня с веселым изумлением.

– И это тоже, – признала я. – Но прежде всего мне хотелось выйти из рук Коллегии живой и невредимой. А для этого нужно было убедить их в том, что книга погибла. Вы стали идеальным свидетелем, Лауринь.

– Понимаю… – протянул он. Выражение жестокой обиды в его взгляде сменилось неожиданной сосредоточенностью.

– Это хорошо, что вы понимаете, молодой человек, – вступил неожиданно дед. – Вы ведь вместе с моей дорогой внучкой гонялись за неким Наором, не так ли?

– Да, господин Нарен, – ответил Лауринь мрачно, не глядя на меня.

– И батюшка ваш был замазан в этом деле по самую макушку. – Дед внезапно перешел на уличный жаргон, которым владел в совершенстве, и это было настолько странно, что даже я удивилась. – Вы, я так понимаю, догадываетесь, кто его спровадил в ссылку и подвел под обвинение в смертознайстве, а? А раз так, то вам прямой резон свои мальчиковые обидки припрятать подальше и подумать головой: как бы этого мерзавца достать.

– Я понимаю, господин Нарен. – Лауринь бестрепетно выдержал дедов взгляд. – В интересах дела я готов на все. Если, как вы говорите, Наора можно «достать»…

– Можно, можно, – усмехнулся дед, выпуская колечки дыма. – Только для этого нам потребуетесь вы. Заметьте, молодой человек, я вам не приказываю. Не имею такой возможности: я старый человек, давно отошедший от дел. Да и Флошша вам приказать, в сущности, права не имеет…

– Не нужно уговаривать меня, господин Нарен, – взгляд Лауриня сделался вовсе уж непримиримым. Любопытно, что на уме у лейтенанта? – Скажите, что я должен сделать?

– Ничего сверхъестественного, молодой человек, – с улыбкой ответил дед. – Вы сейчас вернетесь во дворец. Вы будете растеряны и ошеломлены… вам даже играть не придется, как я думаю. И когда вы встретите придворного мага, вы поделитесь с ним тем, что видели.

– Которого именно придворного мага? – уточнил Лауринь, упорно не глядя на меня. – Их не так мало, господин Нарен.

– Я думаю, – дед покосился на меня, – нас устроит господин Ресс. Впрочем, если первым вам попадется господин Таваль, это тоже будет неплохо.

– Что я должен им сказать?

– Вы были у моей внучки… по делу, – дед снова ухмыльнулся, – и случайно увидели книгу, до безобразия похожую на ту, что Флошша уничтожила в замке Такейн. Вы, понимаете ли, в раздумьях и подозрениях… Более ничего говорить не нужно, даже если станут расспрашивать. Впрочем, вы все равно ничего не знаете.

– Я все понял, господин Нарен. – Лауринь поднялся, по-военному четко наклонил голову. – Разрешите идти?

– Идите, молодой человек, – милостиво отпустил его дед. – Флошша, проводи лейтенанта. У меня тут и заплутать недолго…

– Не стоит, право, – начал было Лауринь, но я уже встала и подтолкнула его к двери.

– Не спорьте с дедом, лейтенант. Это бесполезно…

До выхода мы добрались в молчании. Дом у деда в самом деле большой и бестолковый, с непривычки можно и заблудиться, тут он не приврал.