Арена 13. Жертва - Джозеф Дилейни

Вместе с другими пассажирами мы прошли через поросший травой берег и, оставив позади канал, вошли в лес.

Все без конца таращились на мое лицо. К этому оказалось трудно привыкнуть. Тайрон был прав: это сильно осложнит жизнь. Нас сопровождали два угрюмых солдата в синей форме гвардии Протектора, они уже обливались потом в лучах солнца. Гвардейцы не убирали рук с метательного оружия, которое носили, небрежно перебросив через правое плечо.

В Мидгарде лишь гвардейцы Протектора имели право носить иное оружие, кроме коротких мечей и кинжалов. Их металлические метательные диски могли запросто сломать кость, перебить артерию или раздробить череп.

Я заметил, что гвардейцы бросают на меня враждебные взгляды. Я избегал смотреть им в глаза. Мало того, что я наполовину гентхай, тут еще эта татуировка! Я утешал себя тем, что под крылом Тайрона я в относительной безопасности. Пока я его ученик, они ничего не смогут мне сделать.

Вскоре послышался плеск разбивающихся о скалы волн. Я стал вглядываться в чащу леса, пытаясь разглядеть океан, и неожиданно увидел впереди Морские Ворота.

Это место оказалось гораздо меньше, чем я ожидал. Оно состояло из небольшой бухты, по обеим сторонам которой в море выступали два коротких мыса. Казалось, они словно две руки тянутся друг к другу, оставляя кораблям лишь узкий проход.

Здесь же высилась темная башня из грубого камня, на первый взгляд пустая и заброшенная. Рядом с башней между двумя каменными столбами висел огромный гонг. К дальнему был прислонен молот. Интересно, для чего все это нужно? Вероятно, у гонга есть какое-то церемониальное назначение. В него ударяют, чтобы приветствовать Торговца?

Зеленая вода у причала была покрыта рябью, но она не шла ни в какое сравнение с белым пенным прибоем по ту сторону каменных выступов, обрамлявших бухту. Дул свежий ветер, а у нас за спиной, над горами на востоке, сияло солнце. Несмотря на это, вдали над морем все так же стояла стена тумана. Расстояние между берегом и Барьером постоянно меняется. Говорят, в некоторые дни он подступает слишком близко и тогда рыбакам запрещается ловить рыбу с небольших лодок, стоявших сейчас в гавани на якоре.

– Я думал, корабль Торговца уже пришел, – сказал я Тайрону.

– Его корабль никогда подолгу не задерживается в гавани, мальчик, – мрачно ответил он. – А нам нужно вон туда…. – Он указал на каменную башню на южном берегу.

Но вскоре я понял, что идем мы вовсе не к башне. Впереди показался большой шатер из зеленой парусины. Он почти сливался с окружающей зеленью, если бы не одна вещь: над шатром на свежем морском ветру развевался флаг. Голубой, как летнее небо, на фоне которого был изображен серебристый волк в прыжке.

Ветер трепал флаг, и казалось, будто волк снова и снова бросается в небо.

– Слушай меня внимательно, Лейф. Стой и помалкивай. Говорить будем мы с Воудом. Здесь время – деньги. Мы не можем позволить себе тратить его на вопросы и любезности. И помни, что я тебе сказал: никаких вопросов Торговцу. Выброси их из головы! Есть правила, которые необходимо соблюдать. Наблюдай и учись. Обо всем, что тебе захочется узнать, спросишь меня, когда мы вернемся на баржу. Нам не разрешается изучать каталог товаров. И обездвиженных лаков для нас выставлять тоже не будут. Мы можем лишь попытаться уточнить, что мы хотим. Если необходимая вещь есть в каталоге, нам сообщат ограниченную информацию, включая цену, и мы обязаны на нее согласиться. Здесь не торгуются. Торговец жизненно важен для экономики Джиндина. Он наш единственный поставщик лаков. Без него ни Колеса, ни арены просто не было бы. У него феноменальный ум, он помнит все, – продолжил Тайрон. – Каталог у него в голове, да и наша кредитоспособность тоже, включая суммы, которые у нас сейчас имеются. Все сведения уже проверены и прошли через канцелярию Протектора, у нас есть обширная документация, подтверждающая это. На бумагах стоит печать Протектора, и мы предъявим их Торговцу еще до начала переговоров. Платеж производится сразу после нашего возвращения в город. На следующий день товар доставляется баржей на склад на окраине Джиндина, откуда мы его забираем. А теперь наблюдай и учись.

Я кивнул и вслед за Тайроном и Воудом вошел в шатер. Я не ожидал застать там Торговца, думая, что нас встретят его работники, но, к своему удивлению, увидел поставленные кругом деревянные стулья. На одном из них сидел Торговец – огромный человек с рыжими волосами и рыжей бородой. Его лицо было скрыто серебряной маской.

Тот человек, который дал мне голубой билет, был очень похож на него. Он приезжал в Майпосин и захотел посмотреть бои на палках. Я тогда победил, и полученный мной приз – билет – дал мне право стать учеником Арены 13.

Неужели это тот самый человек? – подумал я. Сказать точно было невозможно из-за маски, скрывавшей его лицо, но все-таки он был похож.

– Это Воуд, а это Лейф, мой ученик, – представил нас обоих Тайрон и быстро перешел к делу.

Мы с Воудом были безмолвными зрителями. Тайрон говорил мне, что хочет приобрести товары лучшего качества, чем те, которые купил в прошлый раз. Особенно его интересовали новые словы Нима, способные наделить лаков разумом.

Но Торговец ничего не посоветовал и не предложил. Такое ведение дел показалось мне странным, разговор между ним и Тайроном был сложным и трудным для понимания.

Словы можно было комбинировать друг с другом, и каждый нес в себе простейшие базовые элементы – синтаксические группы, давным-давно разработанные пионерами, создавшими искусство составления шаблонов. По мнению Тайрона, поставляемые в Мидгард словы были ущербными. У них отсутствовали элементы, которые можно было сложить в строительные блоки разума; и над созданием этих базовых элементов он бился долгие годы.

Диалог Тайрона и Торговца принял форму, которая мало чем отличалась от первых движений поединка на Арене 13. Каждый участник искал преимущества, осторожно прощупывая оборону собеседника. Но чуть позже я увидел это в ином свете.

По-настоящему важным было не то, что Тайрон уносил с собой, а то, что он читал между строк. Ибо в ходе этого сложного разговора Тайрон, умелый шаблонщник, учился у более опытного мастера.

Да, некоторое количество словов будет записано и отправлено Тайрону, но это будет сделано лишь для проформы. Нужной механику информацией они обменивались сейчас, в моем присутствии, и именно за нее мой хозяин и платил золотом.

Через час этого иносказательного диалога Тайрон не глядя купил дюжину лаков. Ни одного из них нам так и не показали. И тогда я понял еще кое-что: между Тайроном и Торговцем существовало глубокое доверие, а мой наставник явно был привилегированным покупателем. А вот в диалоге между Воудом и Торговцем, похоже, действовали совершенно иные правила. Да и сам разговор понять было гораздо проще.

– Я хочу купить душу истинного шаблонщика, – сказал Воуд.

– Сегодня в каталоге значатся пять штук, – ответил Торговец, блеснув глазами в прорезях маски. – Первые четверо – мужчины, и мы будем называть их по каталожным номерам: 3671; 2587; 2004 и 1805. Пятый – женщина, и ее номер – 0001.