Козырной король - Константин Мзареулов

— Побереги серебро, братишка.

Повернув голову, Вервольф увидел Мефа, который выколачивал из нашейного Амулета совершенно убийственные — в прямом и переносном смысле — заклинания. К стыду своему, младший Сын Вампира даже не догадывался о существовании столь смертоносного колдовства. Волны гибели, расходясь полукольцами, прорезали степь до горизонта, выкосив все организмы сложнее травы.

— Нормально получилось, — не без зависти сказал Вервольф.

Он поднялся, отряхивая с одежды превращенную в пепел землю. Рядом вставали в рост его солдаты, потрясенные столь впечатляющей демонстрацией высочайшего Искусства Смилодон подошел к двум герцогам и замешкался, не в силах определить, к которому следует обращаться в порядке субординации. Наконец заговорил, глядя в промежуток между братьями

— Ваши высочества, прикажете отправить роту стрелков на подмогу авангарду?

Мефисто поглядел на замок. Там было жарко. Сынок Оберона потерял почти половину отряда, но прорвался сквозь плотные ряды монстров и преодолел две трети пути к крепости. Тонко улыбаясь, Меф произнес:

— Зачем же рисковать нашими солдатами? Далт нам больше не нужен. Пусть выживает сам, если может. За риск мы платим его банде большие деньги

К ним приблизились, оживленно беседуя, Фауст и Ренк. Граф, смущенный негостеприимностью этого Отражения, сочувственно сказал пехотному полковнику:

— Не завидую тебе, Смилодон. Твоему народу придется много веков чистить Эльсинор от мерзких тварей.

Смилодон жалобно посмотрел на царских сыновей, и мягкосердечный Фауст понял, что пора повторить сеанс массовых убийств — один из тех, что принесли ему славу доброго доктора. Народ всегда любил правителей, массами истреблявших чужаков, но изредка щадивших соплеменников.

— Не придется, — успокоил он эльсинорца. — Ренк, отправь рыцарей в поле — мне нужно по одной дохлой твари каждого вида… И скажи, чтоб постарались не трогать падаль руками — пусть наколют на копья и несут на весу.

— Глубокий замысел, — одобрил старший брат, — Ты всегда умел находить веселые решения.

Вскоре на склоне холма распласталось десятка полтора туш и тушек всех форм и размеров. Сначала Фауст поколдовал над дохлым василиском, затем занялся кентавром и так, методично обрабатывая трупы, обошел всю кунсткамеру. Сгоравшая от любопытства армия с недоумением следила за манипуляциями доброго доктора. Поскольку тревожить колдуна во время работы было небезопасно, взоры обратились к Мефу. Прочитав по глазам соратников невысказанный вслух вопрос, прозванный Дьяволом герцог объяснил:

— Сейчас вы увидите очень тонкую и хитрую магию. Мой брат наложил на труп василиска несколько заковыристых заклинаний, после чего передохли все василиски во всем Эльсиноре. Потом он убил всех ящеров, волков-кентавров, крыс-медведей и так далее.

Выпрямившись, Фауст взялся руками за поясницу, расправил плечи и сообщил:

— По-моему, все.

— «Все» будет, когда перекроем Черную Дорогу, — проворчал Вервольф.

Кроме самого Далта и Джулии уцелело всего пять наемников. Они сидели на траве возле крепостной стены, курили сигарные бычки и тянули виски из фляжек. Материться не было сил.

Когда войско Нирваны присоединилось к жалким остаткам авангарда, Джулия рассказала, заикаясь, что монстры едва не перебили их, но вдруг все василиски упали без признаков жизни, а за ними вырубились и остальные твари.

— Вам повезло, — коротко резюмировал Мефисто. — Пошли искать вход.

Они обогнули четверть периметра стены и обнаружили мощные подъемные ворота. Фауст помахал Амулетом, после чего обшитая листами серебра дубовая створка поползла вверх, скрипя цепями.

— Солдаты — в казармы, братья — за мной, — приказал Фауст, — Остальным не советую входить в замок и тем более — подниматься на второй этаж.

На сей раз даже Джулия не осмелилась перечить, хотя по ее взгляду было видно: ведьме очень хочется обшмонать это таинственное место, совершенно не тронутое демонами времени. Похоже, она уже поняла, что нирванцы никогда не предостерегают попусту.

В вестибюле на первом этаже замка Мефисто, ухмыляясь, сказал среднему брату:

— Ты хорошо напугал этих придурков. Но Джулия может просечь, что здесь нет защитной магии.

— Нет? — Фауст удивленно поднял брови. — Здесь нет, но на лестнице уже есть. А сейчас и здесь будет.

С этими словами он перекрыл все щели заклинаниями Нестерпимой Боли и Мучительной Смерти. Чуть позже, поднимаясь по ступенькам, братья обнаружили, что замок по-прежнему охраняется чарами, наложенными, видимо, дедом или родителями. Любой, кто не принадлежит к нирванской династии, был бы немедленно разорван в клочья и поджарен до полной обугленности. Признаки подобной расправы можно было увидеть в разных частях крепости — вероятно, поэтому банда Суэйвилла не сумела разграбить или уничтожить волшебную обитель пращуров.

Из трех братьев лишь Мефисто бывал в этом месте — в прежней жизни, когда Нирвана имела статус Великого Царства, одного из трех столпов Мироздания. В годы скитаний он часто рассказывал младшим о чудесах Замка Метафор, хотя сам ни разу не пользовался этой магией.

Лишь со слов родителей Меф знал, что некоторые зеркала и картины, украшавшие замковые покои, показывали прошлое. На других холстах можно было увидеть сцены вероятного будущего. Иногда картины и отражения в зеркалах оживали, чтобы снова замереть, образовав новые сюжеты. Большую часть изображений следовало толковать метафорически. Лишь несколько зеркал работали подобно Картам, показывая события, происходящие в данный момент в конкретных отражениях. Но труднее всего было понять, что именно изображает каждое зеркало — настоящее, прошлое или будущее.

Малость оробев, они бродили по залам, коридорам, кабинетам и будуарам, разглядывая портреты прежних обитателей Замка, давно ушедших во мрак за Гранью Хаоса. Они легко узнали портрет Гамлета, первого царя Нирваны, а также других существ, создавших великую державу еще до появления человека.

Судя по сигналам Амулетов, портреты можно было использовать, как Козыри, и это открытие не на шутку встревожило братьев.

— Связь с покойниками? — нервно проговорил Вервольф. — Мы заглянем в то место, где они сейчас находятся?

— Не заглянем, — решительно успокоил его Фауст. — Мы будем умнее и не станем рисковать.

Внезапно распахнулось батальное полотно, как бы приглашая нирванских герцогов на поле, где выстроились для битвы три войска. На переднем плане был виден холм с шатром, разноцветные полотнища знамен шевелились под легким ветром. В небе тускло светило багровое солнце, наполовину скрытое полосками облаков. Из шатра вышел крылатый воин в кольчужной юбке до щиколоток и кожаном жилете, обшитом бронзовыми пластинами. Его почти человеческое лицо было дополнено крючком орлиного клюва, заменявшего рот, нос и подбородок. Полководец из племени гарпий пристально поглядел на потомков, но те отшатнулись, и Мефисто поспешно призвал Амулет, чтобы закрыть своевольный Козырь.