Куратор Истории - Юрий Иванович

– Жаль, есть в ней что-то этакое… – он тоже любил бывать первым в «раскрытии». – Тогда постараюсь напроситься на вторую ступеньку.

На второй встрече выбор всё равно оставался за новенькой, но Николя верил в свою неотразимость. Посмотрим, как оно получится на самом деле.

В нашей компании, да и в иных, подобных нам группах, давно сложился свой особый языковой сленг, позволяющий обсудить или понять любые тонкости наших взаимоотношений. Ещё больше имелось условных сигналов методом касания, которыми мы во время самого коитуса давали партнёршам знать о том, как лучше или что предпочтительнее делать дальше. Как и партнёрши нам подсказывали, когда прерваться, когда ускориться или когда и как сменить позу. Тем более что слова порой неуместны или невозможны, а пальцы-то чаще всего свободны.

А я вспомнил о другом:

– Что-то давно не видно на вечерах твоей старой подружки Софийки. Или ты с ней поссорился?

– Я-то с ней не ссорился, – погрустнел приятель. – Это всё Лиана ее в конце концов выжила. Как начала с первого дня ревновать, так и не смогла успокоиться…

– М-да, жаль… Девочка незабываемая. Может, дашь мне её телефон? Позвоню в случае чего…

Мэтрюс в сомнении покрутил носом, но телефон Софийки мне всё-таки сбросил. Видимо, сам чуток ревновал свою первую любовь к компаниям без своего участия. Вот он, главный минус супружеской жизни: не всё получается, как хочется. И это ещё ничего! Мы с ним знаем несколько случаев, когда молодожёны из-за ревности одной из сторон вообще покидали компанию. Обзаводились сразу детьми, меняли место жительства, номера телефонов и надолго бросали наши шумные вечеринки.

Потом, естественно, некоторые из них возвращались, но…

Обговорив напоследок способы связи и условные пароли при новенькой, мы распрощались с Николя до вечера, и я поспешил сразу на место встречи с Моникой. Чего-то разволновался даже, подумав, что она не придёт. Или ещё что случится нежданное.

Красотка пришла, а вот предчувствие меня не обмануло. Потому что сразу от девушки поступило предложение:

– Валентин! Давай после ужина поедем к тебе. Сначала… А то я ещё окончательно не решилась.

Ладно, коль так. Тем более я надеялся, что мы всё успеем: и сами наедине побаловаться, и в дом семейства Мэтрюс заскочить. К тому же разогретая женщина, как правило, быстрее соглашается на продолжение уже совсем иного по качеству и по насыщенности удовольствия.

Поужинали в одном уютном ресторанчике, недалеко от моей обители, и минут десять прогулялись пешком. Вечерний променад всегда полезен. Общались мы уже как старые и добрые друзья, веселились, рассказывали анекдоты на любую тему и любого жанра. Ну разве что Моника слишком часто заглядывала на экран своего смартфона. Кто-то ей чуть ли не каждые две минуты слал разные сообщения.

– Кто это тебе всё покоя не даёт? – возмутился я, когда наш затяжной поцелуй у меня дома, по пути к кровати, прервался очередным пиликаньем.

– Да сестра всё со своими делами не разберётся и по каждой мелочи моё благословение получить пытается.

Меня подобное не устраивало, поэтому я незаметно сделал маленькую пакость. Включил негромкую музыку, а на сумочку Моники с телефоном, якобы нечаянно, набросил толстое одеяло. Так что добрый час нас никто не отрывал от вожделенного священнодействия. Партнёрше я удовольствие доставил в полной мере, а вот сам не спешил с последним аккордом.

Это не осталось незамеченным:

– Почему сам не кончаешь?

– Хочется растянуть удовольствие. А уж когда мы в компанию попадём, там покажу себя в полной мере.

– И сколько тебе лет? – неожиданно сменила тему разговора Моника. – Потому что тебе явно не тридцать четыре. Для такого возраста ты слишком опытен. Тебе не меньше сорока… а то и больше. Угадала?

Я откровенно обиделся:

– Мне и сорок-то никто не давал никогда! Но уж чтобы больше?!. Шуточки у тебя, однако! И откуда у тебя такой опыт, чтобы судить о моём опыте? – И вновь стал поворачивать русло беседы в нужную сторону: – Ты лучше признавайся, всё ли тебя сегодня устроило? И не хочешь ли ты… вот так?.. Или вот так?..

Она вроде и расслабилась, и задышала учащённо от удовольствия. Но не успел я продолжить ласки, как спохватилась, словно со сна открыв глаза:

– А где мой телефон?

– Понятия не имею, – прошептал я, продолжая свои действия. – Какая у тебя нежная кожа… Мм! А запах…

Только красотка уже совсем не реагировала на мои прикосновения и нежные поцелуи. Выскользнув из объятий, приступила к поиску телефона. Затем с недовольно сдвинутыми бровями минут пять читала накопившиеся сообщения. Причём прочитанное уже сразу стирала. Честно говоря, я мог легко подсмотреть переписку, хоть угол отражения и не был идеальный для этого. Но накатившее раздражение заставляло думать об ином:

«Внутренний голос шепчет, что сегодня золотая рыбка срывается с крючка. К моим приятелям она явно не поедет. А завтра?.. Завтра у меня самого может пропасть азарт. Хороша ложка к обеду…»

И не стоило забывать данного господину Грэйхемцену обещания: вытащить его завтра утром, незаметно от всех из госпиталя его имени. А потом и помочь вычислить его главного врага. Та ещё морока предстоит. И для надлежащей формы следовало хотя бы часть ночи нормально поспать. При этом желательно Монику от меня спровадить, а то вдруг ей никуда утром спешить не надо?

С этого я и начал:

– Сладенькая моя, мы отправляемся к моим друзьям, или?..

– Я всё ещё не готова сразу вливаться в большую компанию, – отвлеклась девушка от телефона. – Но ты ведь предлагал, что можно начать с минимума?

– Да… Но в каком именно составе?

– Согласна, если сюда к тебе приедет твоя подруга, – неожиданно заявила красавица, опять ныряя ко мне в постель. Но телефон при этом положила на пол, возле изголовья. – Хотя сейчас уже вечер, у всех свои планы. Так ведь?..

Она была права, и я вполне легко раскусил задумку: затянуть время, а потом беззаботно остаться у меня на ночь без каких-либо повышенных для себя обязательств. Но Моника плохо обо мне думала, подруг у меня хватало. Даже таких, которые ради предстоящего трио в моей квартирке сбегут из уже собравшейся компании. И первой в моём мысленном списке мелькнуло имя Софийки.

Не факт, что она вообще отзовётся, но первый звонок я сделал давней знакомой Николя Мэтрюса. И – о, чудо – Софийка откликнулась на звонок. Три минуты ничего не значащего трёпа, сожалений, что так долго не виделись и общих фраз про общих друзей, пролетели как миг. А потом я сразу перешёл к делу:

– Софи́, я тут с возлюбленной девушкой, но нам не хватает напарницы. Можешь ко мне приехать?

Пауза перед ответом длилась не более пяти секунд:

– Говори адрес! – Пока я наговаривал свой адрес, успел заметить гримасу неудовольствия на личике Моники. Кажется, моя новая любовница не ожидала от меня подобной прыти или рассчитывала на нечто другое. Может, дожидалась более продолжительных уговоров? Или вообще решила сбежать? Бывало и такое в моей биографии.