Битва судьбы - Дмитрий Казаков

– Так что, все местные хищники будут на нас охотиться? – поинтересовался Хорт угрюмо.

– Не знаю, – пожал плечами маг. – Но чем дальше мы уйдем на юг, тем лучше. Там Остроухие с людьми давно не воевали.

– Но сегодня мы далеко не уйдем, – Хорт с сомнением огляделся. В лесу стемнело, деревья начинали сливаться, терять зеленый цвет под влиянием серой лапы ночи. – Ищем место для ночлега.

Государь

– Входи, Кондл, и давай без титулов, – на этот раз Бран принимал главу лазутчиков в собственном кабинете, сидя за огромным столом из редкого черного дуба.

– Как будет угодно государю, – далеко не робкий, Кондл в кабинете боялся даже дышать. Застыл изваянием у широкой двери, вцепившись в рукоять церемониального меча.

– Садись же ты, – нотки раздражения проскользнули во властном баритоне, и Кондл выполнил приказ, мгновенно опустившись на самый краешек стула.

Бран чувствовал себя отвратительно. Что-то тяготило его, какая-то маленькая, но зловредная песчинка мешала жить правителю Эрина, а значит – и всему государству. Песчинка в государственной махине, или песчинка в Даре, угроза вторжения или сомнения правителя? Этого Бран не мог понять, а неопределенность злила.

– Ну что, есть новости? – спросил правитель Эмайн Махи, потирая ноющие виски.

– Почти нет, государь, – Кондл замялся. – Кроме одной.

– Что за новость? – вяло поинтересовался Бран, разминая шею.

– Родомиста мы не нашли, но маги работают, не покладая рук. Проверяют всех знакомых Родомиста. Среди них есть некий Хорт из Болотных Выселок, охотник и следопыт. Соседи сказали, что Хорт с магом знаком, причем давно.

– Так-так, и что? – Бран почувствовал, что скука отступает.

– В последнее время мага там не видели, но Хорт живет на отшибе, так что это ни о чем не говорит. Мы обыскали дом. Там никто не был уже несколько дней. Есть признаки, что дом покинут надолго.

– Ты предполагаешь, что Родомист добрался до Хорта, а далее они ушли вместе?

– Есть такая возможность, – кивнул Кондл. – Если маг собрался в дальнюю дорогу, лучшего проводника и помощника ему не найти.

– Наверное, – Бран покачал головой. – Родомист всегда выбирает лучших.

– И еще, – нерешительно сказал Кондл. – Воевода Ратан, глава полка Волосатых, стоящего у северной границы, исчез.

– Как так? – государь Эрина скептически хмыкнул.

– Скрылся из расположения полка, оставив невразумительную записку, – пожал плечами молодой альв.

– Это становится совсем интересно, – Бран вздохнул, откинулся в кресле. Что-то ускользнуло от его внимания, что-то очень важное, значительное, но что именно, Бран не мог понять.

Было слышно, как во дворе замка лает и никак не может успокоиться собака...

Воевода

Рана на руке оказалась неопасной. Травы из запасов Родомиста, тугой бинт, и все, можно идти. Остальные путники счастливо избежали волчьих клыков, пострадали исключительно полушубки, штаны и валенки.

Под утро, после побоища, Хорта, стоявшего на страже, скрутил приступ. Ратан проснулся от хрипа и кашля. Тут же вскочил Родомист. Развели огонь, разогрели воды. Аромат трав, напомнив о лете, поплыл над сугробами. Даже Леслав, о крепости сна которого путники уже сложили несколько шуток, задергал носом. Правда, не проснулся. Охотника отпоили, тот вроде пришел в себя.

Но днем шагал хмурый, осунувшийся. Еле тащился. А без него отряд мигом сгинет в зелено-белом безлюдье. Но и с такой скоростью далеко не уйдешь. Родомист смотрел-смотрел на такое непотребство, затем не выдержал:

– Так Хорт, ты долго не протянешь. Приступы будут учащаться.

– И что делать? – сопя, словно дырявый кузнечный мех, спросил охотник.

– Есть одно средство, которое нам скоро будет доступно, маг невесело ухмыльнулся. – Вода из Сиреневого озера.

– Что? Откуда вода? – взвился Хорт, но, засипев, замолчал.

– Откуда? – захлопал ресницами Леслав.

– Из самого сердца Темнолесья, – медленно проговорил маг.

– Что? – лицо юноши исказилось. Ратан хмыкнул.

– Ты не ослышался. Из Темнолесья. Нам все равно через него идти, ну так и сделаем крюк, – маг говорил спокойно, но в словах его чувствовалось напряжение.

– Мы прошли бы краем, – справившись с удушьем, сказал Хорт. – Идти через середку – верная смерть.

– А не идти – хуже, чем смерть, – отрезал Родомист. – Это невозможность дойти до цели, наблюдая при этом твои мучения.

Охотник заскрипел зубами.

– Мне, – спокойно сказал Ратаи. – Все равно, куда идти. Хоть по центру, хоть по краю. Но смотреть, как ты мучаешься, очень неприятно.

– Может там не так страшно, – улыбнулся Леслав. – Прорвемся.

– Вот он, выбор, – процедил сквозь зубы Хорт. – Или его отсутствие? Хорошо, пойдем через Темнолесье.

Разговор остался позади, и Ратан привычно шел последним в маленькой колонне. Дело воина – сражаться, и не его вина, что выпал такой жребий. А с кем сражаться – это решают маги и правители.

Ученик

Утренний приступ Хорта Леслав проспал. И потом долго не мог понять, почему сегодня они идут так медленно. После разговора все стало ясно, но любопытство поселилось в сердце юноши. О загадочном Темнолесье болтали много, да только конкретно никто ничего не знал.

Так и шел, пока любопытство не вырвалось наружу самым банальным вопросом:

– Учитель, а что такое Темнолесье на самом деле?

Маг ответил, не оборачиваясь:

– Ты точно хочешь знать?

– Хочу! – решительно кивнул Леслав. – Ведь мы туда идем.

– Боюсь, что знание о том, что это такое, там мало поможет, – улыбнулся маг. – Но ладно, если хочешь, я расскажу, но вечером, на привале.

Пришлось смириться и шагать до самого заката, да еще потом добрых верст пять. И лишь когда ноги окончательно отказались шевелить снегоступами, а плечи под тяжестью мешков стерлись почти до костей, путники остановились.

Нетерпение копошилось в душе щекотливыми лапками. Но сначала пришлось собирать хворост для костра, затем наступило время ужина, а после него – чистки котлов. И как назло, выпало дежурить Леславу.

И только когда котлы гордо заблестели, юноша облегченно вздохнул и подошел к магу, который сидел около костра, протянув к пламени ноги.

– Учитель, так вы расскажете или нет?

– Обещал – расскажу, – улыбнулся маг и хлопнул по бревнышку рядом. – Садись.

Леслав сел, умостился поудобнее.

– Темнолесье, как ясно из названия, – начал Родомист, и Леслав вздохнул, вспомнив множество дней в башне, проведенных под аккомпанемент таких вот, занудливых, рассказов, – это огромный кусок леса верст в четыреста окружностью. Ни люди, ни Остроухие обычно туда не ходят. А из тех, кто все же зашел, вернулись немногие.