Бельфеддор - Вольф Белов

– Что за странный интерес у инородца к делам благородного ногарского вельможи? – с подозрением спросил Аттеконнос.

– Просто пытаюсь удовлетворить собственное любопытство, – осторожно произнес Бельфеддор.

Аттеконноса такой ответ явно не убедил, Ксаннос же усмехнулся и сказал:

– Как показывают последние события, благородства в господине Соттаносе гораздо меньше, чем казалось. Скорее уж он подобен рыночному барыге, а не аристократу.

– Кто же он таков? – спросил Бельфеддор.

– Советник императора, – ответил Ксаннос. – Наш повелитель Аммитетоннос поручил ему строительство нового дворца в Отоммосо. Три года он руководил инженерными работами и, похоже, неплохо нагрел на этом руки.

– Он пользуется большим влиянием? – снова спросил Бельфеддор.

– Безусловно, – кивнул Ксаннос. – Ведь он советник самого императора и пользуется расположением Омматоннатоса, наследника трона. Правда, в последнее время государь несколько охладел к своему вельможе, до него дошли слухи о казнокрадстве. Император прислал для проверки другого своего советника Октонноса.

– Но если у тебя предполагаются какие-то трения с Соттаносом, приятель, лучше держись от него подальше, – посоветовал Аттеконнос. – Если верить слухам, он довольно скользкий тип и, как бы ни пошатнулось его могущество, все равно останется на плаву.

– Но ведь это только слухи, – произнес Бельфеддор. – Можно ли им верить?

Аттеконнос пожал плечами.

– Кто знает? Дыма ведь без огня не бывает, а такие высокопоставленные вельможи умеют избавляться от неугодных людей. В этом городе ежедневно гибнут десятки человек при самых странных обстоятельствах, и не все из них простолюдины.

Последнюю фразу Аттеконнос произнес столь многозначительно, что Бельфеддор настороженно спросил:

– Уж не хочешь ли ты сказать, господин Аттеконнос, что к некоторым убийствам может быть причастен сам Соттанос?

– Все может быть. – Аттеконнос снова пожал плечами с деланым безразличием. – Просто за последнее время исчезло много людей, кто так или иначе был причастен к строительству дворца.

– Об этом лучше не говорить, – остановил Ксаннос молодого друга. – Здесь слишком много посторонних ушей вокруг. В конце концов, все это действительно лишь слухи и домыслы, пока ничем не подтвержденные. Но в одном Аттеконнос прав: таким людям, как Соттанос, Октоннос и им подобные, приближенным к трону, – лучше не становиться поперек дороги. Руки у этих людей очень длинные. Что касается самого Соттаноса, на задворках его дворца частенько толкутся темные личности, готовые за пригоршню монет сделать все что угодно.

– Благодарю вас, что просветили меня, – произнес Бельфеддор. – Прошу прощения, благородные господа, но должен покинуть вас. Желаю вам всего хорошего.

– Пусть и тебе сопутствует удача, Бельфеддор, – доброжелательно ответил старик.

– Будь здоров, приятель, – небрежно бросил Аттеконнос.

Решив обдумать полученные сведения на свежем воздухе, Бельфеддор забрал свое снаряжение, оседлал Мрака и выехал с постоялого двора.

– Ну и чего ради мы столько времени трепали языком с этими господинчиками? – недовольно и насмешливо спросил демон.

– Теперь мы имеем представление о том, кто такой хозяин Исинты, – тихонько пробормотал Бельфеддор.

– Ничего мы не узнали, – проворчал демон. – Одни лишь слухи и домыслы, а люди любят приврать. Но лично мне все это не нравится. Ты затягиваешь нас в водоворот чужих страстей. Я же чувствую – ты всерьез собрался распутать загадку гибели Ксеттоса. А следы, похоже, ведут к Соттаносу. Я готов встретиться с полусотней противников в открытом бою, но очень опасаюсь получить нож в спину. Из того, что мы сегодня услышали, ясно, что можем дождаться именно такой участи.

– Не преувеличивай, – ответил Бельфеддор. – Я всего лишь хочу помочь Исинте, и ничего больше.

– Кого ты пытаешься обмануть, глупец? – прорычал демон. – Не забывай, я живу внутри тебя, и от меня ничего не утаишь. А Исинту наверняка уже прикончили.

– Она жива, – убежденно возразил Бельфеддор. – Я чувствую это сердцем.

– Значит, скоро прикончат, – не унимался демон. – Девчонка, видимо, слишком много знает, или кто-то думает, что она много знает. И нас зарежут или отравят, если влезем в чужие дела.

– Не скули, – проворчал Бельфеддор. – Оскорблял меня всю дорогу, а сейчас сам ведешь себя, как трусливая баба. Сам же хвастался, что можешь учуять противника за пятьдесят шагов. И потом, именно ты неоднократно жаловался на скучную жизнь. Вот тебе приключения.

Такой довод заставил демона надолго замолчать.

Когда Бельфеддор вернулся к постоялому двору, у ворот его встретила стайка чумазых ребятишек. Едва завидев черного рогатого всадника на вороном жеребце, детвора гурьбой бросилась к нему.

– Вам чего? – недоуменно спросил Бельфеддор, не сообразив сразу, чем вызвано внимание маленьких попрошаек к его персоне.

– Ведь это ты господин Бельфеддор? – спросил старший из ребят.

Бельфеддор кивнул.

– Беда, господин! Галгана поймали!

– Кто?! – встревожился Бельфеддор.

– Какие-то разбойники из Темного города.

– Вы знаете, где его держат?

– Она знает, – предводитель сорванцов указал на маленькую девчонку лет семи.

– Едем, покажешь мне это место.

Наклонившись, Бельфеддор подхватил девчонку и усадил ее впереди себя.

– А это вам.

Он бросил детворе несколько монет и пришпорил Мрака.

– Их много, господин, – испуганно пискнула девчонка.

– Ничего, разберемся.

– Не успели еще отыскать Исинту – так уже мальчишку выручать надо, – неодобрительно заметил демон.

– Не ворчи, – вслух ответил Бельфеддор, забывшись. – Зато у тебя появился отличный повод размяться.

– Вот это другое дело! – сразу повеселел демон.

Девчонка испуганно посмотрела на Бельфеддора, не понимая, с кем он разговаривает, но спрашивать что-либо не решилась.

Указанный малышкой дом Бельфеддор узнал сразу. Именно в этом воровском притоне он наполнил свой кошель золотыми монетами накануне.

– Постереги моего гиппариона, крошка, – мрачно попросил Бельфеддор, спешившись. – А я пойду поздороваюсь с хозяевами.

Девчонка испуганно припала к холке Мрака, обняв жеребца за шею и зарывшись носом в его густую гриву.

Ударом ноги Бельфеддор выбил хлипкую дверь и вошел в дом. Галгана он увидел сразу. Мальчишка, раздетый донага, был подвешен за связанные руки на медном крюке у стены. На его худеньком теле виднелись свежие рубцы – видимо, уже успел отведать плетей. Перед мальчишкой стоял звероватого вида мужик с раскаленной кочергой в руке, явно намереваясь подвергнуть маленького пленника пытке.