«Попаданец» специального назначения. Наш человек в НКВД - Виктор Побережных

Еще через час нам уже было плевать на цены, на рожи, мелькающие за соседними столиками. В какой-то момент я почувствовал – харе! Еще немного и выпаду в осадок! Только открыл рот сообщить об этом Зильберману, как он заявил мне то же самое! Посмеявшись над совпадением наших мыслей, я только решил позвать официанта для расчета, как кто-то хлопнул меня по спине так, что я грудью чуть стол не снес!

Дальше действовал на рефлексах и инстинктах: рывком отодвинулся от стола, смещаясь вправо, вскакиваю, поворачиваясь, и… натыкаюсь взглядом на улыбающуюся усатую морду. Разяп!!!

– Ну и рожа у тебя, Андрюха! – Разяп обхватил меня своими лапищами.

– Тише, чертяка! Раздавишь! – вырвавшись из объятий Кучербаева, наконец рассмотрел его. Такое чувство, что Разяп стал еще здоровее, чем раньше (хотя куда уж здоровее!). Погоны подполковника, два ордена и две планки за ранения.

– Шикарно выглядите, товарищ подполковник!

– Ты чего, сильно стукнулся, что на вы перешел? – Разяп искренне обиделся. – Я к тебе со всей, так сказать, душой, а ты?!

Не выдержав, я заржал. Обиженный Разяп – это нечто!

– Ну слава Аллаху! – Разяп снова разулыбался. – А то я испугался. Мол, испортился человек, друзей не узнает. Чехов вспомнился, рассказ про «Толстого и тонкого».

– Не дождешься! – продолжая улыбаться, я повернулся к Яшке, который все это время сидел с охреневшим видом.

– Яша! Знакомься – подполковник Кучербаев Разяп Саитгалеевич. Мы с ним на юге, в командировке познакомились. Помнишь, в спецкомиссии работал? Когда познакомились, считал, что Разяп – это прозвище! Разяп. И ты знакомься – майор Зильберман, Яков Самуилович. Мой коллега и друг.

Интерлюдия. Москва, Кремль, кабинет И.В. Сталина, 14 августа 1943 г.

– Значит, так и решим, – Сталин хлопнул ладонью по столу. – «Андреевцев» берем после моего возвращения. Хватит, а то заиграются. Ведь вы уверены, что нашли ВСЕХ?

Берия и Мехлис уверенно кивнули. Мехлису это простое движение далось с явственным трудом – поездка по Туркестану далась ему не так легко, как ожидалось. Одно крушение спецпоезда чего стоило! Тогда Лев Захарович только чудом остался жив, но полученная травма теперь давала о себе знать.

– А если зашевелятся? – Ворошилов перевел взгляд с наркома НКВД на вождя.

– Им же хуже, – как-то безразлично отмахнулся тот. – Что у нас по Свердловску?

Услышав вопрос, все тут же выбросили мысли о Андрееве и его сподвижниках и с любопытством уставились на Лаврентия Павловича.

– Все идет даже лучше, чем ожидалось, товарищ Сталин. Особенно радуют физики. Первый экземпляр изделия обещают к концу следующего года.

– Очень хорошо, очень! – Сталин отложил трубку и отошел к окну кабинета. – Сложности?

– Все решаются на месте, товарищ Сталин. Все необходимое группа Курчатова получает в срок и в полном объеме. Началось серьезное продвижение и в проекте «Земляки». Сроков, даже предварительных, пока нет, но… – Берия взглянул на свою папку. – Можно уверенно говорить, что аппарат будет!

– А вот это совсем хорошо, – Сталин вновь вернулся за стол, покрутил в руках трубку и со вздохом отложил ее. – А что наши «попаданцы»?

– Максимов плодотворно работает в Свердловской группе. Его вклад в проект оценивается как крайне высокий. Единственная проблема – его здоровье: постоянные головные боли и частое головокружение. Медики постоянно контролируют его состояние, но определить причины этого пока не могут. Высказывается предположение, что это связано с ранением «тела-носителя». Но подтвердить или опровергнуть это пока не представляется возможным. Тем более что Стасов был в подобной ситуации, но никаких проблем со здоровьем у него нет.

– А как сам Стасов? Работает хорошо?

Берия едва заметно поморщился, взглянув на разулыбавшегося Ворошилова. Так получилось, что Клим был уже в курсе ситуации со Стасовым. А Лаврентий Павлович очень не любил, когда другие узнавали о проблемах в его ведомстве даже раньше, чем он.

– Работает, товарищ Сталин. Неплохо работает. Только сейчас он на гарнизонной гауптвахте.

– Где-е? – Сталин искренне удивился, если не сказать больше. Такими же озадаченными выглядели и Мехлис с Молотовым. – Как он там оказался?

Берия раскрыл лежащую перед ним папку и продолжил:

– 13 августа 1943 г., в 21 час 15 минут, оперативная группа комендантского взвода Московского военного гарнизона, усиленная двумя сотрудниками НКВД, выехала по сигналу, поступившему из ресторана «Астория». Сообщалось, что в ресторане устроили дебош офицеры старшего комсостава. При прибытии на место обнаружена драка, прекращенная оперативной группой. Несмотря на то, что драка происходила в помещении обеденного зала, ущерб ресторану принесен незначительный: 2 бокала стеклянных для напитков на сумму восемнадцать рублей сорок копеек. Оплачен на месте. Задержано шесть офицеров, званиями от майора до полковника включительно. Одному участнику драки потребовалась госпитализация – у него перелом челюсти и ушиб, гм, детородных органов.

Уже в здании военной комендатуры установлены личности задержанных офицеров:

майор государственной безопасности Стасов, начальник группы;

майор государственной безопасности Зильберман, зам. начальника группы;

майор Петраков, начальник отдела службы тыла Северного фронта;

п-полковник юстиции Кучербаев, заместитель прокурора Центрального фронта;

п-полковник Самедов, слушатель Академиии генштаба;

полковник Иваницкий, начальник службы тыла Северного фронта.

Майор Петраков помещен в медицинский изолятор Московского военного гарнизона при центральной Военной комендатуре. Дело в том, что сегодня вечером планировался арест майора Петракова, п-полковника Самедова и полковника Иваницкого по делу о хищении материальных ценностей в особо крупных размерах.

При первоначальном опросе задержанных офицеров выяснено следующее: майоры Стасов и Зильберман, совместно с п-полковником Кучербаевым, находясь в состоянии сильного алкогольного опьянения, громко высказались о «ворюгах-тыловиках», услышав какой-то разговор между майором Петраковым и п-полковником Самедовым. Полковник Иваницкий, находящийся, как и все остальные участники драки, в состоянии сильного алкогольного опьянения, послал их по всем известному адресу. П-полковник Кучербаев подошел к столу Иваницкого, размахнулся, но промахнулся и попал в грудь п-полковнику Самедову, отчего тот упал со стула, потеряв сознание, в дальнейшей в драке участия не принимал. Сам же Кучербаев, получив удары в пах от полковника Иваницкого и в горло от майора Петракова, тоже потерял возможность к дальнейшим действиям.

С криком «Наших бьют!» майоры Стасов и Зильберман кинулись к Иваницкому и Петракову. Зильберман и Иваницкий обменивались ударами до приезда комендантской группы, а Стасов, по словам официантов, первым ударом в пах обездвижил Петракова, а вторым, в челюсть, отправил его в дальнюю часть зала. После чего со словами: «Грязный у вас пол, мыть нужно!» – стал таскать майора Петракова по всему залу по полу, держа того за ноги.