Пестрота отражений - Юлия Жукова

Уши снова поехали вверх и назад!

“Интересно, может ли он двигать их вниз и вперёд?” – тут же озадачилась она, но тут Исар не выдержал.

– Что-то не так?

– А? – Арай моргнула. Что могло быть не так с этими чудесными подвижными ушами? Они отстояли довольно далеко от головы, так что оба хорошо виднелись, если смотреть в лицо прямо.

Тут Арай осознала, что уже какое-то время смотрит своему мужу прямо в лицо, ещё и вцепившись ему в руку. Она резко выпрямилась – и когда успела податься вперёд? – и, не придумав ничего лучше, переместила свои пальцы выше, на его запястье и прижала артерию.

– У тебя… руки очень холодные, – выдавила она, невидяще глядя на улицу. – Подумала, может, тебе нехорошо. Пульс слишком частый. Ты не простудился?

– Я в порядке, – каким-то деревянным голосом выдал Исар и шагнул на крыльцо. – Нам пора идти.

Как выяснилось, Исар прибыл не на машине, а на унгуце. Арай в унгуце никогда не летала, а потому всю недолгую дорогу вертелась, пытаясь посмотреть виды из всех окон, да ещё понаблюдать за тем, как Исар этой штукой управляет. Она знала, что и Хотон-хон, и Яна-хон умеют управлять унгуцами, а значит, в принципе женщины могут с этим справиться. Конечно, денег на унгуц у неё не было, но когда-то же будут, если она станет настоящей целительницей!

Арай верила, что её успехи в учёбе в первую очередь связаны с тем, что она обращает внимание на мелочи и обмолвки, даже если они не входят в обязательную программу или изучать их всерьёз предстоит через несколько лет. Она предпочитала подкопить багаж знаний и через эти самые несколько лет уже иметь какое-то, хоть смутное, но представление о теме.

Руки Исара лежали на руле, испещрённом символами, и большой палец правой то и дело один из символов поглаживал. Арай никак не могла понять, нужно ли это для управления аппаратом или Исар просто так шевелил пальцами от скуки. Она заметила, что по сравнению с тем, когда он лежал в Доме Целителей, сейчас его руки выглядели намного более ухоженными: аккуратно подстриженные крупные ногти с каким-то выравнивающим матовым покрытием, вокруг ногтей всё вычищено, а подушечки пальцев, на которых были мозоли, теперь выглядели гладкими и розовыми. Арай слышала, как Хотон-хон рекомендовала нескольким пациентам средства от мозолей – разные для разных случаев, и задумалась, какое же так хорошо подошло Исару.

– С руками у меня тоже что-то не так? – внезапно спросил он.

Арай встрепенулась и поняла, что опять засмотрелась. Вот и Хотон-хон ей не раз выговаривала за выпадение из реальности. Она стала быстро соображать, что бы ему ответить. Если Яна-хон делала что-то, что не по нраву её мужу, она либо отшучивалась, либо говорила комплименты. Шутить Арай не умела, так что оставалось одно.

– Всё так. У тебя очень красивые руки.

Она даже особенно душой не покривила. Не то чтобы она часто обращала внимание на красоту мужских рук, но у Исара они были пропорциональные, в меру жилистые, а пальцы – прямые и с точно такой разницей по длине, как на картинке в учебнике.

– Я думал, тебе неприятны разговоры о красоте, – заметил он после паузы. Арай запоздало сообразила, что надо было следить за ушами – наверняка они отчудили ещё какой-нибудь пируэт!

Замечание его показалось ей не очень наблюдательным – она о своей красоте выслушивать не хотела, а против обсуждения внешности мужа ничего не имела. Но потом она вспомнила разнос, который Хотон-хон устроила одному из студентов за бестактность в разговоре с покалеченным пациентом. Арай не очень хорошо понимала, в чём именно была та бестактность, но на всякий случай с тех пор вообще не говорила с пациентами об их внешности. Исар, конечно, уже не пациент, но вдруг он пожалуется Ахмад-хону, а тот расскажет Хотон-хон?

– Ну, – запнулась она, – сегодня этого по-любому не избежать, так ведь?

Она знала эти деловые встречи. Вот уж где масляных взглядов хоть отбавляй. Хорошо, что Арай всё-таки не прогнулась и не стала, как хотел отец, обрезать волосы, войдя в возраст. Ему она сказала, что ухажёров хватает и так, а она не станет размениваться на тех, кто жениться не собирается. Мужу же приятнее будет получить жену сразу степенного и благообразного вида. Вот, теперь Исар пожнёт плоды её упрямства: его партнёры наверняка решат, что он сговорил на редкость неуступчивую девицу, да так, что она ни на кого другого и не смотрит. Значит, надо для закрепления эффекта действительно ни на кого больше не смотреть. Даже если там ещё кто-то умеет шевелить ушами и управлять унгуцем, Арай следует держать себя в руках.

Она тихонько вздохнула.

– Это всё необязательно, – неправильно истолковал её вздох Исар. – Ты сама предложила… Если тебе неприятно, то не надо…

– Я разве жалуюсь? – обиделась Арай. Она ради этой встречи заранее к контрольной подготовилась и полночи не спала – приводила в порядок одежду, да ещё Яну-хон напрягла, а теперь ему необязательно, видите ли.

На сей раз она всё-таки вспомнила глянуть на Исара. Он сжал зубы, так что желваки заходили, и уши от этого немного сдвинулись вниз. Арай закусила губу от восторга. Как она в день свадьбы не заметила?! Хотя тогда она ещё ничего не знала про рудиментарные органы и не интересовалась чужими ушами.

Исар глянул на неё с опаской и молча направил унгуц на снижение.

Дом, в который их пригласили, оказался настоящим дворцом: большой, составленный из нагромождения разных пристроек, как полураскрывшийся бутон, он цвёл красным и оранжевым посреди зелёной равнины. Исар неловко подал Арай руку, чтобы помочь ей спрыгнуть из унгуца на землю – как будто был готов в любой момент притвориться, что делал что-то совсем другое. У Арай не было иллюзий по поводу собственной ловкости, так что она вцепилась в эту руку изо всех сил: даже такое небольшое расстояние казалось ей непреодолимым без посторонней помощи.

Оказавшись на твёрдой земле, она заметила, что из дома вышли какие-то ярко одетые мужчины – приветствовать Исара. Купцов она в жизни повидала, хоть и не столичных, но рассматривать узоры и украшения на чужих мужчинах сейчас было не время. Её задача – подать им мужа в выгодном свете, вот на него и надо смотреть.

Арай старательно вспомнила потрясающую работу Исаровых рудиментарных мышц и постаралась зафиксировать на своём лице восхищённое выражение, твёрдо уставившись мужу в ухо, пока он представлял её своим клиентам, или кто они там были – она не стала вникать.

Как обычно на таких встречах, сначала все собрались в общей комнате, чтобы познакомиться и обменяться новостями. Краем глаза Арай отметила, что на столиках у стен расставлены закуски – полоски вяленого мяса, шарики сыра и фрукты. Она сглотнула слюнку: ела она последний раз за завтраком и отнюдь не мясо. Арай старалась экономить как могла, растягивая деньги с проданных украшений на подольше. Но идти и набивать рот сейчас было бы неуместно, так что даже когда сын хозяина поднёс ей блюдо с аккуратно нарезанной хурмой, такой сладкой, что, казалось, кристаллики на мякоти проступали, Арай только снисходительно глянула и снова обернулась к мужу, на всякий случай придерживая его за локоть, чтобы не оттёрли в толчее.