Шайя - Юлия Меллер

— Хорошо, доверюсь тебе. Но если ты так себя ограничиваешь только потому, что боишься не справиться, то напрасно. Я помогу тебе с огородом.

— Не стоит, господин Ниярди, у Шайи уже есть помощник, и это я, − выступил вперёд Цер.

Вообще-то он был бы рад, если бы профессор взял на себя самое тяжёлое, но парень до темноты в глазах хотел бы отправиться в город с Ниярди. Наверняка он повезёт Шайю не в ближайшие пригороды, в которых Цер уже бывал, а в центр города и покажет ей там самое интересное, куда ему никогда в жизни не попасть.

Девчонке предстоят потрясающие развлечения и лучшие угощения!

Не то, чтобы он завидовал Шайе, хотя да, завидовал, но он был рад за неё, и для себя ему тоже очень и очень хотелось бы праздника. Жаль, что здоровые парни не вызывают у профессора родительских инстинктов!

Но раз небольшая мечта Цера пролетела без остановки над ним, то пусть и Ниярди обломится! Нечего ему тут лишний раз торчать!

— Спасибо вам за предложение о помощи, господин Ниярди, но если вы поможете с тем, что я уже попросила, то этого будет более чем достаточно.

— Тогда до завтра, Шайя!

— До завтра, господин Ниярди.

Мужчина попрощался с Цером и поспешил к ангару, где он оставил свой лётомобиль. Он хотел успеть просмотреть информацию о том, где можно купить одежду для девочки, причём из натуральных материалов. Ему важно было, чтобы магазин имел выставочный зал и примерочную. Шайя может растеряться, увидев свою виртуальную копию, если заказывать из дома, да и сидеть и ждать доставку ему не хотелось бы.

Ещё он хотел сводить её в салон для девочек. Он заметил, что малышка совсем недавно стригла ногти, но, похоже, у неё в наличии нет специальных подравнивающих пилочек и защитных накладок для ногтевой пластины. А в салоне ей покажут, как ухаживать за своей внешностью, заодно смягчат жестковатые волосы, сделают модную у девочек причёску и подарят сумочку с разными заколками.

Ей это должно понравиться. После этого он сводит её в кондитерскую возле центрального театра. Там изготавливают лучшие пирожные на этой стороне планеты и все они из натуральных продуктов. Потом он…

Профессор до поздней ночи составлял программу развлечений для малышки и чуть не проспал. На рассвете он скинул виртуальный лекционный материал для своих студентов, велев отправлять ему вопросы таким же образом, и полетел в заповедник.

Оставив лётомобиль у ангара, мужчина поспешил к домику девочки и подходя к нему, оробел. Ему вдруг подумалось, что она ещё спит или забыла о поездке, а может вновь плохо себя чувствует, но Шайя сидела у входа в свой сад и караулила его.

— Господин Ниярди! — увидев его, воскликнула она и радостно улыбаясь, подбежала к нему.

Шайя так же, как и профессор, весь вечер думала о предстоящей поездке. Она была взбудоражена и невольно вновь пыталась гадать, каков этот мир. Мир светлого будущего или утопия, о которой немало писали фантасты на Земле.

Она о многом успела подумать, пока не уснула. В её мыслях было место господину Ниярди и его желанию заботиться о ней. Она видела в нём себя прошлую. Когда вдруг открываешь глаза и понимаешь, что жизнь уже прожита, а ты вовсе и не жил. Всё какие-то вынужденные дела, необходимые заботы, ненужные обязательства. И всё бы ничего, но всё без огонька, без одобрения души и сердца. А впрочем, грех сетовать на прошлую жизнь!

Смотря на профессора и увидев в нём своё прошлое отражение, она с облегчением осознала, что вместе с детским телом получила более яркое восприятие окружающего. Психология это или большее количество живчиков нейронов в головном мозге — разбираться не хотелось.

Разницу между прошлой жизнью, где её уже мало что удивляло и радовало, и здешней, где казалось всё интересным и вдохновляющим, она ощутила.

Девочка Шайя готова воспринимать любую реальность и пробовать свои силы в любых условиях! А пожилая женщина Таисия как-то быстро отступила, решив, что слишком мало она в жизни радовалась и не стоит сейчас сдерживать свои порывы и эмоции. Рассудительность и опыт никуда не денутся, а степенность и придирчивый взгляд на всё без разбора только помешают. Она не вернулась в детство, но и не осталась прежней. Это было здорово, и опять-таки вдохновляло.

Профессор остановился, следя за подбегающей малышкой, и даже не замечал, как счастливо улыбается ей в ответ. Он и не представлял, насколько у Шайи потрясающая улыбка. Девочка источала радость каждым жестом! Её глаза сияли, выражая нетерпение, готовность быть поражённой ужасом или счастьем, как будто она собралась посетить аттракцион страха.

— Господин Ниярди! Я готова! Я так боялась проспать, что даже думала не ложиться и только на минуточку присела на кровати, а очнулась от холода. К утру у меня прохладно, − вздохнула она и стала вглядываться вперёд.

— А на чём мы поедем?

— Мы доберёмся до города на лётомобиле. Я оставил его у ангара. В других местах на территории заповедника запрещено сажать любой транспорт без соответствующего разрешения.

— Лётомобиль! — выдохнула Шайя, смакуя само слово, и мужчина рассмеялся.

Пока они шли до места стоянки, она закидала его вопросами, начав с лётомобиля и тем, как они минуют охрану, заканчивая названием города, планеты, численности населения, количества рас, языков и… как только они сели в мобиль, она прилипла к окну и старалась ничего не пропустить.

Земли заповедника были обширны и прекрасны!

Здесь можно было прожить целую жизнь и не узнать, что существует другой мир, где царит иная цивилизация.

Инопланетяне прозвали жителей этой планеты Турбонянами, что в переводе на всеобщий значило «жители суматошного мира», а самоназвание планеты было Алайя.

Ещё чуть менее века назад Алайе грозило перенаселение, и другие планеты рассматривались в качестве разгрузки собственной, но с триумфальным шествием новых технологий, улучшающих физическое или умственное состояние человека, проблема исчезла сама собою. Те, кто оплачивал операции по улучшению своего тела, получали лучшую работу, а спустя пару десятилетий неизменённые алайянцы вообще не могли рассчитывать ни на какую работу.

Естественное выживание сработало быстро и эффективно. Кто не мог заработать себе на качественное улучшение собственной функциональности, тот оказывался на самом дне и вскоре погибал. Казалось бы, Алайю ждало вырождение, но медицина развивалась семимильными шагами, значительно увеличивая продолжительность жизни за счёт обновления органов, и естественная убыль населения пока была только на благо, говоря сухим статистическим языком.

Детей стали рожать очень мало, но отныне они получали лучшее! Какой ценой? Куда делись лишние воспитатели, учителя, профессора и рабочие, задействованные в сфере детских вещей? Это уже никого не волновало, так как активное освоение космоса подарило новые профессии, и кто хотел (точнее, кто смог) нашли новое призвание.