Случай из практики - Кира Измайлова

– Фло, – подал голос лейтенант. – Я хотел…

– Я сказала – посидите пока молча, – оборвала я, заканчивая приготовления. – Вот, выпейте. Должно полегчать. Пейте, пейте, нечего принюхиваться! Отравой я вас не напою…

На лице Лауриня читалось сомнение в этом факте, но предложенное он все же выпил. Я с интересом ждала результатов: до сих пор мне не представлялось случая опробовать это зелье на ком бы то ни было.

– Ну как? – спросила я наконец.

– В-военная тактика… – выдавил Лауринь, судорожно сглатывая. Мертвенная бледность отступила, но лучше выглядеть лейтенант не стал. – Если в одном месте совсем плохо, надо отвлечь врага на другой участок… И вы еще говорите – не отрава!

– Вижу, вам и правда лучше, – констатировала я. – Вот, запейте. Да не коситесь так, это орта.

Лауринь с опаской пригубил напиток, убедился, что это действительно орта, и немного расслабился.

– А вы неплохо держитесь, – сказала я.

– Куда же деваться, Фло? – бледно усмехнулся Лауринь. – Я вам должен кое-что рассказать…

– Слушаю… – Я присела на подлокотник кресла. – Признаться, я очень удивлена. Вы, конечно, видели много интересного, но для того, чтобы узнать детали, вовсе не обязательно было привлекать мага-палача высшего класса. Его интересовал Борас?

– Да. – Лауринь прикрыл глаза, темные ресницы резко выделялись на бледной коже. – Но не только он. Если я правильно понял, больше всего их занимали вы…

– Я? – Я нахмурилась. – Что именно?

– Не знаю, – покачал головой Лауринь, и я спохватилась: конечно, разве можно ждать от него, чтобы он смог понять, что именно искал маг-палач! – Просто… ну… я не знаю, как объяснить, Фло… Но то, что они искали, было связано с вами. Последние месяцы особенно…

Я выдохнула сквозь сжатые зубы. Самые худшие мои ожидания оправдывались. Возможно, это всего лишь естественное любопытство Коллегии, но с чего бы вдруг? Разве я дала хоть единый повод усомниться в своих намерениях? Но это неважно, важно другое – что им удалось вытащить из Лауриня?!

– Я старался не дать им ничего увидеть, – тихо произнес лейтенант.

– Очень глупо, – резковато ответила я. – Именно поэтому вам так плохо сейчас. Чем больше сопротивляешься магу-палачу, тем хуже приходится, а проку все равно не будет, такой, как Афаз, вытащит все, что ему нужно, и даже немного больше…

– Я это понял, – сознался Лауринь. – Поэтому я… ну…

– Что? – нахмурилась я.

– Когда они искали воспоминания о вас, я им подсовывал… – Лейтенант пошел красными пятнами, и я прикусила губу, чтобы не рассмеяться. – Ну, в общем… другое… Я подумал, хуже будет, если они узнают о том, что вы ищете Наора, а не об этом…

– Вы не устаете меня поражать, – созналась я. Да уж, находчивости Лауриня оставалось только позавидовать: магу-палачу требовалось узнать как можно больше обо мне, ну так лейтенант выдал то, что знал. Хотела бы я посмотреть на лицо Афаза при виде кое-каких моментов! Конечно, тот все равно мог выжать необходимое, но, очевидно, распоряжения калечить лейтенанта ему не давали, а после допроса с пристрастием Лауринь запросто мог свихнуться. – Интересно, сработала ли ваша уловка, а если да, то насколько…

– Это не все, – сказал Лауринь.

– Еще что-то? – нахмурилась я.

– Потом они стали искать дальше, – лейтенант взглянул на меня снизу вверх. – Уже не про вас. Про мое детство…

Я присвистнула. Ничего себе…

– А что именно они искали?

– Не знаю, – помотал головой Лауринь. – Я ведь очень плохо помню то время, я говорил как-то. А они заставляли вспоминать не поместье, а то, что происходило еще здесь, до того, как отца разжаловали…

– Час от часу не легче! – в сердцах произнесла я и встала.

Нет, я уже ничего не понимала. Допустим, сведения обо мне могли пригодиться. Но что Афаз искал в детстве Лауриня? Кто отдал ему это распоряжение? Настолько глубокий поиск мог угробить допрашиваемого, и Афаз это прекрасно знал! Или это было его личной инициативой?

Снова тупик. Я не могу потребовать ответа у Танне, Афаза и прочих…

– Стойте-ка, – кое-что в словах Лауриня меня насторожило. – Вы сказали – «они искали». Кто еще вами занимался, кроме Афаза?

– Афаз – это такой пожилой, морщинистый? – уточнил Лауринь. Я кивнула. – Он только Борасом интересовался. Выяснил, что хотел, и все. А на следующий день пришли еще двое, имен не назвали, а охране сказали, что есть распоряжение председателя Совета выяснить еще кое-какие детали… Дескать, остались мелочи, господина Афаза ради этого привлекать смысла нет, у него дела поважнее имеются.

– Кто, кто это был? – нетерпеливо спросила я.

– Я не знаю, – огорченно ответил он. – Они не назвались. Но на заседании я никого из них не видел, это точно. Один… один показался мне знакомым, но я точно никогда его раньше не встречал. И все равно что-то… – Лауринь задумался. – Нет, не знаю. То ли голос, то ли манеры…

– Опишите мне их, – велела я. Надежды на это было мало, я далеко не всех членов Коллегии знала поименно, а уж в лицо-то и тем более.

Что зрительная память у Лауриня отменная, я уже говорила: описание получилось коротким, но емким и образным. Одного из этих магов я, кажется, знала, встречала несколько раз в резиденции Коллегии. Как же его? Ах да! Вац Илгон, молодой и довольно успешный маг-медик, прославился тем, что изобрел метод безоперационного извлечения инородных тел из ран. Правда, после этого он больше ничего путного не придумал, во всяком случае, я об этом не слышала. А вот второго я опознать не смогла, что было вовсе странно. Предположим, Илгон потребовался на случай, если придется откачивать Лауриня, это нормально – на таком допросе медик присутствует обязательно, и с Афазом тоже наверняка был кто-то из этой братии. Значит, второй маг – как раз и есть палач. Но дело в том, что магов-палачей в Коллегии – наперечет, и уж их-то я знала преотлично. Ни один не соответствовал описанию! Да и не было там настолько молодых палачей, это уж точно… Тогда кто он?

Закрадывались нехорошие предчувствия: если некто назвался магом-палачом, не являясь таковым, при этом вполне профессионально провел допрос, интересовался крайне занятными вещами… Это либо сам Наор, либо кто-то из его подручных – вряд ли он все-таки работает в одиночку. Любопытно, Илгона этот липовый палач обдурил, или тот знал, на что идет? Хорошо бы поговорить с ним, но как это сделать?

А еще этот «палач» показался Лауриню знакомым, хотя лица он вспомнить не смог. А память у лейтенанта отличная, и детали он подмечает превосходно. Раз уж он упомянул о голосе и манерах, значит, очень вероятно, когда-то сталкивался с этим человеком. Но если он не узнал лица, значит… Простейший вывод – «палач» замаскировался. Обычных людей сменой внешности можно обмануть, вот только мелочи вроде привычных жестов, оборотов речи, манеры двигаться подделать намного сложнее, чем нацепить чужую личину. Да и голос изменить не так-то просто. Очевидно, этот фальшивый «палач» предполагал, что такой маскировки будет достаточно для того, чтобы ввести в заблуждение охрану и Лауриня. Илгона он явно не опасался, а поскольку маг легко бы различил, кто скрывается под иллюзорной маской, то, выходит, медик знал, с кем идет на это опасное дело. Вот бы его допросить! Но, как я уже сказала, возможности такой у меня не имелось…