Шайя - Юлия Меллер

— Кацу, как продвигается следствие по нашему делу? — взбивая желтки для лимонного курда, спросила Шайя.

Настроение у неё было отличное! Муж сумел пробудить в ней женщину, хотя для этого ему пришлось приложить немало усилий. Она была благодарна ему за то, что он не дал ей засомневаться в себе, целовал и ласкал так, как будто ничего слаще и ценнее для него не было на свете — и её тело всё-таки отозвалось.

Не к месту вспомнилось, как на планете Старк неконтролируемое Ягудом вожделение захватывало её и путало сознание, заставляя испытывать то, что чуждо. Парень даже не понял, что думая о будущем рядом с ней, дал ей возможность увидеть, насколько оно разрушительно, причём для них обоих!

Случись такое наяву, она была бы обречена испытывать от секса с ним удовольствие, но при этом воспринимала бы его насильником, и её сознание категорически отвергло любое проявление нежности.

Раз подчиняешь, используешь, иссушаешь своей силой, так не притворяйся любящим!

Душевная грубость, боль, унижение — вот истина в той связи, что могла возникнуть между ними, и та Шайя потребовала, чтобы он вёл себя соответственно.

Только, похоже, в том варианте развития событий Шайя не представляла, что как бы она ни разжигала в себе ненависть к своему тюремщику, она всё равно будет испытывать наркотическое удовольствие, без которого вскоре не сможет жить. Страшная участь…

И что было обидно: когда Кацу ласкал её тело, в мозгу зрело уже знакомое ожидание бурного удовольствия, которое было хоть краешком, но изведано, а тело… девственное тело молчало! Шайя чуть не расплакалась, поняв, что даже отголоски воздействия Ягуда на неё мешают ей сейчас пройти собственный путь таинства.

Но теперь всё хорошо, и в следующий раз при близости с Кацу она уже не будет эгоистично сосредоточена только на себе! А пока хочется порадовать мужа тем способом, что доступен. Им не дадут весь день проваляться в постели, но ночи у них никто не отнимает!

— Шайя, милая, — Кацу подошёл и обнял сзади, — что это ты делаешь?

— Немного сладостей для нас, — повернув голову, она подставила губы для поцелуя. Муж должен был сейчас работать, но крутился возле неё и это вызывало приятные эмоции.

— Я всегда восхищался тем, что ты умеешь готовить! Так жаль, что прогресс отправил в прошлое это мастерство.

— Ну, сейчас для многих это становится хобби, — не согласилась девушка, — так что это прошлое не потеряно и не забыто.

— Шайя, можно я приглашу к нам моего деда?

Она развернулась, и угрожающе подняв венчик, спросила:

— А других родственников? Они не хотят меня видеть?

— Нет! — Кацу опешил. — То есть сейчас визиты запрещены…

— А раньше?

— Милая, мои родственники для меня чужие, как и я для них, — испытывая неловкость, он всё же признавался, что является изгоем среди большинства родни. — Даже бабушка… ради приличия я мог бы вас представить друг другу, но для этого надо пригласить журналистов. Так положено на официальных мероприятиях, а мы с тобой всё время заняты. Да и моё положение для старшей госпожи Харадо было шатко, она могла бы не согласиться, а уж сейчас…

— Но твой дед вообще был отстранён от дел…

— Официально всё звучало прилично, однако она все же отправилась на другую сторону планеты, чтобы не запятнать свою репутацию, если что.

— Ясно. А что с твоим отцом?

Кацу помрачнел и было видно, что тема для него болезненна, но он ответил:

— Ему сейчас лучше побыть одному.

— Ты уверен? Может, ему все же интересно, с кем его сын связал свою судьбу?

— Я уверен в том, что он всё о тебе знает, — хмыкнул Кацу, — но сейчас…

— Он раздавлен поступком твоей матери?