Долина каменных трав - Владимир Прягин

Я подумал - ага, значит, Кречет опять личину напялил, прикинулся человеком. А Лиза продолжает выпытывать:

- Как вы тогда узнали, что он колдун?

- Дык говорю же - чую! Дурной волшбой от него воняет за три версты...

- Что вы от нас хотите?

- Помилуй, барынька, чего мне от вас хотеть? - удивился дед. - А вот вам, я так разумею, передохнуть бы не помешало. Изба у меня - не императорская хоромина, но пара свободных лавок найдётся. Заходите, коли надумаете. Ну а нет - так нет, упрашивать я не стану.

Выдал нам всё это, повернулся и бодро похромал к пристани. На палку он, по-моему, опирался больше для виду - таким дрыном сподручнее будет огреть кого-нибудь по хребту, если возникнет надобность.

Я посмотрел на Лизу, она пожала плечами. И то верно - в избе уж всяко не хуже, чем в чистом поле. Кокон-то всё равно к утру пропадёт, потому что чары иссякнут, и Кречет нас сможет выследить. Мне, правда, непонятно - зачем он опять вперёд ускакал? Да ещё и сказал при этом, что завтра мы непременно свидимся?

Хотя стоп. Был там один момент, когда он переругивался с русалкой, в самом начале. Ну-ка...

- Лиза, - говорю, - помнишь, Кречет что-то вякнул про омут?

- Да. Серый Омут - так он сказал. Мы, по его словам, до него ещё не дошли.

- Что это за хрень?

- Понятия не имею. Я про такое раньше не слышала.

- Может, это и есть то место, где река желания исполняет? Тогда всё сходится! Кречет нас там, наверно, подстерегал, но потом вдруг засёк нас тут, у причала, потому что мы сняли кокон. Тогда он примчался, убил русалку, но нас так и не поймал - и теперь опять поехал туда... Чего ты молчишь? Я правильно рассуждаю?

- Конечно, Митя. Я тоже примерно так и подумала.

Вроде отвечает по делу, но прежний задор угас, глаза не горят. Нет, не отпустило её ещё после бойни на берегу. Я-то, вон, проблевался - и полегчало, как будто весь самый поганый ужас вышел из меня вместе с желчью. А она этот ужас копит в себе и выхода ему не даёт...

Да, лучше в избе поспать, раз уж Кречет от нас отстал до поры до времени. А завтра с утра подумаем, как быть дальше.

В общем, догнали деда.

- Спасибо за приглашение, - говорю.

- Надеемся, мы вас не стесним, - добавляет Лиза.

- Чего стеснять-то? Один живу. Жена померла, а дети разбежались давно. Старшая - в городе, за фонарщиком замужем, целый выводок ему нарожала. Младший - матросом на корабле, усвистел опять в своё плавание...

Он поперхнулся на полуслове и замолчал, да и мы с Лизой тоже оторопели. Терновые заросли, вдоль которых мы шли, закончились, и показалась пристань - только вот света на ней прибавилось. Русалочий костёр на пирсе пылал густым синеватым пламенем, как будто его напитали силой. Отсветы ложились на дома и деревья, но на улочке было пусто - все попрятались от греха.

- Поминки... - шепнула Лиза.

- Какие поминки? - вцепился дед.

- Неважно. Не обращайте внимания...

Я вытащил из кармана ледышку - повезло, что не обронил, когда скакал по кустам. Костёр отражался в ней, даже если я её заслонял ладонью.

Только когда старик впустил нас в избу (не такую уж убогую, кстати), мы сняли с себя невидимость. Вихрь на этот раз был слабее - чары почти растрачены. Но ещё на один разок, надеюсь, всё-таки хватит.

Хозяин зажёг свечу и, оглядев нас, тихонько хмыкнул. Ну да, вид у нас был так себе - грязные, встрёпанные, растерянные.

- Есть хотите? - спросил он.

- Нет, - сказали мы хором.

- Если можно, только попить, - попросила Лиза.

Дед налил нам ядрёного домашнего квасу (слезу вышибало от одного запаха), потом протянул два корявых сморщенных корешка, каждый размером с Лизин мизинец. Она посмотрела с сомнением, и я объяснил:

- Темь-трава. Чтобы заснуть без снов.

Вкус у корня был кисловатый, вяжущий. Я долго жевал и смотрел в окошко, за которым горел русалочий погребальный костёр.

ГЛАВА 9

Проснулись мы поздно. Я первым делом опять выглянул наружу - солнце висит уже над деревьями, костёр благополучно потух, зато местные наконец-то решились высунуть нос из дома. Вон, к примеру, три кумушки в цветастых платках сошлись в тени под липой и обсуждают ночное зрелище - всплёскивают руками и косятся на пирс.

Но всё это ерунда, главное - Лизе стало заметно лучше. Не то чтобы она повеселела, как раньше, но всё-таки ожила и уже не смотрелась совсем пришибленной. Это сонный корень подействовал - кошмары после него как будто выцвели, отдалились. Спасибо деду, помог.

Сам дед, кстати, нашего пробуждения не дождался - смылся на свой базарчик. Из окна было видно, как он там сидит за прилавком и треплется, развлекает бабулек.

Но едва мы с Лизой умылись, хозяин тут же вернулся - то ли заметил нас во дворе, то ли опять унюхал, кто его знает. Или, может, бабки ему наскучили, а покупателей нет, вот и бродит туда-сюда от нечего делать.

- Ну, - спрашивает, - как отдыхалось?

- Мы очень вам благодарны, - говорит Лиза, - и за кров, и вообще за помощь. Уже уходим, не беспокойтесь...

Он только отмахнулся и потащил нас завтракать. Я, честно говоря, опасался, что из меня опять всё наружу выйдет, но обошлось. И сала кусок умял с мясными прожилками, и краюху хлеба, и две варёных картофелины. Лиза тоже не отставала. Хитрый дедок тем временем начал потихоньку выспрашивать:

- А что ж вы, ребятушки, с колдуном-то не поделили? И откуда он такой взялся?

- Да мы вообще без понятия, - говорю. - Сидим на берегу, никого не трогаем. Тут этот хрен припёрся - дёрганый весь какой-то, злой как собака, того и гляди прирежет ни за что ни про что. Ну, мы и смылись на всякий случай.

- Ага, ага, - покивал дедок, как будто каждому слову верит. - Колдуны - они все такие, лучше не попадаться. А выл кто?

- Волки, наверно. Тоже колдуна испугались.

И вот, значит, несу я вслух эту чушь, а про себя прикидываю - интересно, а труп патлатого куда делся? Если б его нашли, тут бы визг сейчас стоял до небес. А ведь то место на берегу и с пирса хорошо видно, и лодки наверняка мимо проплывали - не могли не заметить. Или, может, Кречет тело в кустах припрятал, и оно там так и лежит? Нет, за едой о таком лучше вообще не думать...

Лизавета говорит:

- Дедушка, у нас к вам вопрос как к местному старожилу. Вы ведь хорошо знаете здешние места вдоль реки?

- Как же иначе, барынька? Чуть ли не всю жизнь тут.

- А не подскажете, сколько ещё идти до Серого Омута?

Дед как-то резко с лица сбледнул, огляделся и говорит вполголоса:

- Вы, ребятишки, совсем того?