Рокировка. Шах - Галина Долгова

– Но что я могу? – растерянность, что я сейчас испытывала, каленым железом жгла внутри. – Допустим, я соглашусь. И мне даже удастся отвертеться от мужа и не залететь. И что дальше? Признают негодной? Убьют? Заставят передать дар?

– Успокойся. Заставить тебя передать дар они не смогут – он передается только раз. Убить, конечно, могут, только зачем? Скорее всего, отправят обратно в Храм. Будешь здесь работать. Но мы предлагаем не это.

– А что?

– Побег, Вика. Побег. Мы передадим тебе все, чем владеем сами: силу, знания, средства. Поверь, это немало. Мы расскажем тебе все, что знаем, и поможем составить план побега. Уверена, у нас все получится.

– Конечно, только что-то вы сами не поспешили воспользоваться таким способом, – ехидно фыркнула я, внимательно отмечая малейшие изменения мимики женщин.

– А для нас это и невозможно, – отрезала Лантария. – Во-первых, мы не можем передавать силу друг другу. И дело даже не в том, что она теряется и переходит не в полном объеме, а в том, что сам ритуал провести достаточно сложно, особенно за пределами Храма. Во-вторых, мы местные, и у всех у нас есть родственники и близкие, в отличие от вас, пришедших из другого мира. Ну и в-третьих, мы просто физически не сможем сбежать. Нас найдут в течение месяца.

– Это почему еще?

– На наших аурах с рождения стоят метки. Мужья ставят свои, Храм – свои, а совет магов – свои. Далеко мы не уйдем.

– А вы пытались?

– Да, я пыталась, – хмыкнула Лантария, – и даже вполне успешно добралась до Винтарского континента, но… меня вычислили и потребовали возврата.

– А разве Амирия поддерживает отношения с лайканами?

– Конечно. Это они наивным дурочкам и простым жителям лапшу на уши вешают, чтобы активность не проявляли и бежать не пытались. А так и торговля вполне идет, и дипломатические миссии бывают. Правда, редко и втайне от основного населения страны. Да и от других государств тоже. А те, кто бывает на той стороне, приносят клятву о неразглашении.

– Так, стоп, – ухватила я мелькнувшую мысль, – вы про метки говорили… но ведь и мне ее поставить должны, разве не так?

– Так. Но ты ведь у нас «умница», ты не назвала свое настоящее имя, а значит, метка будет неполноценной. И при определенных условиях ее можно будет снять.

– Допустим, – признала я, – а что с побегом? Думаете, это будет легко?

– Даже не надейся, – фыркнула Дана, – будет даже не трудно, а практически невыполнимо.

– А как же…

– Есть несколько вариантов, – перебила Лантария. – Мы все обсудим и выберем оптимальный. Во многом это будет зависеть от того, сколько сил в тебе приживется. Но не волнуйся, одна ты не останешься.

– Да, Вик, – поддержала подругу Дана, – есть эйсы, которые согласны с нашим решением. Нас достаточно много, чтобы помочь тебе, но, увы, пока еще слишком мало, чтобы изменить ситуацию.

– И мы надеемся на тебя, – Лантария прожигала меня взглядом. – Не буду врать, ты – первая, с кем мы решили попытаться. До тебя появлялись лишь дети да недалекие девицы, верящие, что способны заставить назначенного мужа полюбить их. Ты же – взрослая и адекватная, прекрасно понимаешь, что это невозможно.

– Особенно в моем случае, да? – зло прищурилась я на женщину, но та лишь фыркнула с превосходством.

– Именно. Особенно в твоем случае рассчитывать не на что. Вообще. Ни один эйдэйрс не потерпит тебя дольше пары лет. Тебе даже любовницей и временной госпожой не стать. Ты стара, некрасива и изувечена. Уж прости за правду. У тебя даже нет надежды, что отпустят пожить в столицу или сопровождать на мероприятия. Никто не захочет позориться. Так что конкретно тебе надеяться не стоит. И выход у тебя один – сбежать. На Винтарском континенте внешность женщины не столь ценна, как здесь. Там гораздо важнее личные силы и характер. Да и выделяться так сильно не будешь. Поэтому решай. И решай сейчас. Либо ты согласна стать молчаливой племенной коровой, которую всю жизнь будут подкладывать из одной постели в другую, либо соглашаешься с нами и получаешь шанс на нормальную жизнь. Не буду тебе врать, Виктория, это может быть опасно, и ты вполне можешь погибнуть, но выбирать тебе. Жить и умереть или просуществовать между жизнью и смертью.

И замолчала. Прекрасно! Я мрачно перевела взгляд с одной женщины на другую, но и в глазах Даны горела та же фанатичная уверенность и мольба. Мне даже неловко стало под их взглядами, словно я им уже что-то пообещала, а теперь пытаюсь не дать. Пришлось встать и отвернуться, чтобы хоть как-то привести мысли в порядок.

Все, что успела услышать за сегодняшний день, еще не уложилось в голове. Мне просто не дали времени обдумать, проанализировать и прийти к выводу. Признаться, я не верила ни магистру, ни этим женщинам. Каждый из них преследует свои цели, а я – всего лишь разменная монета. Вопрос в другом: в чьих словах больше правды? И как она скажется конкретно на мне?

Я не обольщаюсь, Лантария не ошиблась, когда сказала, что вряд ли какой-нибудь нормальный мужик с первого мгновения в меня влюбится. Особенно такой избалованный, как представитель высшего сословия. Меня можно полюбить, можно привыкнуть к моей неидеальной внешности, но для этого нужно время и желание. А будет ли оно у так называемого мужа? Не факт.

Да и переходить от одного к другому тоже как-то не хочется. Но придется. Сейчас, вспоминая обрывки фраз магистра, я четко видела, что в этом женщины не соврали. Им нужны маги, и они сделают все, чтобы их, магов, получить.

Остается только один вопрос: хватит ли мне сил рискнуть?

– А эти лайканы, они действительно монстры? – тихо прошептала я, поворачиваясь лицом к женщинам.

– Не больше, чем люди, – усмехнулась Лантария, – ведь человек тоже может задушить своими руками, а маг сжечь неугодного по щелчку пальцев. Магистр не соврал, у лайканов есть такие способности. Но именно способности. Они спокойно живут и не убивая людей. За полторы тысячи лет было множество смешанных браков, и никого в таких семьях способности супруга не убили. Да и чистокровных лайканов осталось не так много… Но об этом после. Если согласишься, поговоришь с Лойсиной. Она жила в доме мага-историка, посвятившего жизнь изучению лайканов и квардингов. А сейчас мы ждем твоего ответа, Вика.

– Ты согласна? – подрагивающим голосом прошелестела Дана и даже подалась вперед, заглядывая мне в глаза. Ответ… Надо дать ответ…

Боже! Как же страшно ошибиться… Но чем я рискую? У меня не было будущего там, и нет его здесь. Так чего я лишаюсь? И с твердостью, которой не ощущала, произнесла, глядя прямо в ожидающие глаза женщин:

– Да, я согласна!