Клич Айсмарка - Стюарт Хилл

Вдали показался лес, похожий на огромную грозовую тучу. Он постепенно становился все больше, все выше, и уже через четверть часа Фиррина натянула поводья, заставив лошадь перейти сначала на рысь, а потом и вовсе на шаг. На опушке принцесса остановилась, дожидаясь, когда дружинники достанут трутницы и зажгут просмоленные факелы. Пока они возились, она вглядывалась в первозданную тьму, царящую среди голых деревьев. Ночью лес выглядел совсем не так, как днем. Не вся нечисть, что обитала в этом мраке, убралась в Призрачные земли после битвы у Волчьих скал — многих тварей так и не удалось выследить. И они до сих пор бродят здесь, в кромешной темноте густой чащи.

Спустя несколько минут глаза Фиррины привыкли к темноте, и она смогла разглядеть дивной красоты мозаику теней и лунного света, пробившегося сквозь деревья. Тут вспыхнули факелы, и маленький отряд двинулся сквозь лес в ярком круге света, осажденном полчищами ночной тьмы.

Они отыскали тропинку к пещере Оскана и двинулись вдоль нее. Дружинники грянули было песню, но их голоса под сводами леса отдавались эхом, а эхо порождало новое эхо, словно где-то там вместе с ними мчался сонм призрачных всадников, так что солдаты быстро умолкли. Но это не очень помогло. Лес продолжал переговариваться на своем загадочном языке, словно намекая, что он гостей не звал: там ветка с шумом рухнет, там хрустнет сучок. То и дело в отдалении раздавался одинокий волчий вой, жалобный и испуганный.

Фиррина повесила на руку щит и подняла горящий факел повыше, всадники последовали ее примеру. Знакомый вес щита на руке вернул им уверенность, и они углублялись все дальше в лес, направляя лошадей без помощи поводьев, только коленями, как в бою. Через некоторое время Фиррине показалось, что среди деревьев мелькнули чьи-то красные, как угли, глаза, но когда она посмотрела в ту сторону, то ничего не увидела. Это наваждение находило на нее еще несколько раз, однако девочка решила ничего не говорить своим спутникам.

Но тут командир всадников сказал:

— Мне кажется, за нами кто-то следит, госпожа. Лучше держать оружие наготове.

Девочка согласно кивнула и, переложив факел в руку со щитом, достала из ножен длинный меч.

— Как думаете, что это? Волки не нападают на людей.

— Понятия не имею, госпожа, — коротко ответил солдат. — В лесу много странностей, но что бы это ни было, оно наверняка не захочет отведать нашей стали.

Фиррина улыбнулась. Уверенность командира ободрила ее.

— Скоро мы доберемся до пещеры Оскана Ведьмина Сына. Может, он нам скажет, кто это.

— Да, госпожа. Может быть.

Они поехали дальше, то и дело понукая лошадей, так как красные глаза медленно подбирались все ближе. К тому времени всадники выехали на поляну, где осенью Фиррина впервые увидела Оскана, они уже скакали так быстро, как только позволяла темная и неровная тропа. У дальнего края лощины отряд, повинуясь приказу Фиррины, развернулся навстречу неизвестной угрозе.

В ярком лунном свете было отчетливо видно, как на поляну из-за деревьев выскользнуло два десятка темных силуэтов. Они были похожи на людей, только их тела покрывала чешуйчатая броня… Нет — серебристые листья падуба! И каждый из незнакомцев нес круглый щит и длинное копье из серого дерева, которое едва не светилось в лунном свете. Воины подошли ближе, и Фиррина смогла разглядеть, что кожа у них странного сероватого оттенка, а глаза красные, как спелые ягоды барбариса.

Больше изумленная, чем напуганная, она выехала вперед и, встав в стременах, крикнула:

— Я принцесса Фиррина Фрир из рода Линденшильда Крепкая Рука, наследница Айсмарка. Назовите себя, чтобы я знала, друзья вы или враги.

Ее голос прозвучал в тишине пронзительно и яростно, как рев хищника, вызывающего врага на бой, и это добавило ей уважения в глазах солдат.

Но на поляне словно из-под земли возникла еще одна темная фигура, и знакомый голос произнес:

— Это солдаты Падубового короля, зимнего владыки диких лесов и полей.

— Оскан! — удивленно воскликнула Фиррина. — Так ты знаешь их!.. Солдаты, говоришь? А что они делают в Айсмарке?

— Они живут здесь с тех самых времен, как эта земля получила свое имя, а Падубовый король старше всех деревьев в этом лесу, как и его брат, Дубовый король, который правит летом.

— Короли?.. Что это за правители, о которых даже я не… — Она замолчала, вдруг вспомнив песни и сказки, которые слышала от няни. — Хочешь сказать, короли дикого леса не выдумка?!

— Как и весь лес вокруг тебя. И их двойная королевская родословная гораздо древнее рода Линденшильда.

Фиррина замерла, не в силах совладать с изумлением. Из памяти одна за другой всплывали старые легенды… Тут принцесса вспомнила, что как раз для подобных случаев придуманы определенные церемонии. Она снова приподнялась в седле и вскинула над головой меч.

— Приветствую вас и вашего правителя, солдаты Падубового короля! А теперь идите и скажите ему, что Фиррина Фрир из рода Линденшильда Крепкая Рука шлет ему свои добрые пожелания!

Из рядов падубовых солдат вышел высокий воин и отсалютовал принцессе копьем, после чего лесное воинство отступило под деревья и бесследно растворилось во тьме.

— Это ты правильно сделала, — заметил Оскан, подойдя к Фиррине. — Падубовый и Дубовый короли — влиятельные друзья, а уж враждовать с ними совсем не советую.

— Боюсь, скоро нам понадобится очень много друзей, — тихо ответила Фиррина, все еще не оправившись от потрясения.

Кто бы мог подумать, что придется встретиться с ожившей сказкой…

— А ты откуда взялся, Оскан? — резко спросила она, опомнившись. — Мало того что эти страшилища объявились, так еще ты выскочил, как ходячий скелет!

Оскан выпрямился, став даже еще выше, и с достоинством ответил:

— Я ждал вашего прихода. Решил, что лучше вмешаться, пока не произошло непоправимое.

«Спасибо, конечно, только я бы и сама справилась», — чуть не ляпнула принцесса, но сдержалась. Оскан прав: кто знает, чем бы все кончилось, если бы не он.

— Ты появился как раз вовремя, — сказала она, но прозвучало это совершенно не так, как она хотела. Таким тоном говорят старые фрейлины, когда пытаются вежливо поблагодарить младшего поваренка, снизойдя до разговора с ним.

Повисло неловкое молчание, и, не зная, куда деваться от смущения, Фиррина закинула щит за спину.

— Ну что, ты уже собрал свои пожитки или нам придется ехать с тобой в пещеру? — пробурчала она.

— Я скоро вернусь. Ждите.

И Оскан исчез прежде, чем Фиррина успела сказать, что просить наследницу престола подождать — неслыханная наглость. А вернулся раньше, чем она успела обрадоваться, что не сказала этого.

Дождавшись, пока мальчик неуклюже вскарабкался в седло — они специально подобрали для него смирную лошадку, — принцесса спросила: