Зимние убийцы - Павел Марушкин

Господин Ло выслушал, не перебивая.

— …Таким образом, первоначальные версии отпали. Ваша племянница оказалась жертвой маньяка — первой, но не единственной. У меня есть его описание и некоторые соображения по поводу того, где мерзавец нанесет следующий удар.

— Вы намерены задержать его?

— Надеюсь… При содействии полиции, разумеется.

Мне показалось, что в глазах Эддоро мелькнула тень разочарования.

— Я мог бы выделить вам нескольких фрогов в качестве поддержки. У нас имеются неплохие специалисты по охране…

— Господин Ло! — я приложил руку к груди. — Я понимаю ваше желание взять негодяя собственными силами. Но поймите и вы: в этом деле обойтись без участия полицейских не-воз-мож-но!

— Что ж, хорошо, — не стал спорить он. — Надеюсь, у вас всё получится. Держите меня в курсе, господин Монтескрипт.

* * *

Вернувшись от моего работодателя и пообедав, я отправился проинспектировать общественные купальни. Амфитрита — город, вписанный в систему мелких, с болотистыми берегами озёр. Первоначально все дома здесь стояли на сваях — что немудрено, учитывая биологию коренных обитателей этого мира. Позже появились насыпные острова, сеть каналов, многочисленные пруды — но вода по-прежнему довлела над сушей. В нескольких местах из глубины пробивались горячие источники; вполне естественно, что местные жители вовсю использовали дармовое тепло. Купальни — одно из немногих мест, где жизнь зимой даже активнее, чем в теплый период. Детвора обожает плескаться в выгородке — это обширный, но мелкий, едва по пояс взрослому, пруд, нечто вроде огромного бассейна под открытым небом. Те, кто постарше, предпочитают отдельные «джакузи» на одну или несколько персон — причем имеется возможность выбрать «ванну» с подходящей температурой воды — от чуть теплой до такой горячей, что едва можно терпеть. Вход на территорию купален платный, но стоит сущие гроши. Чуть поодаль расположено несколько приземистых зданий на сваях — зимний гостиничный комплекс; именно там, как я предполагал, убийца нанесет свой удар.

Присутствия полицейских я нигде не заметил — и, что ещё более важно, не почувствовал. Обстановка была спокойной. Я даже зауважал Элисенварги — как правило, наша полиция действовала с изяществом слона в посудной лавке. Для начала я попытался обойти гостиницу кругом, но это не получилось: часть постройки выступала в озеро, и тонкий прибрежный ледок начал предательски потрескивать под ногами. Ладно… Каким образом «бурильщик» может попасть внутрь? Окна первого этажа забраны решетками, кроме того, до них не так просто дотянуться — постройка-то на сваях… Тут взгляд мой упал на новенькую лестницу, небрежно брошенную в сугроб. Ай да Элисенварги! Ненавязчивое приглашение, да? Что может быть проще — поднять и прислонить к стене; и окна второго этажа сразу становятся доступными! Хм… А не слишком ли очевидно? Вдруг он заподозрит ловушку? Ладно, будем надеяться, всё сработает как надо.

Портье одарил меня удивленным взглядом. Ещё бы: люди здесь наверняка нечастые гости. Пришлось на ходу сочинять историю о приятеле-фроге, якобы попросившем присмотреть ему номер на зиму… По-моему, портье мне не поверил. Ну и ладно. По крайней мере, он не стал задавать лишних вопросов и вызвал коридорного. В его сопровождении я осмотрел парочку номеров на верхнем этаже и один — внизу. Ничего особенного; обстановка спартанская — кафельные стены, шкафчик для одежды, тумбочка и большая ванна с толстым гуттаперчевым вкладышем. Я задал несколько глупых вопросов, внимательно разглядывая окно. Стекла одинарные, понятное дело — сохранять тепло здесь не требуется. Если выдавить такое, шуму будет немного. Удовлетворившись увиденным, я глянул на часы. Пожалуй, есть время воспользоваться здешними услугами, прежде чем купальни начнут закрываться.

Я выбрал умеренно горячую воду, и служитель проводил меня из раздевалки к одной из каменных ванн. Там уже грелся посетитель, низко надвинув на лоб шляпу. Несмотря на вечернее время, народу в купальнях было изрядно — так что особо привередничать не приходилось.

— Добрый вечер! — поздоровался я. — Надеюсь, не помеша…

— Интересно, Монтескрипт, вы всю жизнь будете отравлять мне существование? — лениво осведомился Элисенварги.

— О! И снова — здравствуйте, инспектор. Не узнал вас без мундира…

— Это хорошо. Раз уж вы не узнали, то другим и подавно не светит, — откликнулся он.

— Ехидничаете?

— Да упаси князья преисподней! — Он вздохнул. — Знали бы вы, как меня достало это дело. Начальство рвет и мечет. От меня требуют предъявить мерзавца, как будто я способен вытащить его из рукава, словно уличный фокусник! Можете себе представить, во что превратится город, если начнется преждевременная массовая разморозка спящих? А ведь дело к тому идёт! Фроги напуганы, Монтескрипт; ещё одно убийство — и всё, их не остановишь! Это будет настоящая катастрофа, не лучше Трёх Дней… Проклятые газетчики!

Над этим аспектом я даже не задумывался. А ведь действительно: вся наша экономика основана на том, что зимой население сокращается как минимум в два-три раза. Разумеется, инспектор несколько преувеличивал: всё же Трёхдневное восстание перетряхнуло столицу сверху донизу почище иной войны… Но последствия и впрямь могли быть очень серьёзными.

— Что ж, молитесь, чтобы я оказался прав, — полушутливо предложил я. — А то вдруг он решит почтить вниманием какое-нибудь другое место…

— В таком случае я арестую вас, за саботаж, — сварливо откликнулся инспектор. — Конечно, ваши высокие покровители быстренько вытащат вас из кутузки, но хоть душу отведу…

Хм. Надеюсь, он так пошутил. Высоких покровителей у меня не было — хотя многие думали иначе, одно приглашение на обед к Его Величеству чего стоило… Ну, это дела прошлые.

— Сколько фрогов у вас здесь?

— Достаточно, чтобы схватить негодяя, — ушел от прямого ответа инспектор. — Главное, не путайтесь у них под ногами.

Ну что ж, достаточно — так достаточно. Я окликнул проходившего мимо служителя и поинтересовался, нельзя ли заказать кружечку пива прямо в «джакузи». Разумеется, у них была такая услуга — фроги изрядные сибариты. Содрали с меня безбожно, зато пиво было — высший класс. Вдобавок, я получил возможность поддразнить Элисенварги: он-то был на работе, и таких вольностей позволить себе не мог.

Бежало время. Я неспешно тянул золотистый напиток, рассеянно поглядывая на посетителей, мелькающих в клубах пара — по их белым султанам купальни можно было заметить издалека, за несколько кварталов. Начинало темнеть; сумерки украсились множеством разноцветных огоньков. Здесь традиционно обходились без электричества, предпочитая масляные светильники. Послышался частый топот. Мальчишка-фроги, лет десяти, пробежал по дощатому настилу, топоча грубыми башмаками, склонился к Элисенварги и что-то шепнул ему на ухо. Инспектор кивнул и полез на сушу. Я вопросительно приподнял бровь.

— Мои парни заприметили типа, похожего по описанию на нашего фигуранта, — снизошел он. — Надо быть начеку.