Тайный брак - Соня Мишина

― Где хранить будем? ― спросила совета у мудрой старухи. 

У той ответ был уже наготове.

― Бери совок, пойдем, прикопаем в хитром месте. 

Лейса взяла лопату, поспешила за няней. Та повела воспитанницу по дорожке, проложенной от калитки до крыльца. Миновав где-то треть пути, рейва Калвина остановилась, наклонилась, сдвинула в сторону один из булыжников, которыми были выложены края тропинки, усыпанной щебнем. 

― Вот тут копай, ― показала Лейсе. ― В доме золото хранить не станем: там его быстро отыщут, по кирпичику дом растащат, только бы забрать все ценное. А под камень у тропинки заглянуть не догадаются! Такой схрон без магии никому отыскать не под силу. 

Анналейсе монеты в землю закапывать было странно, но ослушаться няню она не решилась. Быстро вырыла ямку глубиной в локоть. Рейва Калвина поставила на дно небольшой глиняный горшочек, накрыла его крышкой. 

― Закапывай, ― отдала новое указание. 

Лейса закидала горшочек землей, притоптала ее сверху, поставила приметный булыжник на место. Оставшуюся землю раскидала по грядкам, так что возле самой дорожки никаких следов раскопок не осталось.

― А теперь ― обедать. Маура вон с подружками с урока возвращается, тоже, небось, проголодалась, пигалица наша. ― Рейва Калвина пошла к калитке, встретила малышку, повела ее в дом, по пути расспрашивая, чему та научилась сегодня.

Обучение для детей мастеровых оплачивала гильдия, так что в свое время родители Лейсу письму и счету почитай, что бесплатно обучили, теперь же пришло время Мауре те же науки освоить. Девочка училась охотно, знания давались ей легко. Лейса втайне даже немного гордилась успехами младшенькой. Вот и сейчас шла, вела сестренку за руку и с улыбкой слушала, как та своими новыми навыками хвастается. 

Пообедали, как всегда, просто, но сытно: овощным супом на птичьих голяшках, пирогами с капустой и яйцами. После обеда няня взялась перемывать посуду и готовить ужин, а Лейса, чтобы совсем уж не бездельничать, решила смастерить Мауре новую куклу: давно обещала. Голова из глины была уже готова, оставалось ее раскрасить и пришить к тряпичному телу.

Взяв кисти и краски, Анналейса устроилась за рабочим столом в мастерской, выдавила на специальную дощечку несколько капель светло-золотистой, похожей на выгоревшую на солнце солому, краски. «Сделаю златовласку», ― решила вдруг, сама не понимая, откуда вдруг пришла такая фантазия. Лицо куклы покрыла белой краской, глаза сделала серо-голубыми с темным ободком, губы ― яркими, вишневыми. Полюбовалась своей работой. 

Пока краска схватывалась, взялась мастерить тряпичное тело: мягкий длинный валик набила птичьим пером, освобожденным от ости, приделала руки, ноги, смастерила платье из яркого лоскута синего цвета. Наконец, пришила голову. Кукла получилась ― просто загляденье! Во всяком случае, так показалась самой Анналейсе. 

― Маура! Иди, посмотри, что я для тебя смастерила! ― позвала она сестренку. 

Та тут же примчалась, залезла на скамью рядом с Лейсой. 

― Это что? Это кто? ― замерла, разглядывая игрушку. 

― Кукла. Ты ведь давно просила! ― удивилась Анналейса.

Обычно малышка была в восторге от ее подарков, а тут впервые не обрадовалась, и куклу брать в руки не спешила. 

― Я не такую хотела! ― надула губки Маура. ― Ты же всегда волосы темные делала, а глаза ― синие, как у нас с тобой! А эта… эта на дочь Ночи похожа, я ее боюсь!

― А нэйта Дьярви не боялась, ― нахмурилась Анналейса. ― Значит, не нравится?

У нее вдруг заворочалось, забурлило внутри что-то темное, как та самая ночь. Никогда раньше такой холодной, обжигающей морозом ярости Лейса в себе не ощущала.

― Нет! Не нравится! ― Маура спрыгнула со скамьи, Лейса встала следом. 

Посмотрела на недовольную сестренку, перевела взгляд на куклу…

― Ну и прах с ней! ― сказала в сердцах и махнула в сторону игрушки рукой.

Рабочий стол всего на мгновение окутало облако тьмы, а как только оно исчезло ― сестры обнаружили, что вместо куклы на нем осталось всего две горки праха. Одна, побольше, выглядела как куча перемолотой в пыль глины. Вторая, поменьше ― как остатки истлевших ниток. 

― Няня-а-а! ― заверещала испуганно Маура и бросилась на кухню. ― Лейса куклу испортила!

Анналейса, еле передвигая ноги, вернулась к скамье и села, непонимающе глядя на стол. Она не могла отвести глаз от двух холмиков пыли. 

«Как же это?! ― метались в ее голове заполошные мысли. ― Это я, что ли, сделала?!»

От испуга и неверия сознание мутилось, в глазах встала туманная пелена. Согласиться, что это ее слова стали причиной того, что кукла развалилась, Лейсе никак не удавалось. «Это не я!» ― вот и все, о чем могла она думать.

...Когда старая Калвина следом за всхлипывающей Маурой вошла в мастерскую, Анналейса так и сидела на скамье, смотрела пустым остановившимся взглядом в никуда, и, чуть покачиваясь, шептала еле слышно: «Это не я, не я!»

― Не ты, внучка, конечно, не ты! ― скользнув взглядом по останкам куклы, рейва Калвина нахмурилась, поджала губы в ответ на какие-то свои мысли, подошла к Анналейсе, обняла ее за плечи. ― А пойдем-ка травок попьем с медом, полежим маленько, ― позвала ласково. 

Лейса бездумно подчинилась ― то ли словам няни, то ли ее повелительным жестам. Встала и, все так же покачивая на ходу головой и повторяя, как заклинание «не я», пошла следом за няней в кухню.

Там рейва Калвина усадила ее на свой стул ― единственный с мягким сиденьем и подушкой под спину, сунула маленькой Мауре миску с холодной водой и велела брызгать сестре в лицо, а сама быстро поставила котелок на огонь, выбрала из полотняных пакетиков несколько щепоток трав, закинула их в закипающую воду.

Брызги в лицо Анналейсе не помогли ― она их словно и не заметила. Няня забрала у Мауры миску с водой, отставила в сторону. Пока травяной отвар настаивался, расспросила малышку, выяснила все в подробностях.

― Плохи наши дела, ― покачала головой. ― Зря я надеялась…

Маура из бормотания няни поняла только одно: то, что случилось ― не к добру. А все из-за того, что она, Маура, старшую сестричку огорчила. 

― Лейса, я больше не буду! Какую хочешь куклу делай, только не злись! ― заплакала она. ― Лейса, Лейса-а-а!

Но даже громкий испуганный рев Мауры не помог Лейсе очнуться.

― Прекрати реветь! ― прикрикнула на ребенка рейва Калвина. ― Слезами тут не поможешь. Сейчас мы Лейсу отваром сонным напоим, спать уложим. Утром встанет как новенькая.