Да здравствует королева! - Елена Шторм

Выныривала из забытья я медленно.

Сначала в сознание проник неяркий свет. Я поняла, что лежу на кровати, рассматривая незнакомую обивку балдахина. Потом, раньше мыслей, в груди родилась тревога. И лишь за ней нахлынули воспоминания.

Я попыталась сесть…

— Не двигайтесь, — предупредил строгий голос, и Шинар опустился рядом. Прямо у моей талии. Я вздрогнула, надеясь отстраниться: где я, в спальне жениха? Уж точно не в своей! — И не кричите.

Я всё равно бы не смогла. Тело казалось ватным, голова кружилась даже покоясь на подушке. Я отлепила сухой язык от нёба и прошептала:

— Что вы со мной сделали?

— Усыпил. Корень чёрного ландыша — наверняка вы слышали. Скоро пройдёт.

— Братья знают, что я здесь. Весь дворец знает! Вы не можете…

— Успокойтесь, — приказал мужчина жёстко и подался вперёд.

Лицо его приблизилось к моему. Принц выглядел по-прежнему зло, разъяренно — глаза прищурены, тонкий шрам отражал огонь свечей и казался особенно заметным. Голос больше походил на рык:

— Не я первым нарушил законы гостеприимства. Либо вы сейчас заговорите начистоту, либо клянусь, я пошлю к чертям весь этот союз и вашего брата. Он надоумил вас рыться в моих вещах?!

Я тяжело задышала, корсет сдавил грудь. Нет, только не так, пожалуйста!

— Я сама, милорд. Это целиком моя идея.

Шинар схватил меня за плечо. Я попыталась вырваться… и болью вдруг откликнулось запястье. Я запоздало поняла, что его саднит. Слегка перевела взгляд -

и разглядела то, что напугало сильнее всех угроз! Тонкая повязка скрывала кожу, и на ней проступило мутно-красное пятно. Небольшое, но…

Пару секунд я просто шокированно ловила воздух губами.

Нет!

— Я всё знаю! — выдохнула затем в полном отчаянии. — И братья знают! Я видела, как вы прятали платок Неллера на охоте, видела перчатку в столе…

Боги, мне удалось его удивить! На миг черты Шинара дрогнули, и злой хищник надо мной расширил глаза.

— Вы следили за мной?

— Я знаю даже про шкатулку, которую вы посылали — знаю, что собирались меня ранить! Даже если вы решите проклясть меня, убить, вам не уйти отсюда… безнаказанно!

Мы застыли в каком-то невозможном положении: на кровати, соприкасаясь, дыша друг другу в лица. Чёрные волосы маларца падали мне на грудь, и на краю сознания мелькнула странная мысль: мягко. Так близко ещё ни один мужчина ко мне не подбирался. Боги, но о чём я?

— Знаешь, я рад, что ты совсем не та дурочка, которой пыталась казаться, — произнёс Шинар медленно, немало меня поражая. — Хотя до ума тебе ещё далеко. Поэтому ты пыталась разыгрывать передо мной черти знают что?

Я не смогла ответить, но он и не ждал. Запоздало в голову пробралась ещё одна догадка.

Его хватка кажется не жесткой, потому что я чувствую её будто сквозь два слоя одежды. Слова Шинара — тихие, а мои и вовсе едва слышны. Даже несмотря на слабость, не могу поверить, что так звучит мой голос! В кабинете я рылась в сотнях трав и веществ, но едва различала запахи…

— А вас и не удивил мой поступок! Как вы пришли вовремя, как подкрались ко мне — вы что-то заранее подмешали мне в вино?!

Я попыталась описать остальные свои чувства, и тогда Шинар нехотя отстранился. Даже ненадолго прикрыл глаза. Дыхание само сбилось — так я боялась спугнуть эту внезапную перемену.

— Ладно, — решил принц спокойнее. — Пожалуй, мы оба задолжали друг другу объяснений.

— Извольте начать первым! — Я кое-как приподнялась, пользуясь моментом, хотя в голове всё перевернулось.

— Да, я обращаюсь к магии на крови. — Мужчина вернул мне хмурый взгляд и вдруг горько усмехнулся. — Давно и весьма успешно. Это правда. Но все эти вещи, которые я собрал — они служат для совсем простого ритуала. Ты, видимо, захочешь знать, как он работает?

— Будьте добры!

— Я говорю с человеком. Задаю ему вопросы, пытаюсь вызвать на откровенность. Потом… проходит час-другой, и я беру его кровь — если получится, конечно. По ней я могу узнать, врали мне недавно или нет.

— И вы…

— Интересно, что я увидел, сжигая тряпицу Неллера? — Мужчина вновь подался вперёд, и на этот раз я с трудом выдержала обвиняющий взгляд. — Беспросветную ложь. Твой младший брат, несколько графов, помощники Балуара — я добрался до многих. Был ли хоть один достаточно честен? Нет. В вашем проклятом дворце мне лгут даже чаще, чем в Асхеме — и это чертовски злит, учитывая, что меня позвали сюда как союзника, просили расследовать смерть твоего отца! Как думаешь, что покажет твоя кровь, если предать её огню?

Я затаила дыхание. Гнев жениха, неожиданные открытия — всё это подавляло, но ещё сильнее задело другое.

— Вы что, и меня подозреваете…?

— Видимо, уже нет, — вздохнул Шинар. — Ты слишком остро воспринимаешь потерю, слишком рьяно и неосторожно взялась за мной следить. Похоже на искренность.

Пусть он и «одобрил» моё поведение, от возмущения я резко вдохнула.

Маларец. Чужой, незнакомый человек, чёрный маг… полагал, что я могу поднять руку на отца!

Не слишком ли много он на себя берёт? Аделик ведь чётко дал понять, что просил лишь магических консультаций и никак не предлагал лезть к каждому из наших придворных в душу. Самоуверенность, наглость — самое то, чтобы прикрыть собственные злые планы!

И не знаю даже, что меня больше нервировало. Подозрения или это «ты», которым жених теперь пользовался.

— А вы, значит, честны. — Негодование подогрело кровь. Я решила, что самое страшное уже произошло, и невольно осмелела. — Предлагаете поверить вам на слово… во всём?

— Не помню, чтобы врал тебе в лицо.

— Да, вы всего лишь опоили меня и держите у себя в спальне! Посылали шкатулку с ловушкой, теперь порезали запястье… Покажите мне этот ваш ритуал, раз уж на то пошло. Вы ведь можете?

Теперь принц смерил меня долгим взглядом, будто задумавшись. Но в итоге решил:

— Почему бы и нет, в конце концов.

Я тут же подалась вперёд, надеясь слезть с кровати, но он остановил:

— Тише. Только не упади и не вини потом меня, прошу.

И подал мне руку.

На пару секунд я застыла, разглядывая его несчастно. Наверное… глупо было стыдиться столь простого жеста. После того, как он скрутил меня недавно — а затем лично отнёс в свою кровать. Но почему-то по собственной воле коснуться этой крепкой руки, опереться на неё, положиться — казалось страшно. Не так, совсем не так я представляла отношения с будущим мужем.