Сапфирная роза - Дэвид Эддингс

Вошел Вэнион и сразу же направился к Сефрении. Их тайна,которая, впрочем, не для кого уже не являлась секретом, потому что каждый, укого были глаза, давно пометили, как они относятся друг к другу, сразу жераскрылась, когда они обнялись с горячностью, что была несвойственна для нихобоих. Вэнион поцеловал в щеку маленькую женщину, которую любил с давних пор.

— Я думал, что потерял тебя, — с чувствомпроговорил Вэнион.

— Ты же знаешь, дорогой, что я никогда не смогупокинуть тебя, — мягко произнесла Сефрения.

Спархок слегка улыбнулся. Это слово «дорогой» всегда звучалов устах Сефрении иначе, когда она обращалась с ним к Вэниону, а не ккому-нибудь другому.

Их рассказ о том, что произошло с тех пор, как ониотправились в Земох, был довольно подробным. Но как бы то ни было, он былсмягчен, и в нем было опущено множество вопросов, касавшихся теологии.

Затем подвыпивший Воргун повел свое несколько бессвязноеповествование о событиях в Лэморканде и восточной Пелосии, что произошли завремя их отсутствия. Оказалось, что армии запада последовали той стратегии, чтобыла разработана в Чиреллосе до начала компании, и она оправдала себя.

— И затем, — заключил наклюкавшийся монарх, —именно тогда, когда мы были готовы сразиться с ними, эти трусы дали стрекача иумчались на восток. Ну почему никто не хочет встать и сразиться со мной? —жалобно проговорил Воргун. — Теперь мне придется разыскивать их в горахЗемоха.

— К чему такое беспокойство? — спросила егоСефрения.

— Как к чему?! — воскликнул Воргун. — Дачтобы они никогда не вздумали вновь отправиться войной на нас! — Воргунпокачнулся в своем кресле и неуклюже зачерпнул кружкой эля из бочонка.

— Зачем приносить в жертву жизни своих людей? —спросила она. — Азеш — мертв, Отт — тоже. Земохцы больше никогда невернутся сюда.

Воргун свирепо сверкнул глазами и ударил кулаком по столу.

— Мне хочется кого-нибудь уничтожить! Повоеватьхочу! — заорал он. — Вы не позволили мне снести с лица земли всехэтих рендорцев! Вы отозвали меня в Чиреллос! Так пусть я буду косоглазымтроллем, если позволю вам увести у меня из-под носа еще вдобавок иземохцев. — С этими словами глаза его потускнели, он медленно сполз подстол и захрапел.

— Твой король на удивление целеустремленный, мойдруг, — сказал Тиниен Улэфу.

— Воргун — простой человек, — пожал плечамиУлэф. — Его голова не удерживает больше одной мысли.

— Я отправлюсь с вами в Чиреллос, — сказалВэнион. — Возможно, мне удастся помочь вам убедить Долманта охладитьвоинственный пыл Воргуна. — Конечно, это была не настоящая причина, почемуВэнион стремился сопровождать их, но все скромно промолчали.

С рассветом следующего дня они покинули Кадум. Рыцарисменили теперь свои тяжелые доспехи на простые кольчуги и накинули поверх нихдорожные плащи. День за днем лил дождь, мелкий и тоскливый, который, казалось,смыл все краски земли. Они продолжали свое путешествие, а на дворе стоялугрюмый конец зимы, почти никогда по-настоящему не холодный, но всегдадождливый. Они миновали Мотеру и поехали дальше к Кадаху, где, переправившисьчерез реку, легким галопом отправились прямо на север, к Чиреллосу. Наконец водин дождливый полдень они взобрались на вершину холма, откуда хорошопросматривался опустошенный водой Священный город.

— Я думаю, первым делом мы должны разыскатьДолманта, — решил Вэнион. — Нашему посланнику требуется время, чтобыдобраться обратно до Кадума, а то случись перемена в погоду, и поля в Земохебыстро просохнут. — Вэнион зашелся кашлем.

— Ты плохо себя чувствуешь? — спросил его Спархок.

— Кажется, просто подцепил простуду.

Они вошли в Чиреллос не как герои. Не было ни парадов, нифанфар, ни веселой толпы, разбрасывающей цветы. По правде говоря, кажется,никто даже и не узнал их, и единственно, что кидали из окон верхних этажейдомов, мимо которых они проезжали, были отбросы и прочий мусор. ЖителиЧиреллоса видимо не торопились с починкой порушенных домов, с тех пор как былаизгнана армия Мартэла, и прозябали в грязи и нищете в своих развалюхах.

Они вступили в Базилику, тоже еще не приведенную в порядок ипребывавшую в запустении, и отправились в кабинеты, расположенные на второмэтаже.

— У нас важные новости для Архипрелата, — сказалВэнион церковнику в черном, который восседал за богато украшенной кафедрой, сважным видом перебирая бумаги.

— Боюсь это совершенно невозможно, — проговорилцерковник, с презрением поглядывая на испачканную грязью одежду Вэниона. —Сейчас Сарати встречается с делегацией первосвященников Каммории. Это оченьважная встреча, и негоже ее прерывать из-за какого-то военного донесения.Почему бы вам не подождать до завтра?

Вэнион побледнел от гнева, и рука его потянулась к мечу.Однако до того как события могли принять нежелательный оборот, к ним навстречууже спешил знакомый им толстенький патриарх. Это был Эмбан.

— Вэнион? — воскликнул он в удивлении. — ИСпархок! Когда вы вернулись?

— Мы только что прибыли, ваша светлость, — ответилВэнион. — И кажется, у этого церковника вызывают сомнения наши личности.

— Ну, что касается меня, то это не так, —усмехнулся Эмбан. — Входите внутрь.

— Но, ваша светлость, — возразил церковник. —У Сарати сейчас идет встреча с первосвященниками Каммории, и здесь еще многопосланников, которые ожидают, и которые гораздо… — он осекся; Эмбан медленноразворачивался к нему.

— Кто этот человек? — произнес Эмбан словно бы впространство, а затем взглянул на церковника. — Собирай свои вещи, —велел он. — Первым делом завтра утром ты покинешь Чиреллос. Возьми с собойтеплые вещи. Хьюсдальский мужской монастырь расположен на севере Талесии, и вэто время года там жгучий мороз.

Первосвященники Каммории были быстро распущены, и Эмбан ввелСпархока и его спутников в комнату, где их поджидали Долмант и Ортзел.

— Почему вы не послали вперед гонца с известием? —спросил Долмант.

— Мы думали, что Воргун позаботится об этом, —ответил ему Вэнион.

— Кто же с таким важным посланием полагается наВоргуна? Ну да ладно, рассказывайте обо всем, что произошло с вами.

Спархок, с помощью друзей, подробно рассказал обо всем, чтоприключилось с ними в мрачном Земохе.

— Кьюрик? — взволнованно воскликнул Долмант,прервав повествование.