Сказки Давних времен - Александр Асмолов

– Ме́ня, предложи ему поменяться с Родригесом.

– Но это же не мой сон! – заупрямился медвежонок.

– Вот как? А кто в пещере грез налетел на нас с Черным Джеком?

– Но я же не знал… – зашептал, извиняясь, Ме́ня.

– А теперь боишься? – решила схитрить Веда.

Медвежонок насупился. Было видно, что он сопротивляется какому-то своему предубеждению, но отступать было не в его правилах. Орел молча улыбнулся, одобряя замысел Веды.

– Ладно, он согласен. Только я ведь маленький кусочек-то и видел.

– Ме́ня, не упускай его, обещай что хочешь! – не сдавалась Веда.

– Ну, где я сейчас сон вашего Родригеса найду? – зашипел возмущенно медвежонок.

– Так ведь мы были в пещере желаний, а там время поворачивает в любую сторону. Это все равно, что сны смотреть. Отправляй его туда.

– Ох, будет беда… – запричитал Ме́ня.

Он умолк. Только черный носик нервно подергивался, резко и коротко вдыхая воздух и поворачиваясь то в одну, то в другую сторону. От нетерпения Веда попыталась вновь заговорить с медвежонком, но Гордый жестом остановил ее. Сделав над собой усилие, она положила руки на колени и стала ждать. Высохшие, изрытые морщинами, с резко очерченными синими венами старческие ладони вздрагивали на изношенной, еще влажной материи ее длинной юбки.

– Этот с косичкой достал из шкатулки призму, – неожиданно заговорил медвежонок.

– Какую призму?

– Маленькая такая, прозрачная, с четырьмя сторонами.

– Дальше, Ме́ня, дальше! – умоляющим шепотом попросила Веда.

– Когда он ее в руки взял и что-то прошептал, в шкатулке что-то засветилось.

– Что?

– Я не знаю. Огоньки в шкатулке играют, как и в призме.

– А в шкатулке что лежит?

– Что-то свернутое в трубочку. На тонкую березовую кору похоже. На ней знаки какие-то, вот они и светятся.

– Ты когда-нибудь видел их раньше?

– Нет. Они совсем незнакомые.

– Что теперь делает этот с косичкой? – не отставала Веда.

– Он разворачивает трубочку со знаками и что-то шепчет.

– Это очень важно, Ме́ня. Попробуй понять, что он говорит.

– Слова совсем незнакомые, но складные.

– Что значит складные? – удивилась Веда.

– Ну, я не понимаю, что он говорит, но так все складно, как стишок.

– Очевидно, это свиток с заклинанием, – повернувшись в Гордому, прошептала Веда.

– Постарайся запомнить эти слова, Ме́ня, – сказала она уже медвежонку.

– Ага, я же читать не умею. А он все трубочку разворачивает и шепчет.

– А теперь что? – не стала спорить с медвежонком старушка.

– Он перевернул призму и взял ее в другую руку.

– И… – но Веда не успела спросить.

– Он теперь летать может. Капюшон черный появился… А с высоты как красиво…

– Куда же он полетел?

– Дома. Много домов. Дорога. Лес большой. Поле… Ой, да это же родник времени!

– Уж не о роднике ли Лето ты говоришь, Ме́ня? – удивилась Веда.

– Да, я там время назад смотрел. Как ливень был. Как Вы в пещеру заходили.

– Понятно. А что этот с косичкой делает?

– Он на поляне перед родником сидит.

– Просто сидит, и все? – не унималась Веда.

– Нет, он с родником разговаривает.

– О чем же это они говорят?

– Ну, где напиться, чтобы в другое время попасть.

– Ме́ня, ты так это говоришь, будто знаешь об этом давно! – удивилась Веда.

– Знаю! – не упустил случая похвастаться медвежонок.

Гордый и Веда удивленно взглянули друг на друга. Они еще сомневались, можно ли полностью доверять медвежонку. Уж очень неправдоподобно звучали сейчас некоторые его слова и утверждения. Многие обитатели Дальнего леса привыкли к тому, что тот любил иногда прихвастнуть. Хотя, как знать, порой сама правда выглядит менее достоверно, чем ложь.

– Хорошо, ты нам позже расскажешь об этом. А теперь что происходит?

– Он окунает призму в родник, где течет разное время.

– Зачем? – удивилась Веда.

– Не знаю. Он еще говорит считалку какую-то, – протянул в ответ Ме́ня.

– Постарайся запомнить ее, малыш!