Ангел - Ольга Мяхар

– Тебе не кажется, что он задается? – тихо и доверительно сообщил он мне, пока Дик ползал по земле, чертя пальцем загадочные символы.

– Просто мы свалились неизвестно откуда и отрываем его от работы, – попыталась я объяснить Осе, но тот только отмахнулся, недоверчиво наблюдая за лордом.

– Как-то он подозрительно ползает, ты не находишь? Лорд, а ползает кверху задом…

Сзади послышалось тихое утробное рычание, я дернула Оську за рукав; но тот и не думал затыкаться.

– И вообще, мне кажется, что он тут явно мается дурью. На фига все эти рисунки? Мог бы и так чего-нибудь колдануть, хотя… если он в душе поэт и сейчас его проперло…

Закончить он не успел. Выведенный из себя лорд бесшумно приблизился сзади и что есть силы врезал Оське по башке. Итог? Вопящий, что его убили, Оська, валяющийся на земле; озверевший Дик, вырывающийся и явно стремящийся его добить, и моя скромная персона, повисшая у него на шее и громко верещащая от страха за жизнь друга. Но тут земля дрогнула.

Визг и крик прекратились. Оська тут же вскочил на ноги, оглядываясь по сторонам и сверкая изумрудами глаз. Я отпустила лорда и подошла к юноше.

– Что там, Ося? – тихо спросила я, очень надеясь, что это было просто землетрясение. Лорд внимательно за нами наблюдал, не понимая, чего мы всполошились.

– Это они, – каким-то чужим голосом сообщил Ося и тут же трансформировался обратно в совенка. Он вспорхнул мне на плечо и замер, глядя куда-то в туман. Я поежилась и внутренне напряглась. В конце концов, Васька ведь предупреждал, что хоть и маленькая, но вероятность того, что это случится, есть.

Туман за пределами круга всколыхнулся и медленно разделился на две части, отхлынувшие друг от друга и образовавшие широкий проход, по которому к нам двигались неясные пока очертания высоких крылатых фигур.

– Соберись, – шепнул Оська, – если что, я помогу.

– Я одна не справлюсь, мне нужен Васька.

– Не успею.

Я повернулась к взъерошенному Оське и мягко, ободряюще ему улыбнулась.

– Успеешь. Я верю: ты успеешь.

Он сверкнул черными пуговками глаз. Вздохнул, сухо клюнул меня в щеку и, вспорхнув, влетел в открывшийся в воздухе портал, мягкой рябью лишь на миг наметивший свои очертания.

– Может быть, ты объяснишь мне, что здесь происходит? – задумчиво спросил все это время стоявший рядом со мной Дик, заинтересованно разглядывающий быстро приближающиеся фигуры. Тихий хлопок – и вот уже линия круга на небольшом ее участке стерта, барьер разорван, и внутрь впущены ветер и запах горячей серы.

– Помнишь, я говорила тебе, что я ангел.

Он кивнул. Длинные серые тени обретали очертания и пропорции. А вскоре перед нами уже стояли трое темных человекоподобных существ со сложенными изгибами крыльев за спинами. В глазах у них, как и у Дика, отражалась тьма, и только белые лезвия клыков, выглядывающих из-под верхней губы, нарушали абсолютную черноту кожи.

– Ну так знакомься, Дик, они – черти.

Стоящий в центре сверкнул белизной улыбки и изящно склонился в шутовском поклоне перед нами.

– Мне очень приятно встретиться с тобой, мой ангел. – Его голос завораживал, окружал теплом и шепотом, заставлял и подчинял, обещая все и даже больше. – Спасибо, что сберегла для нас этого человечка.

Я нахмурилась, даже и не думая подчиняться его тону или млеть перед его чертами. Красив? Да. Обаятелен? Даже слишком. Можно ли в него влюбиться? Так… о чем я сейчас думаю?!

Он вновь улыбнулся, обнажая алебастр зубов и впиваясь в меня взглядом, будто гурман при виде давно ожидаемого деликатеса.

Хм, а вот фигу – я не сосиска какая-нибудь.

Я подняла руки в знаке запрета и улыбнулась в ответ. На Дика никто не обращал внимания.

– Гм, кхм, – срочно напомнил он о себе.

Мы все ошарашен но на него уставились.

– Так вы трое черти? – задал он вопрос, разглядывая всю собравшуюся компанию со здоровым скептицизмом жителя своего времени.

– Вообще-то мы предпочитаем называть себя гэйлами, – уточнил мой собеседник, – но ты, как я вижу, не веришь ни в ангелов, ни в чертей.

– Нет.

– Что ж, твое право.

– Зачем вы пришли?

Гэйл (можно я дальше буду называть их так?) в центре радостно ему улыбнулся.

– Меня послали за сущим пустяком. – Дик выжидательно изогнул левую бровь. – За твоей душой, лорд. К сожалению, владыке она зачем-то срочно понадобилась. Но я даже и не думал, – он вновь повернулся ко мне, чуть ли не урча от удовольствия, – что меня здесь ждет такой приятный сюрприз.

Я нахмурилась, если не успею остановить их до прихода Васьки, это будет провал задания. Я успею.

– Ты будешь жемчужиной моей коллекции, – мягко прошептал он, глядя на меня так ласково, будто я уже являюсь его собственностью.

– А твои друзья что, немые? – вновь вмешался Дик, за что я, честно говоря, была ему очень благодарна. Ну не тот еще у меня уровень, чтобы вот так просто смотреть гэйлу в глаза и не пытаться наброситься на него.

– Слуги. Исполнители, если хочешь. А в твоем случае – палачи.

– Поясни.

Гэйл недовольно дернул крылом:

– Ты утомляешь, человечек. Душу ведь надо вынуть из тела – не так ли? А теперь давайте приступим к делу, здесь слишком холодно для меня, не хочу задерживаться.

Он ударил еще во время фразы, но я была готова… к его удару, но не к тому, что вместе с ним ударят и палачи… меня отшвырнуло назад и протащило по земле. Я с трудом села и злорадно увидела окружившую Дика искристую сферу. Заклинание сработало как надо. Спасибо Оське, который часами сидел со мной и оттачивал его действие. Палачи зря шипели и пытались прорваться сквозь такую тонкую с виду пленку, пока я жива…

– Ай-ай-ай! – Он подошел ко мне неслышно. Когтистая рука сжала горло и вздернула вверх, так что ноги не касались пола. Я захрипела, царапая ногтями его руку. Безуспешно.

– Ну зачем ты так? Не сопротивляйся. Нам будет весело.

Его взгляд приблизился, улыбка раздвинула тонкие губы, а крылья мягко распахнулись, готовые набрать высоту. Ну уж нет… Рано решил улетать, гэйл!

Скрюченные пальцы впились в черную грудь, а послушная сила скрученным жгутом прошла сквозь сердце в руку и четким изящным иероглифом выжгла руну на его груди.

Крик, рев и шипение горелой плоти. Меня отшвырнуло назад, послышался треск ломающихся позвонков, последним усилием воли успеваю их срастить, но сгруппироваться уже не могу. С силой врезаюсь в барьер, вскрикиваю от боли и… снова земля ловит непослушное тело, вбивая крик в легкие и заставляя хрипеть. Боже, как же больно быть человеком.