По волчьему следу - Лоя Дорских

Боясь даже мысленно предположить, что сын вожака мог приревновать меня к другому волку, я решила не обращать внимания на странное поведение Артура. Нет здесь никакого романтического подтекста, и искать тайные знаки не нужно. Нервы целее будут. Так я и думала, пока мы в полном молчании шли в сторону моего дома. Изменилось всё за одно мгновение, когда, почти дойдя до места, Артур вдруг резко остановился, и, развернув меня к себе, осторожно поцеловал. По-настоящему поцеловал! Боги! В тот миг весь мой мир просто перевернулся с ног на голову!

- Беги домой, моя маленькая зеленоглазка, - как на яву в памяти всплыли его слова, сказанные мне сразу, как он прервал наш поцелуй.

Нежная улыбка, с которой он на меня смотрел, просто сводила с ума! И я побежала. Действительно побежала домой, боясь оглянуться, или проснуться и понять, что всего этого не было, что это просто мне привиделось во сне. Но всё произошло на самом деле, и я до самого утра без сна прокрутилась в кровати с бешено бьющимся сердцем и глупой улыбкой на губах.

- Владимира, - дотронувшись до моего плеча, Аня вернула меня из воспоминаний в реальность.

Открыв глаза я, продолжая улыбаться от воспоминаний о нашем первом поцелуе, посмотрела на яйцо в моих руках. Серое яйцо.

- Но…

- Мне очень жаль, милая, - прошептала ведьма, осторожно забирая из моих задрожавших пальцев изменившее цвет скорлупы яичко.

- И что это значит? – не веря, что подобное вообще возможно, я с надеждой смотрела на ведьму.

- Он тебя помнит, магии на нём нет, - сочувственно глядя на меня, вынесла вердикт Анна. – Что же касается цвета, прости, малышка, но он раздражается, если ты всплываешь в его памяти. Мне жаль.

Бред какой-то! Этого не может быть! Этого просто не может быть! Артур не может помнить меня и раздражаться! Он любит меня, я знаю это! Бестия согласно рыкнула, не собираясь верить в результаты проверки на яйце.

- Это какая-то ошибка, - отказываясь верить в предательство любимого, я пыталась ухватиться за любую возможность оправдать его. – Это не его чувства, я уверена! Я не могу его раздражать, кого угодно, но только не его! Анна, когда я думала об Артуре, то в памяти всплыл один охранник нашей стаи, может, поэтому яйцо окрасилось? Может это его чувства ко мне мы сейчас случайно узнали? Давайте попробуем ещё раз, пожалуйста!

- Конечно, - тихо ответила ведьма, взяв новую миску и начав заново складывать в неё ингредиенты.

Но что бы я себе не представляла, какой бы образ Артура не держала в памяти – результат был один и тот же. Передо мной уже лежало шесть серых яиц. Каждый раз, открывая глаза и видя изменённый цвет скорлупы, я с надеждой смотрела на Анну, и каждый раз она робко мне улыбалась, начинала всё сначала.

- Милая, мне правда очень жаль, - забирая седьмое серое яйцо из моих рук, посочувствовала мне ведьма, - но, может быть, остановимся? Пора признать очевидное, как бы не было от этого больно.

Сказав это, она вышла из комнаты, оставляя меня одну. Признаться, я была ей за это сейчас благодарна. Мне действительно были необходимы несколько минут наедине с собой. Закрыв глаза и сконцентрировавшись, я оказалась в месте обитания своего зверя.

- Родная, - шепнула я понуро сидящей Бестии, опускаясь на колени перед ней. – Он нас предал. Он действительно это сделал.

Уткнувшись лицом в грудь волчице, я слышала её отчаяние, как и почти физически ощущала её боль. Нашу боль – одну на двоих. Как и чувство абсолютной безысходности, которую вызывали миллионы вопросов, крутившиеся в голове. Как он мог так поступить? Чем я заслужила подобную жестокость? Зачем было поступать именно так? Бестия запрокинула голову вверх, протяжно завыв на Луну. Ощущение зияющей пустоты внутри накрыло нас обеих, заставляя меня кричать вместе с воем волчицы.

Открыв глаза, и оказавшись в комнате, я вытерла беспрерывно стекающие по щекам слёзы, и направилась вниз, на выход из дома.

- Ты был прав, - выйдя на улицу и поймав на себе три сочувствующих взгляда, я обратилась к Станиславу. – Артур действительно изгнал меня руками своего отца.

Я старалась говорить твёрдо, но получалось слабо. Мне казалось, что невидимая рука сжимает моё горло. Странное состояние. Вроде и дышу, и делаю вдохи и выдохи, но при этом совершенно не чувствую самого воздуха.

- Митрич, проводи её, пожалуйста. Девочке нужно прийти в себя. - Сказал Станислав куда-то в сторону, после чего перевёл взгляд на меня. – Я согласен учить тебя. Приходи, когда будешь готова. Только не наделай глупостей.

Кивнув ему, я оглянулась на стоящего недалеко от дома лешего, и пошла в его сторону.

- Возьми, девонька, - стоило нам поравняться, Митрич протянул мне на раскрытой ладони два тоненьких серебряных колечка, немного отличающихся по цвету.

- Спасибо, - вяло поблагодарив лешего, я на автомате надела их на пальцы правой руки.

- Вот это, - тыкнул хозяин леса в кольцо, которое я надела на указательный палец, - откроет тебе дорогу к моему дому, или к жилищу Стаса из любого места, где деревья растут. Достаточно только представить, куда именно ты направляешься. А это, - его палец переместился на колечко на моём среднем пальце, - можешь использовать как связь со мной. Чтобы ты в него не произнесла, сняв с себя – я услышу.

- Спасибо, - более осмысленно кивнула Митричу, показывая, что точно всё поняла.

Как мы вышли с лешим из леса помню смутно. Как и поездку в автобусе до города. Всё было словно в тумане. Я никогда в жизни ещё не чувствовала себя настолько опустошённой и раздавленной. Наверно по этой причине, придя домой, я просто села на пол в прихожей, прижавшись спиной к входной двери. Слёз не было, внутри меня как будто что-то сломалось, не давая эмоциям выливаться наружу.

- Ненавижу тебя, ненавижу, ненавижу… - шептала я, глядя в одну точку, пытаясь убить в себе все чувства к Артуру, - ненавижу, ненавижу…

Бестия пронзительно выла, вторя моим словам.