Отбор без права на любовь - Наталья Мамлеева

Сжав руки в кулаки, я взбежала вверх по лестнице, когда почувствовала резкий толчок в грудь. Затем меня прижали к стене.

— Ты! — прошипела Розмари. Причем удивительно низким голосом. — Только попробуй еще раз приблизиться к лорду Первому советнику, и я тебе устрою внеплановый отпуск в лучшую лечебницу Рагдара! Ты меня поняла, принцесска?

Не-а. Я вот широко распахнутыми глазами глядела на «Розмари» и не понимала: как? Как у девушки может быть такой низкий грубый голос? Неужели все из-за стероидов? Тем более я вспомнила, где слышала его — в своей спальне, когда до меня доносились звуки из соседних комнат. Кажется, кто-то там боялся быть рассекреченным.

Розмари, подумав, что её угроза возымела действие, оттолкнулась от стены крепкими руками и направилась вниз по лестнице — видимо, догонять лорда Первого советника. Я широко улыбнулась. Кажется, я знаю чей-то ма-а-аленький секретик. Брат-близнец, говорите? Ничего такой брат у «Розмари».

К назначенному времени Ронда и Карми помогли мне собраться: для вечерней прогулки я выбрала платье с длинными рукавами и глухим воротам — все по рагдарской моде. На голову надела шляпку, скрывающую мои ушки, и утеплила наряд вязаной пелериной.

Мистер Расвод ждал меня в холле, нетерпеливо прохаживаясь от одной тумбочки с голошаром, на котором сменились изображения его величества, к другой. Увидев меня, он широко улыбнулся и поспешил навстречу.

— Ваше высочество, вы — восхитительны! Я неизменно рад и горд, что вы согласились прогуляться по столице именно со мной. Слышал, что многие хотят пригласить вас на свидание.

Я улыбнулась, не став говорить своему спутнику, что разговоры о других мужчинах значительно принижают его в моих глазах. Он бы еще стал себя сравнивать с лордом Первым советником, честное слово!

— Вы покоряете меня своей прямолинейностью, — ответила я с легкой улыбкой.

На улице нас ждал аэрокар с водителем. Эршван назвал нужный адрес, и аэрокар плавно поднялся в небо. Секретарь явно нервничал и не знал, о чем со мной разговаривать, поэтому я охотно подкидывала темы. С каждой минутой нашего общения я все больше убеждалась в том, что соблазнить мистера Расвода не составит труда, а там уже я легко выужу из него нужную информацию. Правда, мне нужно будет одно средство, которое, я надеялась, достанет мне Друг.

Да, подготовиться к этой поездке было невозможно: мне нельзя было брать с собой никаких средств, электроники и прочего, так как все вещи тщательно проверялись. Но генерал меня заверил, что Друг сам со мной свяжется и будет инструктировать по поводу всего. Делал он это, разумеется, не бескорыстно. Если я найду необходимые доказательства, то выставлю их на общий суд, тем самым в дела Рагдарской империи вмешается совет конфедерации. Повстанцы смогут воспользоваться ситуацией и устроить переворот. К этому времени, надеюсь, я уже буду далеко от этой планеты.

Эршван действительно устроил мне экскурсию — лучшего гида и придумать нельзя. Он подробно обо всем рассказывал, не забывая восхвалять императора. Я слушала, кивала и улыбалась. Когда аэрокар вернулся ко дворцу, я наклонилась к Эршвану и прошептала томным голосом:

— Благодарю за сегодняшний вечер. Все было чудесно. Надеюсь на… продолжение.

Последнее было весьма двусмысленно. Мое дыхание щекотало ухо Эршвана. Медленно отстранившись, я с соблазнительной улыбкой покинула аэрокар.

Первое, что я сделала, вернувшись в комнату, — приняла ванну. Мне хотелось смыть с себя внимание Эршвана, будто того и не было. Пока лежала в ванне, решила проверить новости империи: впредь я не должна позволять себе узнавать что-то из последних рук.

Среди восхвалений императора и его заслуг, а также событий Великолепного отбора я выхватила по-настоящему важную для меня новость: ту женщину, спасшую двоих детей, казнили вместе с её детьми. Их тела с шаттла выкинули в открытый космос.

По моим щекам покатились слезы. Я представила образ Первого советника: вот он открыто улыбается, даже флиртует со мной, приглашает на свидание, а в следующую секунду отдает приказ кого-то убить.

Я ударила ладонью по воде. Это ужасно, ужасно! То, что происходит в этой империи… ужасно.