Ожог от зеркала - Александр Доставалов

Тарас замялся, потом всё же ответил:

– Я думаю, тут две причины. С одной стороны, они ждут, не обломится ли им какой из моих браслетов. Я их сейчас с трудом держу, так что в принципе это возможно. Плюс удача у нас хороша. Мы с Ольгой всё время над этим работаем, я думаю, и шаман, и Зенон это ощущают. А может, погоня близко. И если их пока не трогают, так это из-за того, что отряд у тебя слишком велик.

Хвощ закрутил волосатой башкой.

– Как это близко?

– Если за нами идут боевые монахи, ты их не увидишь, – объяснил школяр. – В шаге пройдёшь и не увидишь. Но войска наводить на нас они не станут. Им наши проблемы восьмёркой. Им нужно Зенона достать.

Хвощ задумался.

– Так, может, это... сплавить им Зенона? Пусть берут, на хрена нам такое сокровище? – Цепкий взгляд из-под бровей не вязался с простецкой физиономией, и Тарас подумал, что на самом деле атамана устраивает то, что в его отряде сейчас две группы магов.

– Ну, тогда их браслет станет недостижим для меня, – честно сказал Тарас. – Пусть бы пока рядышком ходили. А интересы пока совпадают. Им тоже надо за территорию Северного союза. Вот там уже придётся держать ухо востро.

Проблемы возникли у самой границы.

– Тарас, ты чувствуешь? – Ольга была встревожена.

– Что?

– Что-то происходит.

– Не очень. Вязкости в поле много.

– Вязкости очень много. Но дело не только в этом. Всё как бы покалывает. Вокруг покалывает. У меня такое ощущение, что нас уже нашли.

– Не может быть. – Школяр привстал на стременах и осмотрелся. Банда разжилась лошадьми и снаряжением, пеши не шёл уже никто. – Кабы нашли, стрелки бы сверху повисли.

– Не обязательно. – Голос Ольги был очень серьёзен. – Они уже дважды нас упускали. Стрелок нанесёт урон, но и только. А им нужно капкан захлопнуть. Если нас обнаружили, то сейчас сюда стягиваются войска, со всех сторон закрывают пути отхода.

– Тут их не меньше четырех.

– Это вы с Хвощом прикидывали четыре. А реально их, может, и восемь. Местные-то всё знают. Вот их сейчас и перекрывают, чтобы всех без остатка взять.

– Погоди. – Тарас махнул рукой Хвощу, и атаман разбойников подъехал к ним поближе. – Я что-то не пойму, из чего ты сделала такой вывод.

– Ты покалывание слышишь?

– Не очень. Раньше вообще не чувствовал, теперь, как ты сказала, вроде чуть-чуть есть.

– Вязкость?

– Это давно. Это уже часа два как поменялось.

– Так вот это уровни контроля. У нас возле башни тоже такие стояли. Только у нас центровой был, по кольцу. А здесь, наверное, вдоль всей границы.

– Какие-нибудь столбы?

– Там даже столбов не надо. Выглядит это как круглая лужица. В неё можно ногой ступить – и ничего не почувствуешь.

– Я никогда о таком не слышал.

– Я слышал, – мрачно сказал Хвощ.

– Тарас, ты просто не изучал систему охранных заклятий. Периметр замыкается этаким «мокрым пунктиром». В спокойном состоянии он среагирует только на крупное нарушение. Скажем, на целое стадо коров. Или сотню кавалерии. О таком нарушении пойдёт сигнал.

– Мы вполне подходим. Почти семьдесят лошадей.

– Кроме того, вокруг каждой такой «лужицы» возможно как бы «включать обзор». Осматриваться, где и что движется. Но это делают редко, потому как всю границу не просмотришь. Там лиса пробежала, там медведь, там мужики пошли лес валить, понимаешь?

– Ну да. По пустякам не хотят дёргаться.

– А сейчас, похоже, они перевели защиту в активный режим. Вот это покалывание, что я ощущаю.

– Ты права, сестрёнка. Я действительно его чувствую. Ты считаешь, что это сработала защита границы?

– Я почти уверена. В активном режиме нам не спрятаться. Мы сейчас на их картах как на ладони.

– Каких картах?

– Ну, макетах местности. У нас такой был, на втором этаже, ты наверняка его видел.

– Видел. Я думал, просто план, что вокруг имеется.

– И это тоже. Но мы там сейчас как огонёчки. И люди, и кони, и даже собаки.

– И они могут понять, что это именно мы?

– Предположить могут. И обязаны проверить.

– Может, развернуться, пока не поздно? – тоскливо спросил Хвощ.

– Это бессмысленно. Нас всё равно будут проверять. Кто мы, что мы, зачем повернули.

– То есть... Ты думаешь, они уже поняли, кто мы такие?

– Стрелков никто не видел?

– Пока нет.

– Я думаю, поняли. Мы могли просто не заметить стрелка. У них оптика, зрение круче орлиного.

– Он бы снизился, – сказал Хвощ.

– Это ты привык, что стрелки снижаются. Потому что они всегда стремились вас обстрелять. А здесь его задача была нас идентифицировать.

– Чего с нами сделать?

– Понять, кто мы такие, – объяснила Ольга. – Кстати, если мы мимо лужи-зеркала прошли, то и стрелка не нужно. Они могли через лужу увидеть, кто есть кто.

– Ты хочешь сказать, что сейчас они знают, что мы здесь и движемся к границе.

– Да, – кивнула Ольга. – Именно так.

– Хреново, – резюмировал Хвощ. – А вы-то что ж? Бакалавры недоделанные?

– Граница в активной фазе. Этого никак не должно было быть. Это очень дорого. Периметр активизируют только в случае войны или крупного конфликта.

– Так у нас вроде мир со смолянами.

– Был мир. Я не знаю, в чём тут дело.

– Но ты не ошибаешься.

– Я почти уверена. Процентов на девяносто.

– Вы достали меня своими цифрами. Нас видят или нет?

– Видят, – кивнула Ольга.

– Но они пока считают, что мы слежку не заметили.

– Да. Иначе над нами кружились бы стрелки.

– Стало быть, они закрывают нам дороги и стягивают кулак. У них же здесь, кроме гарнизона, и нету ни хрена.

– Именно так. Зато здесь две зельцкабины.

– Одна в городе. А другая где?

– А другая со стороны Смоленска.

– А, ну да. И чем нам это поможет?

– Ничем. Сейчас из нашей наверняка прёт княжеская дружина и рыцари. Ещё пара часов, и над нами повиснут стрелки. Я буду удивлена, если хоть кто-нибудь из нас доживёт до вечера.

– Не паникуй, – мрачно сказал Хвощ. – Удирать не собираетесь?

– Мы слово держим, – сообщил ему Тарас. – Иначе тебя бы и не позвали.

Ничего не отвечая, Хвощ махнул рукой, подзывая Шершавого и Флейту.