Обжигающий след. Потерянные - Анна Невер

Шел второй день их заключения. Тиса тщетно пыталась найти оборотней, прерываясь лишь на сон и еду, которую приносил «гостям» Наум. Дверь отворялась, и горбун под защитой здоровенных охранников-мордоворотов ставил поднос на пол. Затем виновато перечислял, что съестного в судках, просил прощения. Добрый малый, только как пес верен своему хозяину. Отпустить их он не мог, зато принести постельное белье, подушки и ширму согласился с охотой. А также велел охранникам сопровождать пленников до уборной и обратно по первому желанию.

Поня маялась от безделья, и Климу приходилось развлекать ребенка, пока Тиса «спала».

Щуп в очередной раз не поддался, несмотря на все советы учителя. Досадуя и мысленно бранясь, видящая устало парила в туманных облаках. Невозможно… Этот оборотень слишком хорошо защищен. У нее не получится. Что тогда? Нет, лучше не думать об этом. Тиса снова попыталась найти Демьяна через его подчиненных. Хоть минутку побыть рядом с ним, хоть на несколько секунд увидеть, чтобы воспрянуть духом. Чтобы обрести веру в свои силы.

И на сей раз ей повезло.

Он нашелся в окружении большой компании опервэйнов в знакомой избе. На столе лежала карта местности, и Демьян чертил на ней круг.

– Если они будут двигаться с той же скоростью, то через четыре дня обоз окажется в этом месте. Здесь берег таков, что даст хороший крен.

– Допустим, четыре или пять повозок переворачиваются. Агатит падает в студень. И ты думаешь, Войслав явится за камнем? – поинтересовался Горохов.

– Явится, – уверенно заявил главвэй. – Войслав не желает, чтобы агатит имел отпечатки. Хочет сохранить чистоту для волшбы. У него два выхода. Первый – заставить людей в рукавицах вытаскивать камни со дна, используя мудреные приспособления, что непозволительно долго для его дела. Либо явиться на место происшествия лично и поднять их собственной вэей. Тогда агатит будет иметь лишь его отпечаток, что не повредит накладам в дальнейших его планах. Понятно, что орлам своим он это сделать не доверит.

– Хитро, – хмыкнул чтец.

– А мы когда вступаем? – возмущенный возглас рыжего Родиона Забегая затмил пересуды всей компании.

– Сразу после моего говора. – Демьян поднял глаза от карты. – Близко не подходите, иначе почует. Мы с Игнатом постараемся развлечь отступника и его свиту в течение пяти минут, пока вы долетите.

– Авось и выгорит задумка, – согласился Нестор.

– Я перехвачу обоз вот здесь и поведу сюда. Здесь дорога.

Главвэй продолжал говорить, обсуждая с соратниками подробности предстоящего предприятия по выманиванию отступника из башни, а Тиса смотрела на Демьяна, прислушивалась к его ровному уверенному голосу, наблюдала за выражением лица, заглядывала в серые глаза. А в душе поднималась досада. Единый! Не дотронуться до него, не окликнуть, не рассказать, в какую ловушку она попала с Поней, и не предупредить, чтобы не смел рисковать собой в завтрашней авантюре! Ну почему дар так ограничен?! Почему?

Очнувшись от видения, девушка вновь покачала головой в ответ на немой вопрос Климентия. Поня бросилась к названой матери, заметив, что та очнулась.

– Мам, а когда мы поедем домой?

– Я надеюсь, что скоро. Потерпи, моя хорошая.

Тиса обняла прильнувшую к ней малышку и мысленно в очередной раз обозвала хозяина сего поместья подлецом. И не только – напрашивались самые нелестные эпитеты из словарного запаса Кубача. Вся ситуация начала сильно тяготить. Поня замаялась сидеть в этой конуре, в которой их заперли. От неудачных попыток найти оборотней видящую тошнило.

– А если я не найду их? – посмотрела она на Клима. – Они же не могут нас здесь держать вечно? Ведь так?

Учитель сидел на табурете, плечи его были напряжены. В зеленых глазах продолжали открыто светиться вина и негодование сложившимся положением.

– Не могут, – произнес блондин. – Так я думал вначале, но теперь сомневаюсь.

До вечера Тиса сделала еще несколько попыток найти оборотней. Потом Наум принес ужин, спросил, есть ли какие-то подвижки в поиске. Услышав, что никаких, горбун вздохнул.

– Хотите, я покажу вашему ребенку дом? – жуя слова, предложил он. – Девочка устала здесь сидеть. Это заметно.

– Тогда, может быть, отпустите нас? – еле слышным шепотом взмолилась Войнова, подходя к невысокому человечку ближе. – Пожалуйста! Прошу вас!

Тот распахнул голубые глаза и мотнул головой.

– Простите, не могу, – промычал и, быстро составив поднос на пол, попятился к охранникам. – А ребенок?.. – уже виновато спросил за порогом.

– Поня останется со мной.

– Ваше право, – промямлил карлик. Он поклонился пленникам, и через секунду дверь с хлопком затворилась.

Тиса сжала кулаки и принялась мерять комнату шагами. Снова вспомнила о двух ножах, находящихся сейчас у голенища. Удачно, что она по привычке вложила их в ботинок. Оружие есть, вот только использовать его видящая намерена лишь в самом крайнем случае. Если и решаться на побег, то тщательно продумав все свои действия.

Поймав эту мысль за хвост, Войнова посмотрела на Клима, застывшего у дверей в позе «я выдеру себе чуб». Вытянулась на жесткой лежанке, закрыла глаза. Похоже, они здесь основательно застряли, поэтому следует больше узнать о тех, кто решил насильно удерживать их в этом месте.

Фролова она находить даром не захотела и пробовать, побрезговала. Зато увидеть Наума смогла – спустя пять минут работы с туманом.

Карлик миновал длинную лестницу с позолоченными перилами и свернул в пышную обеденную. Однако предстать пред хозяйские очи повременил, поскольку Фролов был занят. Богатей сидел за длиннющим столом, лениво ковырял вилкой запеченного фазана и гвоздил вэйнов тяжелым взглядом. Те стояли перед ним – Григорий с кислым лицом и ассиец, по-прежнему невозмутимый, как скала.