Крысиный Вор - Антон Орлов

– Хорошо, что Дирвен учится ладить с людьми, – одобрительно заметила Зинта. – Книги расширяют кругозор и помогают взглянуть на привычные вещи по-новому. Наверное, тебе тоже стоило бы что-нибудь читать.

– Да я тебе, небось, не деревенская дурочка! Мое любимое – «Фрамила, королева механических кораблей». Читала?

– Нет…

– Эх ты, а еще книгочейкой себя называешь! Про Фрамилу уже тринадцать книжек написано. В лавках обещают, что в конце весны будет четырнадцатый том. Вот, слушай, как интересно, эта Фрамила в Сонхи была обыкновенной кухонной прислугой, потому как уродилась не волшебницей и даже мечтать ни о каких чудесах не могла. А потом она пошла на задний двор с помойным ведром, а в это самое время один маг по соседству открывал Врата Перехода, и ее прям туда шибануло, а Врата удались какие-то неправильные, и никто не знал, что это за мир. Ну, а там магия не в чести, и магов вообще нету, зато всякие диковины механические на каждом шагу, и оказалось, что в этих механизмах Фрамила с ходу все понимает и управляется с ними куда лучше местных. Объездила железного коня, который собственного мастера затоптал и проглотил ключ, которым его можно было выключить, а Фрамила его сразу приструнила и нажала на нужный рычаг, чтоб он ее слушался. Потом она подалась на море, где плавают и сражаются громадные железные корабли, да без амулетов, а за счет происходящей из сочленений шестеренок механической силы. Ей все это оказалось подвластно. А когда ей встретится какой-нибудь принц, или король, или пиратский главарь, Фрамила на кого рявкнет, кого острым словцом подденет, и всяк после этого в нее влюбляется! Из-за нее там такое соперничество, такие интриги – обязательно почитай, не оторвешься. И главное, нрав-то у нее совсем как у меня, вот еще что хорошо, потому как очень все жизненно.

– Будет время, почитаю, – пообещала Зинта.

На самом деле такие истории не очень-то ее увлекали, но она привыкла к любым книгам относиться с уважением.

Золотой обруч из Наследия Заввы с виду ничем не отличался от множества других колец того же размера, усеявших грубо обтесанные каменные плиты. Покрытые лаком, предохраняющим от коррозии, все они одинаково сияли, пуская в глаза солнечных зайчиков. Верхние припудрены пылью, а те, что виднелись сквозь темную зеленоватую воду, обросли скользким налетом. Не будь Куду, Вабито и Монфу магами, не заметили бы разницы между «спящим» амулетом из золота высшей пробы и дешевым блестящим декором. Выгравированные руны под слоем лака были почти незаметны.

Труднее всего было эту штуку отколупать. Скобы вбиты намертво: две под водой, третья наверху. При попытке поддеть древний артефакт ломиком чуть не перевернули лодку. После этого бросили монету, кормить пиявок выпало Куду. Товарищи подбадривали его и давали советы. На то, чтобы отковырять бесценный обруч, у него ушло больше часа – и не удивительно, штифты оказались длиной с палец. Мокрый, продрогший, покусанный прудовыми гадами, Куду наконец-то добыл амулет. Взамен на покорябанный камень приладили заранее приготовленную латунную подделку. С этим возился уже Вабито, а Куду в это время дрожал на корме, закутавшись в старый шерстяной плащ.

Тем же вечером «маркиз Лайгерум» и трое магов-батраков тайком уехали из Ноден Го в щегольском лакированном экипаже Чавдо. Управляющий решил, что они сбежали, не выдержав тяжких трудов, и порадовался своей выгоде: чтобы довести дело до конца, придется еще кого-то нанимать, но за оставшуюся половину работы можно и заплатить вполовину от обычного. Так что никакого скандала, тишь да гладь. Чавдо Мулмонг возблагодарил за это Ланки и пожертвовал некоторую сумму в его храм в портовом городе Тьянбедо.

Здешние приморские кварталы выглядели так, будто их не люди строили, а лепил из чего придется подводный народец – ну, а после море отступило, и горожане заняли опустевшее жилье. Ветхие стены из ракушечника местами крошились и осыпались, их латали облезлыми досками, найденными в полосе прилива. Иные дома вместо черепицы были покрыты заскорузлыми изжелта-серыми пластами, вырезанными из шкуры львиного кита. Вдобавок улицы были извилисты, постройки теснились беспорядочно, там и тут пестрело сохнущее белье, издали напоминая стайки разноцветных рыбешек. На крышах раскорячились высушенные коралловые кусты – амулеты, которые, как считается, могут уберечь дом от удара волны Ниато. Пахло сушеными водорослями, смолой и гниющими на солнце рыбьими потрохами.

Над окрестными строениями рифом вздымался храм Хозяина Океана, украшенный раковинами, заржавелыми якорями, черепами утонувших мореплавателей – это для них почиталось за честь, клешнями гигантских крабов и скелетами несусветных глубоководных тварей. По сторонам от него стояло три храма поменьше: один был посвящен Таннут, Госпоже Пучины, другой Ниато, Госпоже Бурь, а третий всем остальным дочкам Морского Владыки, сколько их есть.

В дебрях Тьянбедо Чавдо Мулмонг преобразился. Уже не преисполненный вальяжного достоинства аристократ, а скорее торговец средней руки. Деловитый, расторопный, улыбчивый, на лбу написано: «Мы люди не гордые». Куду, Вабито и Монфу поспевали за ним в здешней толчее, словно трое провинциальных школяров за бывалым дядюшкой.

В самой путанице закоулков располагалось обшарпанное заведение с темным прямоугольником вывески. Ни рисунка, ни надписи. Словно над дверью приколотили найденную на помойке гнилую доску, просто чтоб обозначить: здесь находится то самое, о чем и так все знают, – или, может, каждый раз что-то другое, но пользующееся спросом в приморских трущобах.

Когда они туда пришли, Тьянбедо уже окутали душные сумерки, благоухающие жареными кальмарами и сиянским розовым вьюном. Казалось, будто город накрыло приливом, даже удивительно, что по улицам не плавают рыбы… Хотя, может, их час еще не настал – осторожничают, дожидаются полной темноты?..

Внутри соты комнатушек и коридорчиков, освещенных тусклыми масляными лампами. Дым с ароматом благовоний. Ощущение опасности. Слабый запах крови.

Лорма ждала их в полумраке, позволявшем разглядеть только блеск ее волос, уложенных в замысловатую прическу, да богатые переливы шелков. Лицо скрывала кружевная маска, украшенная жемчугом, кисти рук спрятаны в рукавах.

– Мы должны поспешить в Аленду, – начала она без обиняков. – Мне удалось ослепить эту гнусную тварь, но чары постепенно ослабнут, и он снова начнет видеть. Вы нашли то, что нужно, теперь нельзя терять время.

– Какую тварь? – спросил Вабито.

– Убийцу Хальнора, – сказала, словно выплюнула, вурвана.

– Так его опять убили? – слегка удивился Куду, в то же время прикидывая, хорошо им с этого будет или плохо. По всему выходило, что хорошо: Тейзург, можно надеяться, начнет мстить за Хальнора новой жертве и про них в ближайшее время не вспомнит.

Пронизывающий взгляд Лормы заставил мага оцепенеть.

– Я говорю о нем самом, – пояснила она холодно. – Об этой гнусной дряни, о Хальноре Проклятом, как его называли в свое время в Сонхи. Он еще не такого проклятия заслужил! Он убил самое дорогое для меня существо. Безвозвратно убил – утащил за Врата Хаоса, туда, где выживают только такие отмороженные твари, как он или Тейзург. От меня оторвали и уничтожили самую лучшую мою часть, этого я никогда не прощу.