Эльфийский для любителей - Наталья Мазуркевич

– А ему что там понадобилось? – не понял Маркус. – Нормальный эльф. У нас вел. Мариска вот у него диплом пишет и никаких проблем.

– Диплом пишет? А курсовые он берет?

– Раньше брал, – пожал плечами рыжий. – Неужели ты хочешь пойти к нему писать?

– Если потребуется, – неопределенно ответила я, уже зная, какую тему выберу. Главное – попасть к декану и согласовать ее на высшем уровне, чтобы потом по инициативе преподавателя ее сменить не могли.

– На первом курсовые не пишут.

– Пишут, – отмахнулась я. – Материал точно собирают. А у любого преподавателя есть часы консультаций.

– Я тебя боюсь, – завороженно выдал Маркус.

– Я тоже, – искренне согласилась с ним и пояснила: – Когда я все это успевать буду?

А вопрос был не праздный. Это на первый взгляд учиться на эльфоведении легко. А копнешь поглубже – и уйдешь под воду. Вычленить что-то ценное, а главное, актуальное в соответствии с заданием, было сродни поиску иголки в сенном амбаре, в который каждые пять минут досыпали добавки. И это только письменные задания. Для того чтобы заучивать тексты, также требовалось время, чтобы отрабатывать произношение и устную речь – собеседник, языком владеющий. А список литературы, который составляли без учета времени на сон? По крайней мере, в моем случае.

Для лескантских студентов часть материала была известна, ибо входила в рекомендованный список книг для дворянства. Эльфийский дети дворян также практиковали с детства. По крайней мере на балах, когда хотели произвести впечатление на симпатичных дочерей неаристократов. Как поведал Маркус, только дворянские дети изучали эльфийский, остальным преподавали более полезную грамоту родного языка. А иностранные… ну не будут же кожевенник или ткачиха сами с иностранцами изъясняться, когда в стране безземельных дворян двадцать процентов, а обедневших так и вовсе половина. Им же тоже на жизнь зарабатывать как-то нужно?!

– Это все? – прервал мои размышления Алест, когда за пять минут я не взяла с полки ни одной книги.

– Для начала хватит.

Стопка вышла ужасающая, но я собиралась расправиться с ней в ближайший месяц. Начну, конечно, с дневника, чтобы и интересно было, и исторических данных почерпнуть.

– Для начала? – икнул Маркус. – А потом что будет? Императорская библиотека? – Я промолчала, но по смущению на лице эльфа рыжий и сам все понял. – Нет, я с вами точно скучать не буду.

– Сам захотел, – мстительно напомнил Алест. – Никто за язык не тянул и в поводу не вел.

– Да я не отказываюсь… – Парень почесал затылок и добавил: – Просто жаль будет, если плохо кончите. Слишком уж любопытствуете вы. Как бы эльфы возражать не стали. Вот скажут Владыке, что кто-то под него копает… Или королю нашему. Думаешь, понравится им, когда вы старые тайны на свет вытащите?

– Ты так говоришь, будто что-то знаешь.

– Просто был у нас один любопытный, – неопределенно ответил Маркус. – Тайная канцелярия о нем прознала, позвали, сами понимаете, на собеседование… Он потом еще три недели стакан в руках удержать не мог. А коленки до сих пор трясутся, как лорда Дель-Аруана увидит.

Спрашивать, кто есть этот лорд, я не стала. И так по контексту выходило, что о его работе говорят с придыханием и шепотом. Но один вопрос прояснить хотелось:

– Но парень же жив-здоров?

– Здоров, конечно. Состава преступления и злого умысла в его действиях не обнаружили. Но кто ему испорченные нервы возместит. Вот попомни мое слово, ляжешь ты спать однажды, такая любопытная, а проснешься на допросе. И что тогда делать будешь?

– Требовать консула, – хмыкнула я, но к сведению предупреждение приняла. – Меня же не отчислили – я просто перевелась. Значит, статус студента Заколдованных гор еще со мной, а следовательно, и все права с льготами. А студентам автоматически выдается разрешение на проживание и половина прав и обязанностей граждан. Налог со всех своих доходов я плачу в гномью казну, честь гнома не роняю, поэтому, если со мной пожелают пообщаться в описанной обстановке, придется звать еще и консула. А через пять месяцев без консула обойтись и вовсе не останется возможности.

– Меняешь подданство, – понял Маркус.

– Принимаю. Раньше матушка была против, а теперь…

Я махнула рукой. Все и так знали о причине, побудившей меня переехать в общежитие.

– Так что не все так безрадостно. – Я натянула на губы улыбку. – Осталось только взять еще парочку учебников и можно отправляться обратно. А после – в таверну. Должна же я вас отблагодарить за помощь, раз уж сама готовить не умею.

Алест с облегчением выдохнул, но под моим осуждающим взглядом взял лицо под контроль. Так и знала, что будет мне кирпичное печенье вспоминать до конца дней. А я что? Я ничего! Не могла же я друга песком кормить? Пришлось состав усовершенствовать. Странно, конечно, как повар собирался своих клиентов стройматериалами потчевать, но раз уж так повелось…

Таверна, к которой уверенным шагом вел нас Маркус, располагалась на границе Серебряного и Лицедейского кварталов. Последний пользовался неважной славой среди дворян, но студенты, как и гномы, не сдаются перед лицом опасности. Особенно если в этот вечер обещали весьма солидные скидки и бонусную кружку пива при заказе трех других. Ни я, ни Алест не проявили к этой акции интереса, но вот Маркус решил рискнуть. Вытребовав у нас обещание не бросать его в канаве за храмом, он бодро потрусил в «Закуски для Орка».

– У тебя противоядие есть? – шепотом, чтобы не появился лишний претендент на зелье, спросил Алест. Он так выразительно косился на мою сумку, что, будь Маркус чуть меньше занят планами и прорубанием для нас дороги в толпе, он, несомненно, и сам бы заинтересовался.

– Есть, – откликнулась я, незаметно проводя по сумке и нащупывая заветную склянку. Дорогое зелье, еще с гномьих времен, но здоровье важнее. Особенно когда завтра пары и эльфы. Люди-то к прогулам проще относились, а драконы и вовсе игнорировали. До сессии, но и это вселяло надежду.

Эльф облегченно выдохнул и уже решительнее побрел за рыжим. Маркус ориентировался в квартале Лицедеев как в собственной общаге: огибал опасные места, вовремя подныривал перед вывесками, здоровался с уличными продавцами. Ему отвечали: где-то вежливо, где-то не слишком. Но знали его наверняка. Разве что имя вслед ему неслось немножко иное.

– Рас! – окликнул Маркуса один из проносившихся мимо мальчишек. В старых, великоватых ему штанах, продранной рубашке и ботинках на босу ногу. Заметив позади своего знакомого, он издал странный звук и скрылся в толпе.

– Рас? – недоуменно переспросил Алест.

– Не всем же настоящее имя называть, – отмахнулся Маркус. Но я заметила легкое неудовлетворение в его голосе.

Смешно. Зачем вести друзей в места, где тебя под другим именем знают, если не собираешься им об этом говорить?

Хоть я и удивилась, но решила промолчать. Молчание, оно вообще полезная штука. Не выдаст лишний раз, не заставит глупо выглядеть. Всего-то дел подобающее случаю выражение лица удерживать.