Задание Империи - Олег Измеров

– Частенько. Вот дают для разгона сразу газ побольше, она и срывается. Аж вой в салоне слышен. Только какое это имеет отношение к металлу? Тут практика нужна, специалисты…

– Воет, говорите? Это хорошо.

– Чего же тут хорошего?

– Вой, о котором вы говорите, – это колеса, скользя по рельсу, начинают колебаться навстречу друг другу, как струна, по которой скользит смычок, и закручивают ось. Напряжения при таких колебаниях вполне достаточны, чтобы ее сломать.

– Да? Это вы что же, хотите сказать, что конструкторы завода Шкода, у которого купили лицензию на привод, совсем безграмотны?

– Они просто с этим не сталкивались. Это новое явление. У паровозов такие колебания не развиваются из-за ударов во втулках движущего механизма, у электровозов – из-за ударов в шестернях, которые стоят близко к колесам. Здесь же зубчатое колесо в середине, и когда колеса колеблются в противоположные стороны, она неподвижна и ничего не гасит…

– Да вы просто ничего не понимаете в механике!

Виктор непроизвольно хмыкнул:

– Ну уж если я вот тут не понимаю…

– Да, вы! Вы что, работаете сейчас инженером на заводе? Носите китель и вузовский значок?

– А что, ось разбирает, кто из нас в кителе?

– Господа, не ссорьтесь, – вступился Козинко, – полагаю, что в нашем отчаянном положении не стоит пренебрегать мнением самоучек.

– Вот именно – самоучек! Безответственных самоучек, которые строят из себя пророков и изрекают истины, считая всех конструкторов Шкоды дураками! А заодно и тех, кто посоветовал заводу купить привод этой всемирно известной фирмы!

– Не вы посоветовали?

– А идите вы… Может быть, ваши фантазии через полвека поймут, а здесь нужны практики-специалисты!

– Через двадцать точно поймут. Флаг в руки!

Виктор повернулся и хотел уйти, но столкнулся лицом к лицу со штабс-ротмистром Ступиным. Как-то он незаметно сзади подошел.

– Не спешите. Что вы предлагаете, чтобы у нас была опять колесная пара, а не скрипка?

– Или сместить зубчатое колесо в сторону от центра, или сделать одну половину оси толще другой. В любом случае это колесо начинает колебаться, и от ударов в зубьях энергия колебаний рассеивается.

– То есть как модератор в пианино?

– Примерно.

– Да это не будет работать! Кто, кто видел эти колебания?

– Господа, я предлагаю что-то вроде дуэли, – поднял руку вверх Ступин, – на заводе внедряют ваше, Виктор Сергеевич, предложение, и если поломка и после этого будет иметь место, вы получите примерно лет десять каторги за вредительство и саботаж. Если поломки прекратятся – десять лет получит господин Доробейцев, который так рьяно защищал конструкторов Шкоды. Согласны?

– Идет, – согласился Виктор, – пусть сам металл нас рассудит.

Штабс-ротмистр несколько удивленно посмотрел на него.

– Виктор Сергеевич, а вы хорошо представляете себе, чем рискуете?

– А вы хорошо представляете себе, чем рискуют те, кто будет ездить на этой мотрисе?

– Да, – сухо ответил Ступин, – несколько лет назад моя семья погибла в крушении под Лозовой, по пути в Ялту. А как господин Доробейцев? Готовы принять вызов?

– Извините, – вмешался Виктор, – мне кажется, коллега просто погорячился. В научном мире это часто бывает.

– Может быть. Вам легче разобраться в вашем мире. Но мне хотелось бы послушать представителя завода.

– Знаете, – произнес тот задумчиво, – я попробовал посмотреть на предложение господина Еремина, так сказать, со второго взгляда… Что-то в этом есть, и как один из вариантов на всякий случай стоит проверить.

– Ну что ж, господа, – подытожил Ступин, – если иных возражений нет, я, с вашего позволения, вас покидаю. А вы, Виктор Сергеевич, зашли сюда к кому-то?

– Если честно, – нашелся на ходу Виктор, – меня в первую очередь интересовал читальный зал. Для рассказов необходимо все время узнавать о новинках науки и техники.

– Библиотека тут хорошая, я сам часто ею пользуюсь. К сожалению, на время летних каникул она закрыта. Кстати, мне как раз сегодня дали задание разбираться, не являются ли вот эти самые поломки вредительством, и ваша версия о том, что это неизученное явление, принята к рассмотрению.

– Да, это здесь вряд ли могли знать раньше, потому что исследования требуют электронной тензометрической аппаратуры. Конечно, здесь в принципе можно и кустарным путем изготовить проволочные датчики требуемых размеров, измерительный мост и усилитель тока на лампах, но когда в институте только технологические специальности…

Они направились к выходу из института, оставив консилиум ломать головы дальше.

– Знаете, Виктор Сергеевич, наша система, наверное, была бы идеальной, если бы не дураки. Интересно, у нас система делает дураков или дураки – систему? Как вы полагаете?

«Ого! Провокационные вопросы пошли. Нельзя быть слишком умным…»

– Я думаю, что надо до конца выкорчевать последышей вражеских агентов, которые пытаются разложить наши ряды глупостью, – с невозмутимым видом произнес Виктор и, заметив удивление на лице штабс-ротмистра, добавил: – Так, по крайней мере, в газетах пишут.

– Решили перейти на передовицы? А у меня как раз к вам будет просьба, связанная с вашей писательской деятельностью.

«Доносы, что ли, писать сейчас предложит?»

– Знаете, обычно если представители интеллигенции складывают в уме слово «жандармерия» со словом «писать», у них в равенстве почему-то получается «доносы». Если вы тоже об этом подумали, то вы ошиблись. У нас есть служебная газета, которую не выносят из учреждений, и я хотел бы вас попросить написать какой-нибудь фантастический рассказ и для нее. Что-нибудь про шпионов и диверсантов будущего и про то, как их ловят.

– Интересная тема. Надо будет попробовать обязательно.

– Конечно, попробуйте. Тем более что гонорары у нас больше, чем у Бурмина.

– Бурмин говорил, что у него самые большие гонорары…

– Ну откуда ему знать? Это закрытые сведения, как и вся финансовая деятельность жандармерии.

– Понятно. А кому у вас занести рассказ?

– Да тому же Бурмину. Рукопись запечатаете в почтовый конверт и отдадите ему лично в руки. Когда будете отдавать, скажете: «Вы просили двести строк для криминальной хроники».

– «Вы просили двести строк для криминальной хроники». А отзыв?

– Какой отзыв?

«Хм, если Бурмин работает на них, какой отзыв?»

– Это… в смысле, рецензию на статью. Иногда издателям надо сразу и отзыв.

– Не нужно. За гонораром зайдете к Бурмину, он передаст вам его в конверте.