Задание Империи - Олег Измеров

А еще чего нового в передовицах? «Добить вражеское охвостье в партии». Да… Какой – не пишется, значит, одна партия. «Политически обанкротившиеся и вконец разложившиеся руководители за пособничество врагам империи и чуждым элементам с позором изгнаны…»

Хорошо, что не пожалел мелочи на газетку. Разборки у них в этой самой соборной партии. Будь осторожен, будь осторожен… Здесь вам не тут. Надо изучить, кто кого опустил.

«…Проявили нетерпимую политическую беспечность и проглядели особые методы работы врагов империи через разложение…» Через что, через что? И чего надо не делать, чтобы нечаянно кого-то не разложить? В смысле не попасть под сигнатуру вируса и не быть удаленным?

«Пытались сорвать борьбу с проникшей в партию агентурой большевизма…» Ну это общее, а вот расшифровывается: «…Продолжали самодурствовать, брать взятки, расхищать и растрачивать казенные средства, допускать брань и рукоприкладство, устраивать под видом мероприятий пьянки и непристойные оргии…» – так это что, репрессии коррупционеров, что ли?

А почему бы и нет? Как там у Льюиса Кэрролла в «Охоте на Снарка»?

Факт измены бесспорен с любой стороны,

Подготовка к сверженью – возможно,

Но ведь нет никаких доказательств вины —

Поросенка в банкротстве подложном![5]

Доказать взятки, коррупцию, вообще хозяйственные преступления, а тем более злоупотребления властью, – ага, попробуй, особенно если этим охвачена вся государственная власть сверху донизу. А вот в их условиях измену навесить – что два пальца об асфальт. Правда, так можно под эту гребенку и любого забрать, чья физиономия не понравится. Хотя народ в целом будет доволен, поскольку и всяких уродов-оборотней во власти шерстят.

Рассуждая так, Виктор не заметил, как подошел близко к репродуктору, из трубы которого весело вылетали звуки фокстрота «Счастья дни вернулись к нам».

– Не желаете ли мороженого, сударь? – спросила у Виктора молоденькая продавщица, пристроившая у того же столба коляску-ледник. – Сливочное, кофейное, крем-брюле?

– Нет, спасибо. Что-то прохладно тут у вас.

– Так это солнце за облачком. А сейчас жара начнется – не приведи господь. Купите мороженого…

Что там дальше? «Кумовство и порука», «зазнайство, самодурство, бюрократизм», «лицемерно прикрываясь Священным Писанием, поощряли хулиганское отношение к интеллигенции…». Религиозное мракобесие, что ли, развели? Не поэтому ли изобретатель в рассказе не может быть русским? Надо уточнить. Так, ну дальше уже риторика: «разоблачить и добить всех красных последышей», «разгром и полное выкорчевывание», «руководствуясь Словом Божьим»… ну, в таких случаях любая директива сверху – для угодливых исполнителей слово божье.

Ладно. Что еще в горячих новостях. Перелет Москва – Владивосток на новом самолете Хейнкеля, выпускаемого в России. Новости с дрейфующей полярной станции. Государь император выступил в опытной передаче катодного дальновидения высокой четкости в Москве; специалисты отмечают, что изображение не уступает кинематографическому и в ближайшем будущем каждый житель Российской Империи получит возможность лицезреть любимого монарха у себя дома. Спущен на воду линкор «Святая Русь», первый корабль новой серии. «Смелыми действиями жандармерии Его Величества стерты с лица земли кровавые большевистские вампиры… окончательно выкурить всех шпионов, диверсантов и вредителей из потаенных нор и беспощадно их уничтожить…» Это из статьи про побег обер-полицмейстера. Тоже понятно: такой солидный чиновник в перебежчиках – крупный ляп, вот и ставят дымовую завесу. «Кровавые вампиры» – это класс; типа тут молодежь тоже мистику любит.

Так же скупо сообщалось о разгроме частями особого назначения нескольких крупных банд на Кавказе и в Туркестане. Из того, что сей факт старались не выделять, можно было сделать вывод, что разгром банд в этих регионах продолжался дольше, чем планировали власти.

Местная политика располагалась в нижней половине страницы и была практически полностью представлена рапортами чиновников о работе губернских учреждений. Рапорты можно было поделить на две категории: сообщения о мероприятиях – совещаниях, деловых поездках, встречах, приемах и прочее, – из которых, впрочем, нельзя было понять, какая польза была извлечена из сей бурной деятельности; и статистические сводки, по которым, при обилии цифр о наличии койко-мест в больницах и объемах заготовок сельхозпродукции оптовиками, сделать какой-то вывод о состоянии дел мог только специалист. Здесь же располагалась и колонка с разъяснениями митрополита по разным вопросам – в частности, устройство громоотвода называлось угодным Богу делом, ибо надо отличать гром небесный, как гнев Господень, от поражения небесным электричеством в результате козней дьявола… и так далее.

Вторая страница была заполнена разнокалиберными губернскими новостями, не имеющими отношения к политике, – от прокладки водопровода по улице Базарной в каком-то уездном центре до объявлений о театральных премьерах. Страницы третья и четвертая оказались забиты светской хроникой, проще говоря – о чем судачат бабы у колодца: кто с кем сошелся-разошелся, кто про кого и что сказал; давались различные полезные советы и рецепты, а также тексты молитв на разные случаи жизни. Все это перемежалось рекламой, среди которой особенно назойливой была реклама средства «Эректонус», назначение которого было видно из названия.

«Тьфу, и тут спам про виагру…»

На последней странице помимо рассказа Виктора поселились мелкие объявления, программы радио и телевидения (в газете было: «дальновидения»), афиши театра и кино, а также был фельетон о состоянии радиофикации в Боровке, где в клубе «Цементник» никак не отремонтируют поломанный дальновизор. Последнее обстоятельство как-то сгладило впечатление Виктора от «кровавых вампиров».

Вспомнив о конной статуе, он решил осмотреть ее поближе. Вопреки вчерашнему предположению, это оказался памятник не Пересвету, а князю Роману; отлит он был из чугуна, в правой руке князь держал поднятый к небу меч, а левой придерживал чудотворную икону, которую привез для основания Свенского монастыря.

В редакции на Преображенской Бурмина с утра не оказалось, зато на месте была Анфиса – невысокая девушка с осветленными короткими, зачесанными назад волосами. Одета она была по случаю жары в платье для игры в теннис, по общему стандарту времени длины миди, что компенсировалось тем, что сверху были хорошо открыты спина и грудь; посмотреть у Анфисы там было на что. От полного топлес Анфису спасали крупные бретели, похожие на звенья цепи, а определенную строгость столь вольному началу придавал широкий белый поясок и два широких диагональных кармана с крупными, как пальтовые, декоративными пуговицами ниже него. Выщипанные и подведенные несколько выше темным карандашом брови в виде изумленной дуги казались непривычными, но здесь были в порядке вещей. Девушка приняла у Виктора оба рассказа и сообщила, что после обеда он может зайти насчет гонорара. Делать дальше было нечего, и Виктор осведомился, где можно найти Краснокаменную, под предлогом попросить у нее свою фотку.