Невеста поневоле - Доминика Арсе

— Николь, ныряй под платье, скорее, — шепчу, озираясь на шум.

— Валерия, если ты крикнешь, я всажу тебе нож по самую рукоять, — прошипела в ответ маркиза.

— Быстро, под платье, — рычу сквозь зубы. — И сиди там пока не дам знак.

Едва я приподняла подол, как та молниеносно шмыгнула под него, ни секунды не сомневаясь. Ловкая, быстрая и решительная маркиза удивила меня своей проворностью.

Почувствовала кончик ножа на своем бедре, предостерегающий от подлых поступков. Теперь от меня зависит целостность ее шкурки, и поэтому маркиза посягнула на мою.

Показалась стража. Рука Николь обвила мое бедро крепче. Маркиза замерла, вслушиваясь в окружающее действо.

— Делаю шаг вправо, — комментирую, предупреждая. — Ты веревку забыла.

Сделала, затаив дыхание. Маркиза под платьем не выдала себя, а значит, гибкости хватает.

— Еще шаг, — предупреждаю…

В итоге успели отойти на пять, пока стража не подлетела к колонне и не обнаружила разрезанную веревку.

— Он был тут! — Взревел стражник и повернулся ко мне. — Леди, простите за невежество. Но я вынужден просить вашей помощи. Некто проник в казну герцога и вынес бесценное имущество его превосходительства. Вы не заметили ничего подозрительного?

Под платьем напряжение. Маркиза вцепилась в мои ноги намертво. Уже и нож гуляет по бедру, как у себя дома, грозя повредить кое — что посерьезнее ноги.

Улыбаюсь ему очаровательной отрепетированной улыбкой.

— Я слышала, что кто — то спрыгнул вниз, — пропела, давя дрожь. — Это было около пять минут назад. Подошла посмотреть, что за пьяный чудак скачет. А он умчался в сторону вот того фонтана, как раз перед носом у вашего отряда. В черном камзоле, еще подумала, что за странная одежда.

— Благодарю вас леди! — Воодушевился и загорланил на всю лоджию: — Все к стенам замка!

У меня чуть уши от такого ора не заложило. Напряжение под платьем прошло не сразу. Маркиза сидела тихо. Похлопывания по ноге я приняла, как вопрос «ну как там?».

— Если мне вернуться к колонне, хлопни один раз, если идти дальше нее — два, — прошептала, решив предложить варианты.

Ответила, что дальше. Но не успела сделать и шага, как появился высокий, широкоплечий короткостриженый блондин лет сорока в идеально сидящем на нем камзоле серого цвета, усыпанном серебряными пуговицами и необычным, сложным орнаментом.

Его яркие синие глаза нагло уставились на мою грудь, затем неспешно и с усилием перенеслись на лицо. Мужчина растянулся в улыбке, осознав, что я оценила его любовь к высокой пышной груди.

— Леди Валерия, таинственная незнакомка из Заморья, — начал мужественным голом, полным силы и отваги. — Позвольте представиться. Мое имя сэр Леонид. Если вам ничего не скажет это имя. Добавлю, что я маркиз и первый меч герцогства Ирн. Не раз побеждал на турнирах и считаюсь непобедимым бойцом на дуэлях. Если считаете меня самоуверенным наглецом, готов прямо сейчас прибить другого наглеца по имени Клавдий, за то, что обошелся с вами так.

Николь сжала ногу, практически одновременно с касанием холодных губ Леонида моей руки. Маркиз оказался довольно пьян.

— Рада с вами познакомиться, сэр Леонид, — прохрипела и, продрав горло, добавила: — С чего вы решили, что Клавдий как — то не так обошелся со мной?

Ухватил меня за руку и потянул за собой. Пошатнулась, но не далась. Хотел прогуляться. Но у меня же под платьем Николь прячется!

— Миледи? Вы не желаете пройтись? — Проговорил неожиданно бодро.

— Ответьте на вопрос, сэр, — настаиваю. — И вообще, что за рукоприкладство? Я одна из ваших любовниц? Или как? Первый меч, значит, можно вести себя несдержанно и бахвалиться?! Неужели вы и первый хам?

Хотела отшить, не вышло!

Упал на колено!

— Нижайше прошу прощения, прекрасная жена величайшего рыцаря Долтана. У героя герцогства не может быть простой женщины. Вы богиня. А я ваш ничтожный вассал. Но меня возмутило то событие, что в присутствии придворных дам, сын герцога предложил герцогине вас во фрейлины без вашего согласия и в приказном порядке. Это не красит мужчину, что должен добиваться вас не титулами и властью, а мечом и подвигами.

Речь без запинки, от которой потеряла самообладание. Прокралась мысль, а он ведь прав.

— Встаньте, — говорю строго. Поднялся резко. — Если хотите получить мое расположение, то ведите себя скромнее. И сейчас я хочу побыть одна. У меня тоскливое настроение, знаете ли. До сих пор скорблю по мужу. А вы в дань уважения, должны понять меня и оставить.

— Обещайте, что не откажете в прогулке по чудесному парку! — Воскликнул.

— Позже!

— Миледи, мое сердце отныне ваше!

Улыбнулась и отвернулась к перилам, аккуратно переставляя ноги. Ретировался быстро. А я начала осознавать, что в одиночестве на балконе являюсь целью для всех осмелевших от хмели ухажеров.

— Становитесь на ступни, пойдем до туалетной комнаты, а там решим с платьем, — прошептала, скрипя всем своим естеством. Таких жертв от меня разбойница не ожидала! Сама от себя не в восторге!

Надавила Николь аккуратно на одну ногу, затем стала на другую с ощутимой опаской, обхватив бедра. Делаю шаг, едва волоча ноги. Каблук о мрамор шаркает так громко!

Прошла до арки пока никто не видит, как инвалид первой группы. Силы оставили быстро. Стою, тяжело дышу.

Снизу мчится Сталий! Его шатает!

— Миледи! — Ревет. — Я вас обыскался. Весь дворец оббегал. Примите мое предложение руки и сердца! Я не могу без вас! Я… я пылаю страстью…

— Пошел вон! — Визжу, едва уходя от объятий.

Маневр уклонения вышел неудачным. Из — под подола показалась нога в черных обтягивающих лосинах. Но я ловко прикрыла ее платьем, с облегчением убедившись, что баронет не заметил. Стоит, хлопая глазками, не смея даже пошевелится. Вот он! Матриархат! Женский рев действует как надо на маменькиного сынка.

— Вон, — шиплю угрожающе и указываю рукой куда конкретно он должен пойти.

Бедолага, не разбирая ступенек бросается вниз. Бьется о стены, сталкивается с проходящими мимо людьми. Его бранят, посылают дальше. Вскоре звуки его шествия уже где — то далеко. Фуххх…

Маркиза хлопает по голени.

— Что? — Шепчу.

Вверх по ноге пальцем ведет.

— Вверх по лестнице?

Два хлопка по ноге в качестве одобрения. С ног уже моих слезла. Делать нечего, стала подниматься, следя, чтобы подол не поднялся и не выявил лазутчицу в черном. Один этаж прошла, взмокла. Второй еле — еле… Официанты постоянно шныряют и смотрят на меня, как на беременную на девятом месяце. А маркиза вдруг пальцем по ноге ведет в сторону. Повернула на площадке налево. Иду по коридору. Освещение тускнеет.