Дари Ласо - Ана Ховская

– Не знаю,– уронила плечи я.– Если это станет возможным, – улечу на МИС.

– Хочешь служить на «Ган Римиузе»?

На секунду я потеряла дар речи.

– Это возможно?!– с восторгом оглянулась я и чуть не наткнулась на грудь командора. Он уже стоял так близко. Я подняла голову и не смогла отвести взгляда от его сияющих ожиданием глаз.

– Ты хорошо влилась в команду,– тихо проговорил он, и низкие перекаты его голоса прошлись щекоткой в груди.

– Но ведь человеческим женщинам нельзя служить на флоте?

– На флоте нет женщин и мужчин, есть офицеры, исправно выполняющие свои функции…

«Он никогда не будет считать меня женщиной?! Я не буду для него той, кем хочу быть!– от обиды и горечи в груди потяжелело. Но я глубоко задышала и высоко подняла голову, чтобы не дать слезам ходу.– Но это ведь уже много значит?!»

–…А поскольку у меня много исследовательских миссий,– продолжал говорить Рузард,– то ты будешь нужна…

– Если я вам нужна…– голос дрогнул, и я перешла на шепот,– с радостью…

Командор медленным взглядом обвел мое лицо, чем снова смутил, и, склонив голову, с улыбкой протянул руку.

– Обещаю делиться кексами.

«Да, я для него ребенок»,– обиженно сглотнула я, но благодарно улыбнулась и, посмотрев на протянутую ладонь, выпрямилась и протянула руку навстречу. Слабая надежда все равно согрела изнутри.

– Ты можешь называть меня…– начал командор, но договорить ему не дал чей-то звонкий радостный возглас, раздавшийся прямо за его спиной.

– Форб! Ты ли это?! Неужели ты снова решился прибыть на Лоян после того безумного случая?– женский голос был очень приятным.

Я резко опустила руку, не успев коснуться пальцев командора. Рузард и сам опустил ладонь и сразу оглянулся. Я тут же отступила на пару шагов, спрятала руки за спину и едва отклонилась в сторону, чтобы рассмотреть ту, к которой с таким неравнодушием повернулся Рузард.

Это была женщина хомони. Очень красивая хомони: высокая, крепкая, но стройная, с ярко-карими глазами, полными губами и невероятным цветом волос – дымчато-пепельным, крепко стянутых в длинный хвост на макушке. И платье на ней было тоже лоянское – прозрачное, не как у нас с Анекс.

– Сария?!– с нескрываемой радостью произнес командор и, очевидно, совсем забыл о моем присутствии. Я с досадой прикусила щеку изнутри и отвернулась к капсуле.

– Форб! Что я вижу?! Ты избавился от своего шрама?– вновь поразилась эта Сария.– Какой умница заставил тебя это сделать?

«Между прочим, это я ему помогла»,– проворчала я про себя, сердито щурясь на невинную бактерию.

Сария сама выступила из-за Рузарда, чем заставила на себя посмотреть, и, снисходительно оглядев меня с головы до ног, учтиво, но с какой-то хитрой улыбкой сказала:

– Форб, представь свою будущую жену этой милой девушке.

«Будущую жену?! Ничего себе! Он уже и жену себе нашел?..»

Я опустила глаза, в которых слегка потемнело и забегали мурашки, а командор повернулся ко мне и вежливо проговорил:

– Сария, это…

– Софья Рыжая,– перебила я его и официально-вежливо кивнула женщине.– Примите мои искренние поздравления,– а затем в том же тоне добавила:– Хорд Рузард, разрешите покинуть вас?

Уголки глаз Рузарда едва сузились: я вызвала недовольство, но он сдержанно кивнул на выход и проговорил:

– Сонд уже возвращается за нами. Не уходи далеко.

Я послушно кивнула и больше не оглянулась на него.

«Будущая жена… Будущая жена… Почему я не хомони?! Конечно, он хомони – представитель высшего сословия. А я всего лишь человек. Девчонка, которая юбки носила только в колледж, потому что такой была обязательная форма. Вот и для него я буду просто членом команды…»

Отчего-то дышать стало тяжело: то ли оттого, что переела фруктов, то ли воздух был насыщен специфическими ароматами. Но лучше бы я выпила этот традиционный напиток и меня, как Анекс, вернули бы на «Ган Римиуз».

Сонда встретила на выходе из лаборатории и попросила его проводить в челнок. Но он предложил погулять по городу, и я согласилась. Не хотелось оказываться в замкнутом пространстве корабля.

Мы еще несколько часов бродили по красивым местам, и я нисколько не пожалела об этом. Сонд накормил протеиновыми батончиками, которые захватил из челнока, и, в общем-то, голод меня не беспокоил.

А когда мы возвращались к челноку, командор уже был там вместе с группой лоянцев. Мы попрощались с ними очень тепло. Они пригласили меня как микробиолога на следующий праздник урожая. Но я не могла пообещать, что прибуду, ведь не была хозяйкой своего положения. Если бы была свободна, то наведалась бы сюда неоднократно. Но сейчас и сама не знала, какое будущее меня ждет.

В челноке я тихо присела на прежнее место и отвернулась к иллюминатору. Сонд и командор скрылись в соседнем отсеке и переоделись в форму. Дверь они не закрыли, и я услышала, как Сонд коротко отчитался командору о делах на «Ган Римиузе» и подробнее о поведении Анекс (бедняжка, до сих пор спала), но тот был не слишком разговорчив. Да и весь полет до стыковки промолчал.

Когда стыковка с кораблем завершилась, Сонд покинул челнок первым, а командор задержался у выхода и оглянулся. Я продолжала сидеть в кресле.

– Малых, ты идешь?

Я обняла себя за плечи и неопределенно качнула головой.

– Тебя никто не обидел на Лоян?– настойчиво спросил он и вернулся в челнок.

Нельзя было вызвать лишних подозрений, поэтому я быстро проговорила:

– Нет… Просто некомфортно было оказаться среди стольких мужчин в таком… платье… слишком открытом. Я не ношу такую одежду. Чувствовала себя ужасно… Я дождусь, когда команда разойдется после отбоя, и выйду…

«Много лжи… Почти всё… Но что я должна ему ответить? Что разозлилась? Расстроилась? Приревновала?..»

– До отбоя еще двадцать минут,– недоуменно свел брови командор.– Ты здесь околеешь в таком платье…

Я промолчала и покачала головой. Тогда он выпрямился, посмотрел на коммуникатор и вдруг стал расстегивать свой мундир. Я смущенно покосилась на его руки, ловко расстегивающие заклепки снизу вверх, и отвернула голову.

– Накинь его,– предложил Рузард и, не дожидаясь, набросил мне на плечи свой мундир.

Я буквально утонула в нем, но не стала возражать, просунула руки в рукава, запахнула спереди и снова обняла себя за локти. А потом командор протянул руку вперед, указывая на выход, и мы неторопливо вышли из летного отсека.

Шли мы молча и, казалось, все медленнее с каждым шагом. Я не хотела обгонять его, поэтому тоже замедляла шаг. Его мундир сохранил приятное тепло и запах. В нем я чувствовала себя, будто в коконе. А ведь он мог послать ко мне кого-то с одеждой, но предпочел позаботиться сам. Я не понимала, что все это могло означать, но старалась не огорчать себя лишними фантазиями.