Колодец тьмы - Трейси Хикмэн

Хельмос остановился, повернулся к жене, схватил ее руки и поцелуями осушил слезы, тихо катившиеся из ее глаз.

— Ты — и мой благословенный сон, и моя благословенная действительность.

Хельмос поцеловал ее в лоб, словно давая жене благословение.

Анна долго не могла вымолвить ни слова. Наконец, подавив страх, сказала:

— Дорогой мой, последние три ночи ты совсем не спал. За все это время у тебя во рту не было и кусочка хлеба. Неудивительно, что тебя одолели эти странные фантазии. Бьюсь об заклад, — Анна нервно рассмеялась, — что хороший кусок жареного мяса развеет все твои видения!

Хельмос улыбнулся. Любовь наполнила его сердце, осветив ужасающую темноту. Он крепко обнял жену.

— Я отправляюсь в Храм, чтобы приготовиться к священному бдению. Я хотел проститься с тобой и еще раз настоятельно попросить тебя покинуть город.

Хельмос сжал лицо Анны ладонями, не позволяя отвести взгляд.

— Пока еще не поздно. Есть подземный ход, о котором ты знаешь. Он ведет в потаенное место в горах. Надежные слуги ждут, готовые сопровождать тебя.

Анна резко покачала головой.

— Я не уйду из города, — твердо сказала она. — Ты знаешь об этом, и потому не надо меня уговаривать. Я останусь с несчастной Эмилией. Шум и суматоха могут испугать ее. Я уповаю на богов и верю в тебя, мой дорогой.

Они стояли, крепко обнявшись и не желая расставаться, хотя долг звал каждого из них. Хельмос гладил волосы жены и смотрел в глубь коридора. Слуги зажигали факелы, и в их колеблющемся свете король видел, как на пустых доспехах поднимаются забрала и оттуда, подобно черной реке, изливается Пустота.

* * *

Часть армии, которую вел Дагнарус, шла через горы, и рукотворное ненастье, создаваемое чародеями Гарета, скрывало ее от чужих глаз. Путь им освещали молнии, сверкавшие вокруг, но никогда не ударявшие в гущу войск. Вместо боевых барабанов грохотал гром. Густой туман окутывал их, укрывая сверху и с боков, — настолько густой, что не было видно стволов деревьев, росших по обеим сторонам узкой горной дороги. Но там, где они проходили, воздух оставался чистым и прозрачным, ибо туман приподнимался, давая им пройти, и тут же опускался снова. Вокруг хлестал дождь вперемешку со снегом, и удары тяжелых струй разили не хуже стрел и копий, однако воинов принца буйство стихии не затрагивало даже краем. Дорога у них под ногами на всем протяжении оставалась ровной и сухой.

Войско неумолимо приближалось к Виннингэлю. Дагнарус сам отбирал этих солдат, не один месяц наблюдая за ними на учениях. И сейчас с ним шли лучшие из лучших, цвет его армии. Никто не нарушил строя, хотя нескончаемые спуски и подъемы горной дороги, змеящейся по склонам, были весьма утомительными. Ни единой жалобы не сорвалось с губ солдат. Дагнарус шел вместе с ними. Он делил с ними все трудности и требовал от солдат того, чего требовал от себя. Принц спал на каменистой земле, переходил вброд горные потоки с ледяной водой, ел холодную пищу, поскольку костров решено было не разводить. Рядом неутомимо шагала Вэлура. Она почти все время молчала и всегда смотрела только на Дагнаруса.

Солдаты восхищались своим командиром, но ненавидели женщину-врикиля. Дьявольская красота ее лица, открывавшаяся в те редкие минуты, когда она снимала шлем, потом преследовала их во сне. Они знали, что она питается живыми людьми. Хотя им и было сказано, что Дагнарус настрого запретил Вэлуре убивать кого-либо из его солдат, они не доверяли этому порождению Пустоты. Неся ночной дозор, они следили за возможным появлением врага и одновременно не спускали глаз с врикиля.

Колдуны и чародеи Пустоты тоже шли вместе с Дагнарусом. Солдаты с опаской относились и к ним, хотя магия Пустоты скрывала их полки от вражеских глаз. Все минувшие месяцы чародеи маршировали по полям наравне с солдатами, и теперь они также без труда шли быстрым маршем. Более того, часть магов на ходу управляла природными стихиями, расходуя свою энергию на бури, молнии и туман. Но таких было немного. Остальным Гарет велел беречь силы и готовиться к невиданному доселе магическому действу, которое им предстояло совершить в конце пути.

Магия Пустоты позволяла Дагнарусу держать связь с Шакуром и другими врикилями и узнавать об их мыслях и действиях. Принц уже знал, что армия подошла к стенам Виннингэля. В тот же вечер Дагнарус со своим отборным войском спустился с гор. Солдаты устали, но находились в приподнятом настроении. Они разбили лагерь на берегу реки и расположились на ночлег. Воинству Гарета предстояла бессонная ночь.

Гарет позаботился о том, чтобы его людей как следует накормили, выделив им больше провизии, чем полагалось другим. Предстоящее действо потребует от них сверхчеловеческого напряжения сил. Колдуны и чародеи держались особняком; солдаты сторонились их. Когда приказ или необходимость вынуждали солдат проходить мимо, они все же предпочитали давать большой крюк. Пока маги ели и приглушенными, но взволнованными голосами говорили о предстоящем деле, Гарет отправился разыскивать Дагнаруса.

Принц ужинал, сидя на корточках на плоском камне. Его ужин состоял из небольшой порции жилистой вяленой говядины, твердого, как камень, хлеба, который пришлось размачивать в вине, и вина, чтобы запить скудную трапезу. Костров решили не разводить, но света хватало. После того как стихли магические бури и рассеялся туман, землю вокруг залил бледный холодный свет луны и звезд. Рядом с принцем стояла Вэлура. Ее рука лежала на плече Дагнаруса — бледная рука любви, холодная и мертвая, пальцы которой навсегда сомкнулись вокруг сердца принца. Неподалеку в тени стоял Сильвит, держа в руках бурдюк с вином.

Гарет поклонился.

Дагнарус поднял голову, его глаза сверкнули.

— Ну как, твои чародеи готовы начать?

— Да, ваше высочество. Я...

— Тогда начинайте.

Дагнарус махнул Сильвиту, требуя еще вина.

— Прошу прощения, ваше высочество, — сказал Гарет, — но я должен быть уверен в том, что вы полностью и неотвратимо соглашаетесь на это действо и сознаете возможные последствия и для магов, и для вас.

— Для магов? — пожал плечами Дагнарус. — Кто-то из них погибнет. Потери неизбежны. А что касается меня... — Изумрудные глаза вспыхнули недовольством. — Какие еще последствия? Ты никогда не говорил об этом.

— Говорил, — терпеливо возразил Гарет. — Еще тогда, когда вы впервые высказали этот замысел. Требуемое вами действо должно сосредоточить в себе такую силу, что для его совершения будет необходима ваша помощь. Магия Пустоты заберет вашу жизненную силу, хотя и не в такой мере, как нашу, ибо у вас, ваше высочество, есть в запасе не одна жизнь, — добавил Гарет с горькой иронией, не сумев скрыть ее. — Но возможно, вы ощутите некоторую слабость в теле, легкое головокружение.

Дагнарус нахмурился.

— Тебе известно, что утром я поведу свою армию в бой?

— Да, ваше высочество. Потому я и хотел еще раз предупредить вас. Если вам надо, чтобы мы осуществили задуманное, вы должны знать, как это скажется на вас.