Прозрачные драконы - Шон Макмуллен

— Как ты вошел?

— Я был тут уже четверть часа назад, мой друг здесь гвардеец.

— Уоллес, ты не поторопишься? — послышался сверху голос Эндри.

— Вот и он. Стражники проверили засов на той двери наверху, но не петли, где не хватало шурупов. Эндри и я вынули их. Теперь пора лезть наверх. Это основание башни. Выйти можно только через эту комнату. Но я знаю еще один способ, как выбраться отсюда. У меня есть клещи, сейчас освобожу вас.

Они стали взбираться по ступенькам. Эндри закрыл за ними верхнюю дверь.

— Что в корзине? — задыхаясь, спросила Уэнсомер, когда они добрались до третьего пролета лестницы. — Веревка?

— Нет, мои самые лучшие пирожные и печенье, кусочек теплого пирога с мясом, кувшинчик охлажденного медового вина и…

— Покажи мне! — потребовала Уэнсомер. — Дай-ка сюда.

Она уставилась на кусок пирога с мясом, и к тому времени как тяжелая запертая дверь с надписью на «Совет по благоустройству дворца» осталась позади, уже успела съесть пять печенюшек и три пирожных.

Пришлось подниматься до последнего пролета. Затем они пролезли через люк, ведущий на крышу башни, и оказались над ночными улицами. Переведя дыхание, Эндри пристроил крышку люка обратно, а Уоллес и Уэнсомер начали распивать бутылку медового вина.

— Я наделся, вы произнесете заклинание и сможете ходить по воздуху, — выпалил Уоллес.

— О, я могу, я произнесу заклинание, но вас двоих нести будет тяжеловато, — ответила Уэнсомер. — Ты держись за мою спину, Уоллес, а что делать с твоим другом-гвардейцем?

Эндри вытащил длинную веревку из-под плаща.

— Свяжите меня здесь, — сказал он нетерпеливо. — Я заявлю, что Уоллес заставил меня помочь тебе, поэтому меня оставили.

— Звучит неправдоподобно.

— Так же неправдоподобно, как кое-какая правда об Уоллесе.

— Когда мы приземлимся на крышу моей виллы, я выстрою вокруг нее защиту с помощью заклинаний, и ни одно оружие не повредит ее, — произнесла Уэнсомер, оглядываясь, нет ли внизу, во дворе, лучников. — Тогда, Уоллес, ты ощутишь мою благодарность…

— Всему свое время, госпожа, — раздался голос из теней между зубцами стены. — Прямо сейчас возвращаться туда небезопасно.

Появилась маленькая пожилая женщина с доброй улыбкой, смахнула пыль со своих юбок и подошла к ним.

— Госпожа, — сказал Эндри, поклонившись. Его глаза широко открылись от удивления.

— Не верится, что мы встретились, — осторожно произнесла Уэнсомер.

— Но это так, — заявил Уоллес, который выглядел испуганным и сердитым одновременно. — Леди Уэнсомер, познакомьтесь с Наблюдателем.

— Наблюдателем за кем? Или чем? — спросила Уэнсомер. — Нет, подождите-ка минутку, я знаю лишь имя…

— Просто Наблюдатель, — ответил Уоллес. — Эта леди — прозрачный дракон.

По выражению лица Уэнсомер казалось, что она не верит ни единому слову.

— Это на самом деле правда, — сказала Наблюдатель.

— Докажите мне, — потребовала Уэнсомер.

— Боюсь, я не фокусница, дорогая, у меня такой образ, когда меня могут заметить люди, и я сохраню его, — извиняясь, произнесла Наблюдатель.

— Зато я могу доказать, — заявил Уоллес, подняв тунику и вытягивая оттуда мешок. Его штаны упали на пол. Там, под защитным приспособлением, оказалось еще что-то.

— Уоллес, это не подождет, пока мы не доберемся до виллы? — спросила Уэнсомер, нервно глядя на Эндри и Наблюдателя.

Защита упала в сторону. Выскочил Уилли, посмотрел на Уэнсомер и зашипел, обнажая клыки и извергая сноп искр в ее направлении. Уэнсомер закричала и отпрыгнула назад, едва не врезавшись в Наблюдателя.

— Моих рук дело, — гордо сказала Наблюдатель. — Можешь теперь убрать Уилли, Уоллес.

Уэнсомер осторожно сделала шаг вперед и съежилась:

— Он кусается? — поинтересовалась она.

— Боюсь, что да, — заверила ее Наблюдатель.

Уэнсомер вынула печенье из корзины и бросила его в сторону паха Уоллеса. Крошечный дракон, выросший из Уоллеса, тут же схватил его и отшвырнул подальше. Уэнсомер снова съежилась, прижав ладони к коленям и наблюдая за Уилли с безопасного расстояния.

— Какой очаровательный, — заявила она. — Конечно, с чисто профессиональной точки зрения.

— Конечно, — согласился Уоллес.

— Спасибо, — сказала Наблюдатель, хлопнув в ладоши. Кажется, она была очень довольна собой. — Тело Уоллеса продуцирует эфирную энергию для Уилли. У Уилли ума как у собаки. И такая же преданность.

— И он очень ревнивый, — добавил Уоллес.

— Обладает выраженной индивидуальностью: острыми клыками, вращающимися глазами, подвижностью. И даже — о, посмотрите, думаю, он застенчивый. Не любишь комплименты, Уилли?

— Он не любит женщин, — сказал Уоллес. — На самом деле, ему не нравится никто, кроме меня, если речь об этом.

— Ладно, спрячь его, — вздохнула Уэнсомер. — Наблюдатель, мы можем как-нибудь вас убедить избавить Уоллеса от… этой беды?

— Это не беда, — ответила Наблюдатель. — Уилли заставляет Уоллеса более… гармонично смотреть на жизнь. Он делает его лучше.

Уэнсомер повернулась к Наблюдателю и покачала головой.

— Это не доказывает, что вы прозрачный дракон, но меня впечатлило качество вашего заклинания. Скажите мне, почему небезопасно возвращаться на мою виллу?

— Потому что время пришло, Уэнсомер. У тебя много врагов, и большинство из них недавно обнаружило, что контролируют Стену Драконов, Огненный Ветер и всю их совокупную энергию.

— Наблюдатель, вы не знаете моих врагов, — ответила Уэнсомер, сложив на груди руки и склонив набок голову, словно пытаясь понять, была ли женщина могущественной богиней или просто обладала информацией, но являлась сумасшедшей. — Многие из них скорее убили бы друг друга, чем меня. Они бы никогда не стали действовать сообща.

— Ты не понимаешь, Уэнсомер. Они все контролируют Стену Драконов. Вот в этом-то и ошибка. Почти пять тысяч людей и драконов сейчас связаны со Стеной, и все они могут воспользоваться ее силой. Четыре тысячи девятьсот четыре бога, и все желают удовлетворить свои потребности. Поэтому прежде не было нападений или разрушений. Они постепенно узнают, что за возможности в их руках, и изредка экспериментируют. Вскоре погибнут все большие города, а также замки, крепости, армии и флот. Маги Лемтаса и Акремы начали сжигать покровителей, учителей, академии и места обитания друг друга.

— Как произошло в Альпенфасте? — спросил Уоллес.

— На Альпенфаст напали три дня назад, но он пока держится. Некоторые части Палиона, Диомеды, Глэсберри, Логьяра и Гладенфалле объяты огнем, а от армий Альпенфаста остались лишь доспехи и обуглившееся мясо.